Прививка болью
Безусловно, один из самых странных и непонятных фильмов, что я видел. Он оставил меня в полном замешательстве, хотя сказать, что он мне не понравился, я не могу, потому что как раз наоборот - фильм очень сильно теребит нервы и будоражит психику, но понятнее от этого не становится. Основан фильм на новелле Армистида Мойпина, и этот человек либо доктор-психиатр, либо сам страдает каким-нибудь психическим расстройством, иначе такая история не возникла бы у него в голове и уж тем более не стала бы сценарием для кинофильма. Но, так или иначе, фильм появился и он, однозначно, производит сильнейшее впечатление. По жанру его можно отнести к сложным психологическим триллерам, где атмосфера накаляется до предела и заставляет зрителя дрожать от напряжения, хотя в фильме практически ничего не происходит. Фильм кажется тихим и спокойным, он отличается даже от таких, казалось бы, чуждых внешним проявлениям страха фильмам, как 'Шестое чувство' или 'Не говори ни слова', но спокойствие и размеренный ход этого фильма обманчивы. Вернее, до конца фильма так ничего особенного и не произошло, но я при этом изъерзал весь стул и испереживался, хотя причин для переживаний не было. Секрет фильма, сдается мне, в умелой постановке и умении создавать ощущение тайны вокруг банальных вещей и предметов. В этом фильме не пугает музыка, поскольку она отличается тишиной и даже лиричностью, камера статична и тоже не вызывает эмоций, никаких громких звуков, никаких неожиданностей, никаких символичных предметов, на которых заостряется внимание зрителя, - короче, ничего, свойтственного тридиционному триллеру. Но, тем не менее, каким-то непостижимым образом от каждого кадра в фильме исходит опасность, - каждый шаг героев сопровождается какой-то чувствуемой на уровне подсознания мукой, болью, страхом. Опасность в полупустом доме, опасность исходит от ничем не примечательных людей, опасность в длинных и холодных больничных коридорах, опасность во взглядах и жестах, в мирных и ничего не говорящих беседах, в тусклых и серых днях и болезннено желтых от света фонарей ночах... Во всем сквозит напряжение, безысходность, натянутость... Над фильмом царит уныние, тоска, - странные, нарочито некравсивые с болезненными, изможденными лицами люди совершают необъяснимые поступки и, какие бы предположения вы не делали, я уверен, концовка до самых титров останется для вас тайной за семью печатями - ни один кадр фильма не дает прямой подсказки о том, что произойдет в следующем, и к чему все это приведет в финале. Пугает полная неизвестость - даже в конце фильма не совсем понимаешь, где же был вымысел, а где истина, где играло болезненное воображение, а где проявлялась реальность. Страшно в этом фильме не от маньяков и чудовищ, а от тягостного одиночества, от окаменелых лиц, от тяжелых свинцовых облаков и враждебности всего происходящего героям и зрителям. Без всяких эффектов режиссер передал с помощью камеры и актеров ужасную депрессию, на котрой построен фактически весь фильм. Робином Уильямсом я уже устал восхищаться - просто уже принимаю как должное, что каждая роль Мастера оказывается единственной и гениальной. Если режиссеры дают Уильямсу возможность (а здесь у него такая возможность есть) установить со зрителем прямой эмоциональный контакт, то Робин может творить чудеса. И тогда его катины выдерживают испытание временем, ибо сделаны они на таком эмоциональном и психологическом подъеме, почти в состоянии аффекта, что боль и страх его героев начинаешь ощущать просто физически. И, что самое удивительное, Уильямс одинаково хорошо действует как носитель деструктивной энергии, и как антидепрессант. Здесь у него сложная роль гея, несчастного человека, стареющего и всеми брошенного, испуганного, пытающегося разобраться в сложной ситуации, тихого, скромного, доброго, каждый шаг которого еще больше затягивает его в пучину неизвестности. Роль наделена температурой сильнейшего драматического напряжения, с эмоциональной взвинченностью, без броскости и пафоса. Она напоминает роль из 'Фото за час'. Для людей, не знакомых с серьезным творчеством этого актера, такой фильм станет потрясением. Очень сложный, тяжелый, сделанный явно не на широкий прокат фильм, снятый с надрывом, на пределе нервного истощения, ввергает в депрессивное состояние и долго не отпускает из своих темных больных закоулков. Он очень короток, но за 70 минут просмотра на нем можно постареть на пару лет, если, кнечно, серьезно вникать во все происходящее. Мне потребовалось немедленно после него принять в качестве лекарства 'Маленького купальщика', но сразу после него сразу потянуло пересматривать 'Ночного слушателя'. Так что фильм обладает властью. Удивительный фильм без конца и начала, странный, трудный, злой. Редко где такое увидишь!
От друга к другу
Гэбриэл Нун испытывает творческий кризис, спровоцированный разрывом его отношений со своим давним бойфрендом Джессом. Работа не ладится, нарастает раздражение: ведь долгие годы история встречи и дружбы с Джессом была основой рассказов Гэбриэла в эфире разговорной передачи одной из популярных радиостанций. В этот момент у него в руках оказывается книга теперь четырнадцатилетнего парня, рассказывающая о пережитом им в семилетнем возрасте кошмаре сексуального насилия со стороны своих родителей. Исповедь мальчишки поражает Нуна своей ужасающей правдой, побуждая ответить на неожиданный телефонный звонок её автора. Здесь в дело вступает Рори Калкин, который замусоренной речью прямолинейного подростка вызывает искренний интерес и доверие со стороны известного радиоведущего, увидевшего в неизлечимо больном мальчике отзвук давней истории борьбы за жизнь страдавшего от СПИДа Джесса. Впрочем, по растерянно-недоуменному взгляду Робина Уильямса трудно догадаться об истинных побудительных мотивах поступков его персонажа: чего здесь больше – обычного сочувствия и сострадания к невинной жертве насилия или стремления утолить боль расставания с другом, найдя ему замену в новом товарище. Коллега Гэбриэла высказывает подозрение о схожести голосов Пита (это имя мальчика) и его опекунши Донны Логанд, публикация книги срывается, а Нун, не в силах смириться с мыслью о блефе, отправляется искать следы мифического подростка. Отметим, что до этого момента действие вполне укладывается в рамки крепкого психологического триллера: ведь в кадре мы видели мальчика и его приёмную мать, мы видели их вместе и внутри себя могли оппонировать тем, кто заявлял о возможном мошенничестве. Мы, как и Нун, могли «купиться» на подростковый сленг Пита, впасть в сочувственное сострадание, и вместе с ним желать узнать истину. Оттого мы с напряжением следим за поисками, ожидая какого-то подвоха или жуткой тайны. К сожалению, режим неопределённости рушится от появления на экране Тони Колет, исполнившей в фильме роль той самой опекунши Донны Логанд. Облик и состояние её героини породил массу сомнений, дав почву для обоснованного скепсиса. При определённом раскладе её внешний вид мог добавить фильму больше таинственной неопределённости, но… Беда в том, что с появлением Колетт из кадра пропадает Калкин, тот самый умирающий Пит, которого ищет одержимый Гбриэл Нун. И, если герой Уильямса, находясь внутри событий, впадает в ожесточённое исступление отчаянного сыщика, то мы, зрители, находясь снаружи, теряем ту неопределённость, что движет поисками Нуна: с экрана пропал персонаж, и с этого момента то, что неизвестно разыскивающему, открыто для всех, кто видит его безуспешные поиски. Следить за сюжетом становится неинтересно. Остается наблюдать за творческими успехами Робина Уильямса и Тони Колет, изо всех своих сил стремящихся поддерживать энергетическую подкачку вяло развивающегося действия, которое само по себе уже не может ни удивить, ни испугать. О персонаже Калкина вспоминают только под занавес картины, но едва ожившая тайна, рассыпается с новым появлением неадекватной героини Тони Колетт, оставляя несчастного Гэбриэла Нуна в одиночестве коротать дни у разбитого корыта его былой дружбы, делясь воспоминаниями о не случившемся со слушателями своего ночного радио шоу. Сонное кино.
ВВ
Великолепная_И
Кинокритик
Позитивный отзыв
'А был ли мальчик?' (с)
Психологи утверждают, что иметь воображаемых друзей в детстве - это нормально. Главное, не перетащить их в свой взрослый мир. Автор истории - Амистед Мопин - так и не узнал, существовал ли его телефонный знакомец. Равно как и зритель не найдет ответа на этот вопрос. Мы можем только наслаждаться великолепной актерской игрой, интригующим сценарием и непосредственно моральной стороной замысла картины. Робин Уильямс, он же Габриель Нун, ночной радио-ведущий. Его ток-шоу в меру популярно, но самого Гебриеля уже не заводит рассказывать на сон грядущий народу всяческие истории. Пожалуй, самое время ему уйти на пенсию, но нет... Откуда-то вылезает внезапная история про сложную судьбинушку парня, трагически насилуемого, но таки продолжающего свой жизненный путь. Увлечение историей, сочувствие пареньку, желание пообщаться - Габриель искренен в своих чувствах и порывах. И мистер Нун совсем бы впал в депрессию случись в его жизни мальчишки Пита. Творческие муки радио-ведущего приводят к расставанию с Джессом. Да, сложная личность Габриеля еще и оказывается геем. Увлекшись, да позабыв про все на свете, Габриель с головой уходит в общение с мальчишкой Питом, находя в нем интереснейшего собеседника. Но именно Джесс, может из ревности, подсказывает Габриелю задаться вопросом: а есть ли мальчик? Робин Уильямс - актер, способный любой проект поднять до небес своим непревзойденным талантом. Плюсуем сюда бесподобную Тони Коллетт. Дамочка воплощает здесь как минимум три образа и все они неповторимые и блестяще исполнены. Добивим Рори из семейства детишек Калкиных... Вот и получается, что те неровности и шероховатости, что были в сценарии, актерский состав вытягивает на своих плечах. Касаемо сценария, он практически безукоризненный. Разве что концовка... Но, как говорится, какой уж уродилась, и из песни слов не выкинешь. Но если говорить про эмоциональное наполнение... Вы когда-нибудь задумывались, сколько психов свободно гуляет по улице? Сколько людей притворяются другими людьми в интернете? Мне кажется, есть в этом что-то сильно нездоровое. И если Пита действительно не существовало, я хотела бы задать Донне только один вопрос: зачем? Ведь не ради мошенничества, не аферы ради был введен этот персонаж. Тогда зачем? Или по принципу: здоровый психа понять не может? Для любителей пощекотать нервишки тонким психологическим триллером - рекомендую. Примесь драматического налета фильму только в плюс. Скучать перед экраном однозначно не придется. 8 из 10
Нагнетаю, нагнетаю, а чего - я сам не знаю.
Думаю, для Уильямса сыграть гомосексуалиста было делом чести. Нет, я совершенно серьёзно: перевоплощение является главным для актёра, особенно для такого любителя создавать образы, как Робин. К несчастью, данный представитель 'того мира ' в лице Уильямса оказался параноидальным апатиком, который больше похож на стареющего шерифа времён ковбоя Мальборо, чем на более-менее успешного 'рассказчика'. В сюжете видно 2 линии, и одна из них связана с Питом, маленьким мальчиком, который медленно, но верно умирает от СПИДа. И, надо сказать, что именно эта линия проработана лучше, чем вторая, так как она является главенствующей. Здесь есть хоть какое-то движение, созданное явно игрой Коллетт - и не мудрено! Второй линией можно назвать развитие конца взаимоотношений самого автора и его друга. И снова мы видим унылось на лице Уильямса, и снова какое-то нежелание (лень что ли) играть, что-то показывать. Фильм становится ненавязчиво скучным и сонным. Но зато теперь все знают что Робин умеет и скуку играть. Увы, начал он её играть ещё в 'Бессоннице ', вместе с Аль Пачино - ещё одно доказательство того, что и Великие могут ошибаться. Вряд ли режиссёр сей картины мистер Стетнер, сидя на своём удобном складном режиссёрском стульчике и руководя процессом, выкрикивал фразы типа 'Ленивее, ребята, ещё ленивее!', 'Тормозните его! ' или уж совсем вряд ли 'Мы здесь не фильм снимаем, мы тут делом занимаемся! '. Вот только после просмотра 'Ночного слушателя ' складывается впечатление, что именно эти выражения и подстёгивали актёров хоть что-то проблеять в кадре и скрыться за декорациями.
КОММЕНТАРИИ