1987

Фильм был снят к тридцатой годовщине исторических событий 1987 года, когда смерть умершего под пытками студента Пак Чон-чхоля взбудоражила страну, вызвав массовые протесты населения по всей Южной Корее, которые положили конец военной диктатуре, вынудив ввести прямые президентские выборы, ставшие шагом к демократизации государства. Не проводя полной реконструкции, картина следует точной хронологии истории, начиная со дня убийства студента, роль которого, усиливая психологический эффект, исполняет любимец публики Ё Джин-гу, за свой талант в раннем возрасте получивший народное прозвище «Младший брат нации», который, по сути, делится этим никнеймом со своим персонажем, на две минуты, отдавая ему своё тело и лицо. Опираясь на факты и события, сценаристы выстраивают напряжённый криминально-детективный сюжет, завязанный на принципиальности и чувстве долга, сначала одного лишь честного прокурора, не давшего виновным замести следы, добиваясь соблюдения законных формальностей, а следом подоспели такие же принципиальные журналисты, и правду уже было не остановить, не смотря на контрнаступление полицейского начальства, показывающего свой звериный оскал. Гражданское мужество против наглого произвола, воля, побеждающая вселенский страх, поднимая флаг человеческого достоинства: общественный энтузиазм пересекается с романтической связью пары молодых людей, где девушка остерегается разделить решимость своего друга, отражая естественные колебания миллионов людей, подавленных угрозой смерти, поэтому та самая смерть возвращается в кадр ужасающим эпизодом убийства Пак Чон-чхоля, идущим в параллель с жесточайшим разгоном демонстрантов, когда очевидным указателем выбора становится осознание бесконечности насилия, потому что в очереди за одной жертвой уже виден затылок другой. В фильме нет политической болтовни, длинных речей и умных слов. Есть преступление и ясное представление о том, что молчать нельзя и оставить это так невозможно - тот поворотный момент, когда, жаждущая справедливости, нация, встав за одного, добивается свободы для всех, утверждая, что именно народ имеет власть, сметая власть, которая, как думала, имеет народ.