Цезарь должен умереть
Шедевр или высокобюджетная поделка? Историческая драма с элементами эротики или порно с элементами псевдоисторической мелодрамы? Копий в этих спорах было сломано немало, но факт остаётся фактом – ни тандем коня и трепетной лани, ни трио лебедя, рака и щуки телегу с места не сдвинут, об этом ещё русские классики говорили. Пусть Боб Гуччоне увлечённо складывает пазл из членов и вульв, а камера Тинто Брасса любовно пестует женские попки всех цветов и размеров – это изобилие очень быстро прискучивает, и механистические совокупления разнообразных персонажей всё больше напоминают своеобразную игру в тетрис: собери линию из поставленных в правильные позы людей и они исчезнут с глаз долой, уступив место чему-то более интересному. Конфликт интересов налицо: если редактор «Пентхауса» искренне уверен, что нет ничего увлекательнее, чем демонстрация техники «глубокая глотка», а порно в перерыве между ключевыми эпизодами только добавит жару, то сценарист Гор Видал гораздо больше заинтересован личностью новоиспечённого правителя, а кровавые убийства и изощрённые издевательства вперемешку с коллективным сексом и не менее коллективной мастурбацией – всего лишь эффектный фон для разворачивающейся драмы. К счастью, Малькольм Макдауэлл придерживался того же мнения, так что, кто бы ни сидел в кресле режиссёра, помешать торжеству разума над унылой физиологией он не смог. Видал воспринимает своего героя не как одиозную фигуру, за которой просто любопытно наблюдать, а скорее как пациента, сопоставляя конечный результат с полной историей болезни. Его Калигула – не сумасшедший тиран с неуёмной жаждой власти. Царь по закону и раб своих страстей, внутри он остаётся невыросшим ребёнком, мальчишкой, любящим играть в насилие и убийства, но никогда не совершавшим их собственными руками. В его мозгу пульсирует предсмертная фраза деда – великого и ужасного, политика и развратника – «Ты не посмеешь!». И каждым своим поступком он пытается доказать обратное. Тибериус перевязывал шнурком гениталии пьянчужки-солдата и после этого выпускал ему кишки? Отлично, новый император пойдёт дальше – изнасилует неугодного, вспорет ему живот, а потом отрежет член и скормит его собакам. Тибериус устроил из дворца ожившую кунсткамеру? Чудесно, Калигула сделает шоу из рождения собственного ребёнка, заставив подданных смотреть, как из вагины любовницы появляется головка наследника. Проводя над собой эксперимент, Цезарь Август Германик опытным путём пытается узнать, где же конец. Сколько убийств нужно совершить, чтобы почувствовать себя властелином мира? А может, дело не в количестве, а в качестве? Повторяя ошибки своего предшественника, Калигула скатывается всё дальше и дальше в пропасть, теряя разум от вседозволенности и продвигая собственную псевдофилософию свободы, свободы от чувств и эмоций. Не нужно быть психологом, чтобы понять, чем же закончится это манящее своей мерзостью запределье. Смерть обожаемой сестры и любовницы показала императору всю неприглядную изнанку бытия. Он будет обнимать ещё неостывшее тело прекрасной Друзиллы и молиться тем богам, алтарь которых он ещё недавно поливал своей спермой. Бессмысленно. Напрасно. Безуспешно. Поднимая своего героя на вершину мира, до которой он так старался дотянуться, Видал со всего размаху бросает его о скалы. Размазанный, превращённый в ничто, Калигула больше не боится влетающего в окно голубя – предвестника скорой смерти. Всё уже закончилось, и теперь путь императора – не упрямые попытки доказать собственное всесилие, не желание догнать и перегнать могучего предшественника, но растянутое во времени самоубийство. Однако те, кого он так боялся, оказались жалкими трусами. В чём сила Калигулы? В титуле да в самоуверенности, рождённой животным страхом быть слабым и стать мёртвым, но этого вполне достаточно, ведь сенаторам проще отдать своих жён и дочерей в бордель давиться чужими членами, чем восстать против мощи самопровозглашённого бога, и Видал неприкрыто издевается над стадом, считающим себя людьми, преклоняющимся перед очевидно голым королём. Пока Гуччоне погружён в доказательство теоремы зависимости величины половых органов от цвета крови, Макдауэлл подтверждает факт умения Цезарей заниматься несколькими делами одновременно, и голый зад ничуть не мешает ему демонстрировать актёрский талант, тем более, что в ключевых эпизодах камера всё же обращает свой взор на части тела, находящиеся выше. В распахнутых ярко-голубых глазах равнодушие сменится гневом, болью, страданием, пока споткнувшегося бога не подтолкнут, пока лестница, по которой он там уверенно поднимался, не будет залита его собственной кровью, пока взгляд не уставится в пустоту, и в нём не застынет бесконечное удивление. Удивление долгому ожиданию смерти или пугающей пустоте там, за гранью, никчёмности прожитой жизни или общей бессмысленности существования в мире, где человек по недоразумению зовётся царём природы. Пепел к пеплу, прах к праху. Этого вполне достаточно.
Киноманские беседы с мальчишкой по имени Zombion!
Приключения “заводного апельсина” в языческом Риме… Калигула Погружение в ад – это не фильм с Ником Кейджем под названием “Мэнди”. Погружение в ад – “Калигула” 1979 года от маэстро Тинто Брасса. Жесткий, кровавый (за “машину смерти”, которая отрубала головы – отдельное спасибо), мерзкий, с рвотными позывами, грязный, бескомпромиссный и т.д. “Калигулу” Брасса тяжело полюбить, но еще тяжелее оторвать себя от просмотра. Болото, которое затягивает без остатка. Первые тридцать минут – пытка. Вторые тридцать минут – смирение. Третьи тридцать минут – прозрение. Четвертые тридцать минут – восторг. Пятые тридцать минут – горечь и боль. Кино о человеческой жестокости. Брасс показывает Калигулу - тираном, мракобесом, анархистом, содомитом. Но, самое главное – ребенком. Маленьким трусливым ребенком, который прячется в постели своей сестры. Он не может создавать, только уничтожает. Гениальная актерская игра Малкольма затмевает вообще все на свое пути. Одна из лучших его ролей. Еще хотелось бы выделить – Хелен Миррен и Питера О’Тула. Эротоман Тинто Брасс снял историко-эротический шедевр не для всех. Любопытный момент, большинство откровенных сцен добавил Роберт Гуччионе, а не Тинто. Гуччионе – владелец порно-империи “Пентхаус” и продюсер “Калигулы”. Зачем добавил? Так билеты на сеанс можно загнать подороже. Все элементарно, обычный бизнес. Хотя в природе существует урезанная версия (более Брассовская, если можно так выразиться). Там порно зарисовок чуть-чуть поменьше. Именно Гуччионе (по слухам) позвал в проект Тинто Брасса, когда увидел “Салон Китти”. В скором времени они разругались. Сам Малкольм еще говорил, что Гуччионе ничего не понимает в кинематографе, т.е. актер поддерживал сторону Брасса. Помимо разногласий с Гуччионе, ох, были еще проблемы с Гором Видалом, сценаристом фильма (мужик открещивался от картины). Короче, скандальное получилось кино. Какой герой, такой и фильм. Положа руку на сердце, лицезреть чертовски интересно! Здесь очень много смысла, просто киноманы не замечают из-за обнаженки. Смотрите в корень, тогда кино обязательно понравится. P.S. Ходили слухи по интернету, что Брасс займется продолжением (или даже пародией). Нет, дедушка старый ему все равно. 7 из 10
Калигула и Постмодернизм
Наставь нас в истине этого мира, гласящей, что её в нем нет. И ниспошли нам силы жить достойно этой несравнимой истине. Альбер Камю, 'Калигула' Порнопеплум 'Калигула', скандальный выход которого стал приглашением на закат разнузданности семидесятничества, по сути подвёл итог над всей тогдашней эпохой вызова, революции и бунта, но и совершенно неосознанно довел до состояния механистичности постмодернистские тенденции, при этом тщетно опираясь изначально на традиции классического исторического кино в древнеримском антураже. Гор Видал, автор оригинального скрипта к ленте, в общем-то едва ли скрывал, что основа всех драматургических коллизий его произведения лежит в том же философско-историческом пространстве, что у Альбера Камю в его одноименной четырехактной пьесе; для Тинто Брасса, чья кинокарьера началась с экспериментальных, нарочито подражательно неореалистических работ, 'Калигула' должен был стать входом в сонм Авторов, а не подмастерье, тогда как для Боба Гуччионе многострадальный эпик нужен был лишь для демонстрации порнографии в самых диких количествах. Оттого на выходе фильм и получился столь неоправданно жанрово неопределённым, тяготеющем не столько к философской рефлексии о роли личности в истории(хотя и не без этого), сколь к дотошному воссозданию свершающегося торжества сношающегося тоталитаризма. Фильм существует на стыке кинобиографии, порнофильма, хоррора и декаденствующей драмы упадка, при этом частота жанровых колебаний в кинокартине столь велика, что производимый ей эффект отторжения, шока, отвращения и кошмарной мучительности сродни землетрясению. Лирика с лёгкостью обрубается натурализмом, а порнофрустрации порой утопают в эстетических фетишах; спустя пару лет такой метод взаимодействия со зрителями будут применять и Дерек Джармен, и Питер Гринуэй. В 'Калигуле' маниакальное авторское вожделение насытить кадр водопадами контрастов видится чистой случайностью. И торжество это будто специально лишено флёра некоего священнодействия, привычные ритуалы общечеловеческого бытия и политикума как таковые искажены, преподнесены в преувеличенной, гротескной форме, начиная от пасторальных забав в лесу, где свершается инцест, и завершая таинством брака и вхождением Калигулы на властный Олимп. Уверенной поступью он попирает в фильме основы общества, где все и так подчинено патернализму, но уж никак не демократии. Есть лишь её наносная форма, слишком очевидная фикция, за которой таится тотальный диктат, подчинение и подавление. Хотя будем честны: диктатура необходима хотя бы в противовес тем или иным демократическим веяниям, крайности позволяют так или иначе взрастить гомункулус мыслящего общества, которое нужно в условиях размягчения и разжирения кидать то в пучину хаоса и анархии, давая испить до дна чашу свободы, священный Грааль раздольной воли-волюшки, то в омут бесконечного террора, насилия, наушничества, предательства, лишая человека всего - лишь таким, нагим, беззащитным и зачумленным, он способен понять и признать чего лишился. Практически неприкрытые аллюзии на 'Откровение' Иоанна Богослова в первую очередь на уровне визуальной эстетики, звучащее на контрасте адажио Чайковского, откровенно псевдоисторическая декоративность, подчеркивающая, что здешний Рим принадлежит кинематографическим условностям, а реализмом не пахнет совершенно; броская, китчевая, переусложненная эффектами театральности атмосфера, которой дышат не исторические герои, а в сущности современники создателей ленты... Бесхитростно притворяясь пеплумом, пускай и откровенным до предела, фильм тройственного творческого союза Гуччионе-Брасс-Луи(Гор Видал к тому времени давно уже в гробу видал final cut картины), оказался аутентичным той исторической эпохе, в которой был создан, при всей очевидной вторичности и выпирающей костями эксплуатационности. Если 'Сало, или 120 дней Содома' Пазолини являлся антифашистским кровавым плевком, 'Частные пороки, общественные добродетели' Янчо киноязыком чувственного письма говорили о неминуемой кончине Австро-Венгерской империи, а 'Сатирикон' Феллини обнажал крах самих основ человечности, равнозависимый от этих кинотекстов порнопастиш Брасса вскрывал вены диктатуры hoc est quod, появившись исключительно к месту, как фильм, дерзко ухвативший саму влажную плоть текущих исторических моментов. Семидесятые - эпоха как свержения старых диктаторов, так и прихода к власти новых или укрепления тех, кто её захватил ещё в 60-х годах. Иди Амин, Аугусто Пиночет, Фердинандо Маркос, Муаммар Каддафи, Пол Пот...Список почти бесконечен, и кто-то из этих диктаторов принес лишь регресс своим государствам, а кое-где железная рука с кинжалом взвела механизм прогресса, на жертвенном алтаре которого лежали трупы, на чьих останках, как у Камю, формировалась неопровержимая философия насилия тирана. И кинематографический Калигула не столько близок к своему реальному древнеримскому прототипу, сколь к великому множеству героев исторической хроники тех смутных, бурных и буйных лет sex, drugs & rock'n'roll. И выплеснувшаяся на экран эта свобода обернулась против её рачителей; круг замкнулся, тирания захлебнулась, исторический процесс начнёт свой ход заново.
18
Не понимаю для чего фильм об историческом деятеле делать в русле порнографии и насилия? Что прекрасного находят в нем люди? Стимулируют клитор или пенис при просмотре? Или это фильм для любителей БДСМ? Да, был такой император в Риме славящийся своей жестокостью и любовью к групповым сексуальным оргиям. До того он задолбал этим и народ и сенат, что в итоге был жертвой заговора. Но вот снять фильм, в котором основное время отдано как раз любителям маструбации, я считаю кощунством для истории. Можно было снять красивый фильм типа 'Гладиатор' или 'Спартак' с Кирком Дугласом, но нет же продюсеры решили снять фильм с Малькомом МакДауэлом в роли Калигулы и весь фильм посвятить обноженному телу то женской, то мужской особи. Весь фильм не замечаешь самого действия, да и действия особо нет, это лишь небольшие переходы от одной пастельной сцены до другой. Камера не стесняется показывать как мужские, так и женские половые органы называя сие действие эротика, хотя смотрится все как дешовая порнушка с Леной Берковой. 2 из 10
А Макдауэлл молодец
Зря он стыдится этой роли - сыграл хорошо. В первой половине фильма. Разговор с дедом, в котором под внешней почтительностью видно злорадство 'все равно сдохнешь, старый пес, и уж тут-то я разгуляюсь', с сестрой сцены, где рассудительная Друзилла пытается вложить в инфантильно-бесшабашную голову братца-любовника азы политики, поцелуй с Макроном - 'клянешься ли в верности?' - ответ которого Калигулу не устроил. Потом по сценарию Калигула уже абсолютно поехал крышей и особенно играть Макдауэллу стало нечего. Было бы куда сильнее, если бы Калигула творил все эти зверства, оставаясь достаточно в своем уме, чтобы воспринимать его как человека - и испытывать к нему какие-то чувства. В целом же фильм вполне можно смотреть. Либо как классическую 'сюжетную' порнографию (хотя и сильно затянутую), либо как художественный фильм (хоть и с переизбытком порнографии). Для порнографии два с половиной часа - явный перебор, хотя порно-команда старалась дать максимальное разнообразие, а 'нормальные' актеры изо всех сил старались не выбиваться и соответствовать (голый Макдауэлл вполне себе ничего). В отличие от современной порнографии тела актеров выглядят т.н. 'естественно', что воспринимается сейчас как очень удачная оригинальная 'фишка', хотя профессиональное безразличие на лицах, конечно, очевидно. Если же смотреть как художественный фильм, минусов явно больше. Якобы весь Рим кроме лысого 'финансиста' с утра до вечера и с вечера до утра занимается только и исключительно развратом, и больше ничем. Как в этом Риме каким-то образом сохранилась та самая одна сюжетная девственница? Как они там вообще не вымерли, если даже простолюдины не работают, а устраивают оргии? Половина порнографических сцен совершенно не к месту и затянуты (лесбийская пара из середины фильма и сцена в борделе ближе к концу). Сюжет очень примитивен. Характеры персонажей (ну, кроме Калигулы) не раскрыты. Интересных идей практически нет. Единственные люди, вызывающие сочувствие, это та самая девственница и ее жених. Они просто попали под раздачу, не имея никакой возможности сопротивляться. Остальные - организаторы, соучастники или на худой конец 'молчаливо одобряющие' творимые мерзости. Все мысли во второй половине фильма сводились к 'туда и дорога', а после финала 'ну и ладненько, давно пора было'. С другой стороны, первая половина неплоха, а в целом нескучно, операторская работа хорошая, костюмы богатые. Хотя, конечно, псевдоисторичность во всей красе (табличка с указом цезаря, написанная по-английски и все такое), но где ее, положа руку на сердце, нет? Стоит ли смотреть? Взрослым людям, лояльным к 'мясу' и порнографии - вполне можно, ничего действительно зашкаливающего тут нет, а Макдауэлл молодец и посмотреть на него приятно. Людям более трепетным - не стоит, если они не фанаты Макдауэлла, согласные ради него терпеть что угодно.
Разврат
Изучая историю Рима, я наткнулся на этот фильм, предварительно посмотрев лишь отзывы кинокритиков, из которых положительных лишь 24%.'Ну, мало ли за что фильм ругают, интересно же!' - подумал я и включил фильм... Ух...Мда...Нет, я конечно ко многому был готов, но не к тому что я в итоге увидел. Я всякое видывал, но такого количества грязи и никогда не видел. В фильме просто килотонны голых тел всех полов подряд! И ладно бы, если это было бы показано как-нибудь со вкусом, но на голых женщины (и уж на мужчин тем паче) в этом фильме смотреть становится неприятно уже на 20 минуте фильма, потому что тут повсюду голые люди, они просто везде. Но уж лучше бы они просто были бы на экране, но нет, ближе к концу фильма разврат принимает новые обороты мерзости, да такие, что на вроде бы такое обычное дело как половой акт здесь смотреть просто сил не хватает. 'А в чём же причина?' - подумал я. Да в то, что тут у руля был Боб Гуччионе - основатель и издатель порножурнала 'Пентхаус'. Классно. А что же с остальными аспектами фильма? - спросит кто-нибудь. Да по большому счёту это не так уж и важно, поскольку смотреть фильм в нормальном состоянии довольно проблематично. Я понимаю, что есть люди, которым фильм понравился и даже очень, но я просто не понимаю как можно это смотреть? Ух...Ладно...Сюжет. Он прост. Жил-был Калигула, он занимает место правителя Римской империи и начинает творить то, что ему заблагорассудится, а творит он жесть... Гулянки, разврат, безумие - вот что сопровождается правлением Калигулы, это мы уже поняли. Финал для такой персоны закономерен, и это не спойлер. Посыла в фильме я не увидел, разве что-то по типу: 'Не будьте такими!' Там ещё в начале есть отрывок из Библии, что-то вроде: Какой смысл человеку владеть миром, если он потерял свою душу?' Или как-то так, не помню, но суть та же. Всё. Я не знаю что ещё сказать об этом фильме. Заслуженно ли фильм ругают? Да, вполне. Есть ли в нём что-то хорошее? Пожалуй, Малкольм МакДауэлл довольно неплохо сыграл сумасбродного правителя Рима. Вот. Не рекомендую, тем более с таким хронометражём. 4 из 10
Власть есть способность, не задумываясь и не сомневаясь, причинять боль.(с)
Разумеется, я был прав, что не ждал от фильма историчности. К истории он не имеет никакого отношения, начиная от описываемых событий и заканчивая причудливыми костюмами. Режиссёр и не пытается обмануть нас и выдать снятое им фэнтези за историческую драму: выразительные и монументальные, но совершенно ни на что непохожие декорации, гротескно гипертрофированные оргии, наконец, безумная машина для казней... И в то же время имя Калигулы в названии не случайно, не прихоть. Брасс экранизирует не историю Рима, а миф о Риме - величайший миф, порождённый коллективным разумом Европы, и самый дорогой этому разуму. Рим всегда был идеалом - идеальное мировое государство христиан или идеальная республика свободы, идеальное искусство или идеальное богословие... Рим - это абсолют. Во всём. В том числе и в пороке, если вас интересует этот аспект. И в этом смысле фильм реалистичен. Подобно '300', он не соответствует в деталях тому, как всё было в жизни, но в совершенстве изображает то, как должно было быть, как это представляли тысячелетиями. 'Калигула' - точнейшая экранизация архетипа Рима. В начале фильма изображена языческая идиллия, какой она, наверное, представлялась поклонникам язычества в XIX веке - праздник жизни, любви и тела, радостный и светлый. Тем сильнее переход, ведь уже в следующей сцене языческий Рим показан скорее глазами христианских проповедников. Совершенно безумный Тиберий, окружённых наложницами, шутами и уродцами в уродливо-роскошном дворце, декорированном гигантскими фаллосами и трупами политических противников, рассказывает юному Калигуле о том, что римляне - жалкий скот, а родственные отношения в императорской семье ведут только к убийствам. Сам Калигула склонен к некоему извращенному идеализму - кажется, он искренне верит в божественность покойных императоров. Поэтому добивать Тиберия приходится преторию Макрону - юноша с безумной жадностью бросается стаскивать печатку императора с трупа, но не решается ударить владыку Рима. Зато, став таковым сам, он легко расправляется с кем угодно - кажется, всё это для него вообще что-то вроде игры, и Калигула даже не пытается сохранить видимость законности или благопристойности. По сути, Калигула, как и его возлюбленная и сестра Друзилла, очень инфантилен. Он ведёт себя как неуверенный в себе подросток, отчаянно нуждающийся во внимании окружающих, не знающий, как его заслужить, не уверенный, что достоин его, но в то же время ощущающий себя особенным. Все действия Калигулы, собственно, аналог громогласных непристойных шуток или идиотских трюков, с поправкой на статус владыки мира. Что до Друзиллы - я так и не смог уяснить, старшая она или младшая сестра Калигулы, но выглядит она как чуть более зрелая девочка, уже обнаружившая, что мальчиками можно управлять с помощью секса, и думающая, что её власть на этом основании безгранична. Она хочет, чтоб Калигула поднялся как можно выше, поскольку ей это льстит, но в итоге она с досадой обнаруживает, что в результате он ожидает покорности даже от неё. Чем-то напоминает Крис Харгенсен из 'Кэрри' Кинга... После смерти Друзиллы всё меняется. Калигула полностью убеждается, что его значимость - это только значимость его титула, сам он - ничто и обречён на страдания. Поэтому он прямо отказывается от собственной индивидуальности в речи, провозглашающей его богом, зато максимализирует свою власть. Насколько сильно он может унизить окружающих, насколько жестоким он может быть, насколько многого он может требовать - отныне только этим измеряется смысл его жизни. Да, при этом он всё более погружается в безумие - но не заключается ли оно во многом в проверке, насколько безумным ему позволят быть? Он издевается над Римом своей божественностью и всё больше уверяется в ней, благодаря этому. Но кроме того, им движет и тяга к смерти. Потеряв последнее светлое чувство в жизни вместе с Друзиллой, Калигула живёт в мире, где есть только терзающий страх и отвращение к окружающим. Он сознательно провоцирует собственное убийство, и его предсмертная улыбка говорит 'Ну надо же! Я уж думал, ты не решишься'. Эффектная картина разложения и разрушения, а прежде всего - саморазрушения, вполне к месту предваряется евангельским эпиграфом - 'Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?'. Возможно, действительно никакой. 7 из 10
ПГ
Парень с гитарой
Кинокритик
Нейтральный отзыв
Безумный фильм
В этом фильме безумно всё, от по странному криповатого Древнего Рима и до Калигулы, которого к концу фильма ненавидишь похлеще чем в детстве злодея из какого-нибудь боевичка 80х. Но как ни странно, несмотря на всё это безумие, такой подход к стилистике работает. 'Вы' действительно начинаете чувствовать себя не в своей тарелке, словно оказываетесь в какой-то антиутопии с налётом фильмов ужасов. Это касается и упоминаемых эротических сценах (я смотрел только укороченную версию, поэтому говорю о ней), которые в контексте фильма воспринимаешь как что-то крайне порочное и извращённое. Вплоть до того, что этим фильмом можно проверять людей на 'облико-морале'. На мой же взгляд, самое удачное в фильме, это образ Калигулы, исполненный Малкольмом Макдауэллам. Он просто бесподобен в роли Калигулы, когда я смотрю на его игру, я действительно вижу безумного садиста и извращенца, со всеми описываемыми у Светония чертами, а не не просто литературно-исторического персонажа как в куче подобных фильмах, или тот же Ким в недавнем Интервью. Вы реально с каждой минутой фильма ненавидите Калигулу всё больше и начинаете 'болеть' за то, чтобы эта тирания прекратилась. В остальном же, перед нами довольно типичный претенциозно-сюрреалистический фильм 60-70х, чего только одна машина для отрубания голов стоит. Но всё таки моя оценка будет нейтральной, а не положительной, ибо фильм уж сильно на любителя, особенно в контексте часто немотивированной пошлости и гнетущего воздействия на психику. 6 из 10
Он лучший
И все таки он - лучший. Фильм 'Калигула'. Проживший долгую жизнь и заслуживший статус ветерана эротического кино. Иногда его хочется пересмотреть этаким беспристрастным взглядом. Известный американский писатель Гор Видал написал сценарий. В фильме должны были участвовать крупные звезды, но на деньги порножурналов 'Плейбой' и 'Пентхауз'. Так оно и вышло. Каков был заказ, таково и исполнение. Эротические сцены выглядят, как вставные странички популярного журнала для мужчин. Сидишь себе, слюнявишь пальчики и переворачиваешь страничку за страничкой. Эстетика 'Плейбоя' была и осталась по сей день... Эту картину, думаю надо смотреть в нужном возрасте. Первый раз она тебя сильно и остро впечатлит. Ибо Тинто Брассу, как никому другому удалось показать скандально и эпатирующее изображение жестокости и разгула правителей Древнего Рима и оставить в твоей памяти след. Плюс актерская игра Малкольма Макдауэлла в купе с Питером О’Тулом завораживают своей откровенностью и заглушают всплески морали. Так, что претензии на историческую достоверность в картине просто смешны. Трудно теперь поверить в то, что в течении трех лет продюсер Боб Гуччоне добивался выхода фильма в широкий, неспециализированный прокат. В ряде стран картина шла сокращенном виде, поскольку в полном варианте, помимо натуралистических сцен, имелись эпизоды лесбийского и орального полового акта, достойные показа только в порнокинотеатрах. Добавлю, что эту картину (для настоящего восприятия) нужно смотреть на большом экране. Участие такой прекрасной актрисы, как Хелен Миррен придает фильму особую пикантность. Приятно осознавать, что Елена Лидия Васильевна Миронова лишена комплексов...
Содомия древнего Рима
Перед вами один из самых скандальных, жестоких и кровавых пеплумов в истории кино - предельно откровенный, но шокирующий сюжетными поворотами и качественными диалогами исторический фильм с элементами триллера, эротики и порно. Более натуральные откровенные сцены можно увидеть только в порнографии, но примерно в этом жанре и работал итальянский мастер эротики Тинто Брасс, позднее прославившийся предельно похабной эротической комедией 'Нарушая запреты'. Но, в отличие от одного из поздних 'хитов', исторический порно-пеплум он снимал не в одиночку, а в тандеме с другими режиссёрами (вероятно, более талантливыми, чем он сам), поэтому 'Калигула' получился не банальной порнухой, а довольно качественной картиной, показывающей правду жизни древнего Рима, который утопал в крови и разнузданных оргиях. В фильме во всей красе показана римская жизнь в I веке при правлении Августа Германика, более известного по прозвищу, выведенному в название фильма. Зрителю, не разбирающемуся в качестве диалогов, данный фильм может показаться неприкрытой мерзостью с полным набором отвратительных сцен с демонстрацией половых органов и кровавого месива. За этим визуальным беспределом такой неопытный зритель не разглядит интересного повествования о диких временах, когда жизнь народа в руках деспотов, порой с нетрадиционными и садистскими наклонностями. Что же касается технической стороны фильма, то, помимо старинных спецэффектов, которым отсутствие компьютерной графики не помешало показать откровенную резню, в фильме присутствуют красивые декорации древнего Рима (куда же без них?), которые подарят вам эстетическое удовольствие (невероятно, но факт). Фильм содержит полный набор киношной грязи: гомосексуализм, инцест, половые извращения. Сцена с куннилингусом между лесбиянками выглядит действительно отвратительно. Но интересный сюжет всё сглаживает. Вряд ли фильм можно назвать хорошим. Но впечатляющим - вполне. В какой-то степени этот порно-пеплум уступает похожему фильму 'Сало, или 120 дней Содома' по количеству грязи и подходящих к такому жанру диалогов, но сам по себе фильм стоящий. 8 из 10
КОММЕНТАРИИ