Мсье Ибрагим и цветы Корана

Мне нравится творчество писателя Эрика-Эммануэля Шмитта. После прочтения повести я и не ожидал найти этот фильм, даже в сети. Но кто ищет, тот всегда найдет. Моисей обычный подросток, живет с отцом, которые вечно пропадает на работе и винит своего сына, что он не такой как его старший брат. Он знакомится с мсье Ибрагимом, который работает напротив его дома в продуктовом магазине. Их дружба начинается с простых вопросов, которая будет стремительно расти до больших масштабов. Фильм просто прекрасен, это пример того, что экранизация книги выполнена безупречна. Сама атмосфера фильма, отличная игра актеров, которые идеально подобраны. Так же в фильме замечательный саундтрек, который тоже заслуживает внимания. Я скажу что этот фильм стоит смотреть, даже если вы не читали эту повесть-притчу, вы и так все поймете. Фильм прост, он трогает вопросы не только религии, но и такие важные как любовь к ближнему, уважения к другим людям, поиску смысла жизни. 8 из 10

Заключая в кольцо рассказ, автор настаивает на выделенной им морали, вызывая ощущение оторванности истории от заложенной в неё идеи, поскольку прорастание цветов мудрости пожилого месье в сознании его юного приятеля выглядит незамысловатым процессом заполнения пустоты, вызванной отсутствием отцовского внимания, заваленного бытовой шелухой, отрывающей его от сына, пускающегося в свободный полёт, усваивая уличные уроки мужской зрелости, пока папаша теряет последний контроль над собой. Как-то так получилось, что заменой самоустранившегося отца пятнадцатилетнему Моисею стали бульварные шлюхи и пожилой торговец, мыкавший одиночество среди магазинных полок, ненавязчиво принявший на себя функцию забросившей парня родни, направляя своими правилами его неуправляемое движение, в чем всегда и состояла воспитательная миссия старшего поколения, единственной и, возможно, возмутительной особенностью которой является источник духовного порядка, исходящего из Корана, а не из Торы. Впрочем, и этот факт - лишь проявление условности, прикрывающей личный опыт престарелого продавца, творящего универсальное добро, не давая вырасти вместо него плохому, что складывается в незамысловатую и символическую историю об Отце и Сыне, о заповеди и заповедном, представляя её в форме мимолетного ностальгического воспоминания о юности, сохранившейся в памяти большим романтическим приключением, завершающимся неизбежным внутренним взрослением, подкрепляющим физическую зрелость подлинной мужественностью, образуя легко узнаваемый идейно-нравственный круг. Общая романтическая закваска картины воспринимается стимулятором внимания к куда более важным отношениям месье Ибрагима и мальчика, которого тот перекрещивает из Моисея в Мохаммеда не словом Пророка, которое остается текстом на бумаге, а ежедневными делами, становясь образцом для гиперсексуального подростка, в роли которого алмазным блеском сияет несовершеннолетний по тем временам Пьер Буланжер, пребывающий в совершенном единении со своей ипостасью, независимо от горечи момента или пикантности ситуации, одухотворённая работа которого удивляет уверенностью и достоверностью при всех поворотах сюжета, обнаруживая неподдельную способность любить, бояться и понять, наполняя фильм искренностью очаровательного шарма светлой чистоты, оттеняющего труд многоопытного Омара Шарифа, находящегося в более комфортной для себя состоянии, чем волшебно преобразившийся дебютант.