Адам и Ева: Первая история любви

Энцо Дориа и Луиджи Руссо - далеко не новички в кино, но если судить по их фильмографии, то 'Адам и Ева...' - это своеобразный итальянский 'салют', этакое творческое прощание, в которое режиссёры вложили не столько библейского сюжета, сколько личного отношения к жизни вообще и к женщине в частности. Разумеется, оценивая фильм с такими названием и содержанием тему Библии не затронуть невозможно, ибо она - краеугольный камень сюжета. И вот здесь мы вступаем на весьма зыбкую почву, название которой - Вера. Человеку, для которого словосочетание Святое Писание не просто звук, смотреть данное кинотворение не стоит, ибо в нём от Библии - не более 15 минут хронометража. Всё остальное - весьма вольная интерпретация ветхозаветных событий, снятых непонятно для какой целевой аудитории. Действие начинается с буйства природы. которое должно показать невероятную мощь акта творения. Мощь присутствует, как и 'творение' в виде аполлоноподобного Адама (Марк Грегори), шагнувшего в кадр прямо из фантастического боевика '1990: Воины Бронкса'. Адам недолго наслаждается идиллистическим одиночеством, решив собственноручно(!!!) сотворить себе друга/подругу, хотя Библия нам говорит совсем другое: Бытие 2:21-22 'И навёл Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из рёбр его, и закрыл то место плотию. И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел её к человеку'. 'Способ' Адама более действенный - слепить куклу из песка, подождать пока пойдёт дождь (надо полагать - оживляющий?), и наслаждаться полученным результатом. Дальше события развиваются вроде как по первоисточнику, правда, змей-искуситель какой-то уж очень 'не искушённый'. Что за этим последовало, знают даже дети. Мне, как зрителю, было интересно увидеть 'способ' изгнания. Разочарован я не остался, особенно в той части, где вместо 'херувима и пламенного меча обращающегося' стражем 'сада Едемского' оказался обыкновенный валун! А вот дальше Библия заканчивается и начинается сюжет в стиле Дэна Брауна. Я говорю даже не о первобытных людях (питеканторпы? австралопитеки? троглодиты?), я говорю о том эпизоде, где нам недвусмысленно показывают, что первым мужчиной у Евы был вовсе не Адам, а... Возможно, Энцо Дориа и Луиджи Руссо таким вот образом вплели в канву повествования гипотезу о так называемых 'предадамитах', то есть существах, населявших землю до Адама, хотя считать 'предадамитов' неандертальцами - уж слишком большое допущение. К тому же гораздо приятнее думать, что ты - как и любой другой человек на планете - произошёл от каких-нибудь мифических исполинов, чем от гоминидов, не так давно спустившихся с деревьев на твердь земную. Кому-то может показаться, что сам по себе фильм настолько наивный, поэтому приведённые выше рассуждения, - лишь напрасная трата времени. Я так не считаю, потому что о глубоких и серьёзных вещах можно говорить даже языком вот такого странного кино...