Воровское шоссе

Четыре косаря зелененьких, как повод отомстить подонку, покалечившему отца, наверняка сгодились бы, особенно если отобраны были смачно, на кураже, чуть ли не с плевком в морду неугодного, но больно уж этот неугодный зарвался и стал вести себя неподобающим образом. Сбывать чужой товар как собственный, а над объявившимся хозяином смеяться в кулачок, дескать, дурак ты и все такое. А главный герой, кстати, далеко не дурак, и тем паче не профан: за спиной война и опыт работы в самых экзотичных странах. Да и таратайка с яблоками была пригнана черте знает откуда – не хотелось бы лишаться груза, купленного за собственные деньги и уж тем более терять законную добычу. И что только не предпримет мерзавец в исполнении Ли Дж. Кобба в погоне за отобранными деньгами и уязвленной гордостью: и девочку грудастую подошлет, и мордоворотов натравит, и даже стервятником обернется, что, впрочем, не ново для него – вот только тщетно все. Тягаться с тем, кто пришел мстить тебе, наверное, не стоило, но видно сильно по физиономии хотелось получить. Что ж, хозяин - барин. «Воровское шоссе» было снято за четыре года до легендарной «Платы за страх», с которой ее частенько сравнивают – на самом деле у них кроме дорожных сцен с грузовиками, мчащимися по обрыву, нет ничего общего. Жюль Дассен снимал нуар: быстрый как пуля, жгучий как крапива, красивый как Бог знает что. Отдельное слово: ночные эпизоды на безлюдном шоссе, где только ты, баранка и перспектива съехать в кювет по милости товарища Морфея – лепота такая, что глаз не оторвать. Фильм может быть и не образец жанра, но его определенно стоит посмотреть, хотя бы ради знания того, что биография отца знаменитого Джо Дассена не ограничивалась лишь «Мужскими разборками» - вернее они то в картине присутствуют, но, думаю, вы поняли, о чем я. А после фильма нестерпимо захотелось яблок. Сочных и зеленых.

Имя этого режиссера связано с заметными фильмами, созданными в разное время в разных странах, в США, Англии, Франции и Греции. Некоторое отношение он имеет и к России – его родители были эмигрантами из Одессы. Первая жена, скрипачка Беатрис Лорен, была дочерью выходцев из Австро-Венгрии. Их старший сын хорошо известен нам, как знаменитый певец французской эстрады. Его вторая жена, великая актриса Мелина Меркури, стала министром культуры Греции, и до конца жизни, а прожил он 96 лет, он провел в своем доме в Афинах на улице, которая носила ее имя. Итак, вы, наверное, догадались о ком речь? Да, это Жюль Дассен – режиссер американского, британского, французского и греческого кино. Классик фильмов в жанре «нуар». Жюль Дассен начинал свою творческую деятельность в 30-е годы как актер и режиссер в пролетарской нью-йоркской театральной компании «АРТЕФ», которая ставила свои спектакли на языке идиш. Этот театр на Бродвее работал под руководством Бенно Шнайдера, ученика Евгения Вахтангова и продолжал мхатовские традиции. В начале Второй мировой войны Дассен переехал в Голливуд, где подписал семилетний контракт с компанией «МGМ». За 7 лет он поставил несколько картин, овладел кинематографическим мастерством, но, по окончании контракта, недовольный голливудскими штампами, снова вернулся в Нью-Йорк. Там он в сотрудничестве с независимыми киностудиями поставил один за другим свои 4 знаменитых фильма в жанре нуар. Он первым из американских режиссеров применил открытые в итальянском кино методы неореализма – съемки в реальных городских пейзажах и интерьерах, широкое использование статистов-типажей из народа. «Грубая сила» 1947, «Обнаженный город» 1948, «Воровское шоссе» 1949, «Ночь и город» 1950. Кстати, последний в списке фильм он снимал в Лондоне и там же узнал, что в Штатах его ждут крупные неприятности. С молодых лет Жюль Дассен примыкал к весьма левым кругам, за что впоследствии и поплатился. По доносу коллеги он попал в «Черный список» Комиссии по антиамериканской деятельности и три года маялся без работы. В 1953 году он переехал с семьей в Париж и там снял великолепный триллер «Рифифи, или мужские разборки», который завоевал Гран-при на фестивале в Каннах. Фильм с восторгом приняли молодые кинематографисты «новой волны» и Франсуа Трюффо назвал его лучшей картиной в жанре нуар. Там же в Каннах Дассен встретился с гречанкой Мелиной Меркури и, как вы понимаете, началась новая жизнь и следующие свои картины он снимал уже в Греции. Но это уже другая история… Фильм «Воровское шоссе» он поставил в Америке в 1949 году. Там его тогда звали Джулс Дассин. Здесь мы увидим послевоенную Америку простых работяг: фермеров, водителей-дальнобойщиков, грузчиков на оптовой овощебазе, которые понаехали в разные годы из разных стран и еще толком не научились говорить по-английски. Ирландцы, греки, евреи, поляки, итальянцы, мексиканцы. Семья главного героя Никоса Гаркоса (Ричард Конте) армянско-греческого происхождения. Дассен экранизировал книгу американского грека Альберта Баззеридеса, которая называлась «Рынок воров». Название куда более точное для фильма. Итак, Ник Гаркос вернулся домой с войны на Тихом океане, где он служил судовым механиком. Его радостно встречают мать, отец и невеста Полли. Молодой человек горит желанием работать, жениться, создать собственное дело. А тут… он узнает, что его отец не так давно лишился и своего кормильца–грузовика и обеих ног, став инвалидом из-за вероломства негодяя оптовика Майка Фигли. С места в карьер Ник решает сам разобраться в этом деле, арендует трехосный студебеккер и отправляется из Фресно в Сан-Франциско с грузом яблок. Его сопровождает приятель отца Эд Тили (Миллард Митчел) на том самом разболтанном и тоже перегруженном отцовском грузовичке. 400 миль по узкой опасной дороге со скоропортящейся продукцией – любопытная ныне картинка из далеких времен, когда еще не было в Америке многополосных хайвеев и фур-рефрижераторов. Ночная гонка с приключениями по извилистому шоссе как бы предвещала более поздний шедевр Анри-Жоржа Клузо «Плата за страх». Но в кузовах, все-таки, не нитроглицерин, а сочные яблоки. Но, тем не менее… На рынке Сан-Франциско, где заправляет оборотистый деляга Майк Фигли ( Ли Джей Кобб), Ник предъявляет свой товар и оптовики наперебой предлагают свои услуги. Но Ник ищет встречи именно с Фигли. Тот не прочь приобрести первые в сезоне яблоки, и пускает в ход своих подручных и вынужден даже применить дополнительные уловки, даже «подложить» парню доступную девицу, чтобы на время отвлечь его внимание от грузовика с товаром. Нику придется в одиночку вступить в опасный конфликт с алчным и непорядочным торгашом, так как его напарник так и не смог доехать до Фриско. Следует все же уточнить, что в данном фильме жанр нуар выдержан не совсем полностью. Это скорее социально-производственная драма, где есть и саспенс, и криминал, и любовная линия - не с невестой, между прочим. Будет и вовсе неожиданный хеппи-энд, что также не свойственно горьким развязкам, присущим нуарному кино. Но фильм отлично снят и динамично смонтирован. В нем создана реалистическая картина послевоенной Америки, энергия и деловая хватка свободных предпринимателей, масса живых эпизодических сцен. Ну, и мощный актерище Ли Джей Кобб так и запатентовал за собой место главного «мерзавца» американского кино. А еще в заключение, - славной девушке легкого поведения из Сан-Франциско, которую играет итальянка Валентина Кортезе, Жюль Дассен подарил имя своей младшей дочери – Рики.

Этот фильм принято хвалить и сравнивать с более поздней и имеющей культовый статус работой Анри-Жорж Клузо «Плата за страх» (1953). Но у меня «Воровское шоссе» так и не вызвало восторга, а где-то к середине истории я начал позевывать. Так бывает: не получилось взаимности, и никто в этом не виноват. История начинается в интонациях нуара: Ник Карсо возвращается из морского плавания домой с подарками, но обнаруживает, что за это время его отец потерял инвалидом, и теперь ему не примерить привезенные сыном новые туфли. Отец услуг за рулем грузовика и попал в аварию, но это дело подстроили дельцы, не захотевшие заплатить водителю за доставленные фрукты. Ник берется поквитаться с обидчиками, вернуть грузовик и положенные отцу деньги. Но повествование делает крутой вираж: Ник сам садится за руль грузовика и входит с сделку по доставке первого урожая дефицитных яблок сорта «Голден Делишес» в Сан-Франсиско. И не понять, что теперь им движет: чувство мести или желание сорвать куш. По сути, Ник добровольно сливается в полукриминальную схему функционирования фруктового рынка в большом городе. В ней правым оказывается тот, кто быстрее, хитрее, наглее, имеет нужные связи и опыт. Как видим, риск – далеко не всегда благородное дело. Отец певца Джо Дассена – Жюль Дассен рассказал историю, начиная с ярких красок солнечного дня, постепенно дойдя до темно-серых тонов ночных шоссе. Есть красивые моменты (катящиеся по саду яблоки), есть напряженные (пробитое колесо). Не обходится и без чар роковой женщины. Но атмосфера разрушается о примитивность истории. Получит Ник шестикратную прибыль с яблок или она будет поменьше – не такой уж и интересный для постороннего наблюдателя вопрос. 6 из 10

Вступление приманивает совмещением обыденной пасторали и ориентальной экзотики — дощатые стены и бельё, непритязательно развешенное во дворе на верёвочке, и тут же вернувшийся домой из чужих краёв юноша раскладывает перед родителями и невестой заморские гостинцы. Лампы из Индии, предметы из Китая, Японии, Африки, с меланезийских островов, мандаринские тапочки. Серёжки, что носят танцовщицы с Явы... но эта эйфория ненадолго, ведь скоро в повествование вклиниваются моменты, которые, пожалуй, часты в индийском кино про месть, ну как «Месть и закон». Вернувшийся сын не сразу примечает, что его отец лишился ног, но уж заметив, твёрдо решает отомстить... «Мой грузовик был нагружен помидорами... Они были первыми в сезоне.» И месть наверняка свершится, но в данном случае её придётся чуть подождать... потому что так непафосно, выдержанно, умело её редко изображают. И сколько ни возмущаться местью, со всяческой чопорностью и благопристойностью, здесь не хочется героя даже близко за неё корить. Конечно, для приличия тут вставили возвышенные изречения полицейского, что, мол, нечего вершить самосуд, но выглядит это не слишком убедительно и скорее как дань кодексу Хейса. Как-то за кадром подразумевается, что если бы полиция относилась ответственнее к своим обязанностям, не нужно было бы брать правосудие в свои руки. Если честно, не столь уж часто и в то время, а снимали тогда довольно качественно, встречались такая крепкая повседневность, такие колоритные и фактурные персонажи. Человеческие алчность, корыстность, лживость, паскудность представлены здесь крайне резко, но и самые достойные качества не отстают. Дружба, родственные отношения, личная жизнь — всё отражено с необыкновенным сочувствием и искренностью. - Тебе не нравятся девочки? - Почему же. Я всегда мечтал о младшей сестрёнке, с косичками вот досюда... Что ни говори, пикантность затесалась тоже — любопытно, как кодекс Хейса относился к девушкам, царапающим ноготками обнажённый торс мужчины? И красота — поразительно, насколько притягательно способен выглядеть прилежно, на пределе работающий, измождённый парень в пропитанной потом рубахе. Крутые повороты сюжета, неторопливое исполнение, опасное, долгие часы путешествие в грузовике. И пусть часто тут становится жутко, но одновременно и столь прекрасно, что такое повествование способно закрутиться вокруг сочных спелых яблочек «Голден Делишес»!

Мне нравится нелинейность предложенного сюжета. Молодой и полный сил герой приезжает с войны и сталкивается с бессилием отца. Тот ничего не может поделать с тем, что его оставили без копейки денег. Решительный отважный герой сразу же берет это дело под контроль. Но вместо ожидаемой мести он ввязывается в торговлю яблоками. Найти где купить подешевле, перевезти и продать подороже. Вот и все нехитрое дело. Но тут и складывается вся интрига. Разве можно создать напряжение вокруг перевозки яблок? У Жюля Дассена это получается. И так мы получаем предтечу 'Платы за страх'. Нет сомнений, что Клузо вдохновлялся именно 'Воровским шоссе'. А разве можно создать напряжение вокруг мерзкого и трусливого оптового продавца фруктов? Ли Дж. Кобб тут играет истинного подонка, который уверенно обирает мечущихся работяг. Егоо персонаж - это совокупность наглости, хитрости и ложного бахвальства. Выдавая себя за респектабельного торговца и скрываясь за дымом от дорогих сигар он готов закручивать хитроумные комбинации, подсылая то продажных женщин, то головорезов. И этот персонаж Кобба, по праву является предтечей антагониста Брандо из 'В порту'. Более того, весь рыночный криминальный быт из упомянутой картины Казана был видимо вдохновлен как раз 'Воровским шоссе' Дассена. Прекрасно в ленте показана и любовная линия. Наш герой оказывается между двух честолюбивых женщин. Он настолько поглощен борьбой, что даже не замечает, как сталкивает их. В лентах Дассена всегда присутствовали эпизоды 'на грани', где герои вроде ничего особенного и не делали, но по итогу 'разрывали' моральные границы. Так вышло и в этой картине. Вполне дружественная беседа между парой, которая готовится к супружеству проходит в комнате мотеля, где еще совсем немного времени назад была близость между этим же мужчиной и совсем другой женщиной. Таким простым ходом Дассен здорово обнажает недостатки главного героя, который видимо поглощен своими подвигами, попросту не замечая чувств близких ему людей. Отмечу и изысканно подобранный контраст двух дам - грубоватая Валентина Кортезе и так напоминающая 'Барби' Барбара Лоуренс кажутся неимоверно разными, но при этом, каждая из них восхищается прямотой и самолюбованием Ричарда Конте. В завершение нужно сказать и о 'синтетическом финале'. Поучение полицейского не дает точной оценки всему тому, что происходило. Концовку можно назвать положительной лишь формально. Мы не можем в полной мере понять итоговое положение главного героя. Сумел ли он добиться своего? Заработать денег? Наказать виновных? На мой вкус, Жюль Дассен в некоторой части даже позволяет себе усмехнуться над будущим Ричарда Конте. Рядом с той дамой, которую он выбрал, едва ли он может быть в безпасности. Помимо сюжета 'Воровское шоссе' - это кладезь изящнейших визуальных образов. Яблоки, как символ искушения становятся триггером опаснейших перемен в жизни многих персонажей. Рассыпавшиеся яблоки после аварии. Ли Дж. Кобб, который цинично надкусывает и выплевывает яблоко. Фура, придавившая Ричарда Конте. Моющаяся в душе Валентина Кортезе в то время, как интересующий ее мужчина выясняет отношения со своей невестой. Каждый из этих моментов бесподобно 'пойман' Дассеном. 8 из 10