Ресторан без имени

Эта легкая кино-притча с тонким ближневосточным юмором рассказывает о приключениях еврейского ультра-ортодокса из Бруклина и арабского бедуина в Синайской пустыне, по пути в Александрию накануне праздника Песах. Главный герой - хасид Биньомин отправляется в Египет, чтобы спасти себя от нежелательной свадьбы и выручить древнейшую еврейскую общину, где внезапно умер десятый взрослый мужчина, оставив остальных без возможности совершить встречу Песаха как того требует религиозный обряд. По договоренности с местной властью если евреи города не смогут встретить Песах, то все управление имуществом общины должно быть передано египтянам. Наивный спасатель Бен - сперва пропускает свой самолет, а потом путем демократической процедуры оказывается выброшен из автобуса своими арабскими попутчиками аккурат посреди пустыни. На счастье его подбирает бедуин с благородным именем Адель (нем. - дворянин), который ищет своего потерянного верблюда. По бедуинскому закону - выручить терпящего бедствие в пустыне святая обязанность бедуина - и он соглашается довезти Бена в Александрию. Но когда его старый фургон ломается в песках - дальнейший путь становится вопросом жизни и смерти. Сценарий в жанре притчи ставит сюжет на одну доску с текстами Священного Писания, которые также наполнены многими образами, совершенными в своей простоте, но вместе с тем загадочными, а строгие религиозные правила и взгляды которые исповедуют герои, проявляемые в экстремальных условиях на грани выживания - ставят их самих и зрителя перед очень серьезными и онтологическими вопросами. Кто такой этот Бог, который занимает столько места в их мыслях и образе жизни? Какой Он? И как Его называют? Следя за перипетиями сюжета и судьбой героев мы приходим к мысли - что Он - безусловно любящее существо, обладающий вместе с тем невероятным чувством юмора, которое раскрывается и становится отчасти доступно тем, кто умеет посмеяться над собой, оказавшись перед лицом странных, а иногда страшных, и может быть даже слегка унизительных обстоятельств. А Имя Его - весьма сложная тема, для представителей традиционных авраамических религий (Ашем или Аллах), равно как и Его лицо (строго запрещенное к изображению в этих вероисповеданиях). Свои имя и лицо Бог не открыл даже Моисею (Мусе), показавшись только в огне неопалимой купины и отражением в расселине скалы, объявив что именуют Его 'Аз есьм Сущий' (Исх. 3:14). Выбранная тема, заставляет сразу перескочить от поверхностного конфликта между арабами и евреями (исламом и иудаизмом), и перепрыгнуть к более серьезным онтологическим вопросам восприятия Божественного - всеми людьми: разных религий и культур, а часто даже и одним человеком в разных жизненных ситуациях. Например, когда он поставлен на грань выживания. Для внимательного зрителя, который неплохо знает иудейскую, ближневосточную и библейскую культуру, а также ветхозаветные тексты - фильм будет наполнен массой очень интересных образов и символов, которые подаются не в лоб, а предлагаются осторожно и аккуратно - с большим юмором. Что следует из подзаголовка картины - 'Божественная комедия'. Как кроме как комедийным можно назвать сюжет о еврее, спешащем в Египет накануне того дня, когда все евреи мира празднуют исход из Египта и свободу от рабства? Как воспринять бедуина, который смиренно берет на себя роль 'субботнего гоя', чтобы нести вещи незнакомого ему еврея в день священного покоя. Как воспринять, что в конечном итоге спасают их от неминуемой гибели - христианские монахи. Невероятно, но факт: своими собственными именами главные герои обмениваются только в конце, когда понимают, что вот уже готовы расстаться на век. В довершение всего дело происходит в Синайской пустыне (показанной с максимально красивой и чарующей ее стороны) той самой, где Моисей 40 лет водил свой народ, чтобы он оказался достоин дарования Обетованной земли. А потом, уже в нашу эру ставшей местом подвига огромного монахов - отцов христианского благочестия. Еще одной из центральных тем фильма становится пища и отношение к ней у разных религий и культур. Здесь мне сразу вспомнилась фраза, которую любил митрополит Антоний Сурожский, цитируя одну из книг Александра Шмемана, который в свою очередь интересно и по-евангельски обыгрывал мысль немецкого философа Л. Фейербаха: 'Человек есть то, что он ест', но только совершенно в противоположном немецкому материалисту ключе: 'Мир, по Библии, – это божественная любовь, ставшая пищей, претворенная в жизнь для человека. Бог благословляет все, что творит, и. .. все творение делает Он знаком и средством своего присутствия и мудрости, любви и откровения: Вкусите, сказано в псалме, и видите, яко благ Господь (Пс.33:9)'. Авторы фильма (Штефан Саразин, Питер Келлер) шаг за шагом ведут нас к мысли что каждый из нас является и поваром, и официантом и гостем в 'Ресторане без имени', и что главное не его кошерность, халяльнось или даже сам вкус и название блюда, которое будет подано на стол, а то как мы готовы взаимодействовать друг с другом при его готовке, и, конечно, с кем и как в итоге мы готовы его разделить. Раскрою небольшую тайну - в конце авторы довольно хулиганским образом делают отсылку к одному из своего рода бестселлеров в области кино для духовного поиска 'Ешь. Молись. Люби' - и опять таки делают это с присущим им юмором. Что фильм вышел отличным сомневаться не приходится, так как от замысла до до выхода на экраны прошло целых 15 лет. Сценарий был награжден Германской премией в 2011 году, а картина вышла на экраны только в 2022 году, получив массу положительных отзывов и критики, но все таки не столько, чтобы обрести моментальную популярность. Лично в моем рейтинге это кино набирает ? 9/10 баллов ?. Я уверен, что сейчас такие фильмы нужны миру и для мира очень и очень сильно.

Араб и еврей пересекают пустыню, преодолевая не только географические преграды, но и религиозные убеждения. Это путешествие немного расскажет о культуре и религиозных особенностях каждого из них, а также коснется темы вражды племен. Герои вынуждены временно терпеть присутствие друг друга. Но пустыня безжалостна, и им приходится выживать полагаясь на взаимопомощь. Постепенно их взаимное общение укрепляется, и каждый раскрывает свои чувства и представления о мире. Легкий ироничный тон и живая история наполненная разными взглядами создадут искреннюю и эмоциональную палитру человеческой жизни. Финал мне показался наивным и абстрактным, но при этом он ясно и четко говорит: иногда наибольшее чудо – это просто сесть за один стол и разделить хлеб с тем, кого считал врагом. Фильм интересный, хотя взглядам бедуина уделяется мало внимания, но фильм оставляет приятное впечатление. Посыл киноистории и действие наталкивает на примирительные умозаключения и, как мне видится - попытка неплохая, она вполне может вызвать сопереживание и размышление. 'Ресторан без имени' стал местом, где двое мужчин нашли общее. Они поняли, что вражда, как и жар пустыни, может быть преодолена выбором правильного пути и искренним желанием понять другого. Это путешествие научило их тому, что даже в самом суровом мире можно найти оазис примирения и дружбы.

Самое интересное в этом фильме то, что авторы его — немцы. И кроме говорящей фамилии одного из сорежиссёров Сарацин (Stefan Sarazin), ничто не раскрывает внутренние побуждения авторов к анализу священных текстов. Ошибочно приписывать этому фильму глубокие религиозные смыслы. Ключевой и предсказуемо недооценённый момент в этом фильме, это мимика жестов на границе. Два начальника, мучаясь от жары, сидят у открытых окон в своих пограничных офисах. Один со стороны Израиля, другой со стороны Египта. И когда Бен, тот самый ортодокс из Бруклина пересекает границу и через нейтральный дворик движется в сторону Египетского КПП, диалог двух начальников красноречив и, пожалуй, является ключом ко всему фильму. На немой вопрос египтянина «что происходит», израильтянин жестом отвечает «сам офигеваю». Здесь необходимо пояснение. В Израиле формально нет государственной религии, но иудаизм вовсе не отделён от государства, и подобная коллизия — это верхушка айсберга. Ортодоксальные же течения в иудаизме, кто не знал — так и вовсе головная боль государства. Ортодоксы не служат в армии, отправляют религиозные культы, читают молитвы, размножаются, и при всём этом находятся на полном государственном обеспечении. И вот такой кадр, хасид Биньомин, попадает в арабскую страну. Но это всего лишь пол беды, ведь арабы демократы, и демократично большинством голосов высаживают Бена из автобуса посреди Синайской пустыни. Его религиозный опыт даёт ему духовную опору, но только как быть со смертельной сковородкой пустыни. История со спасителем Аделем на джипе и с его «очень умным» верблюдом, может быть истолкована двояко. С одной стороны, это можно комментировать с религиозной точки зрения и уйти в дебри. Но с другой, два человека в пустыне выживают с мизерным запасом воды и при этом пытаются соблюдать религиозные предписания, причём каждый свои собственные. Как бы в насмешку над всеми религиозными правилами и приличиями, оба оказываются на дне колодца и судьба утонуть посреди пустыни, делает их удивительно терпимыми к иноверцам. Самый, пожалуй, острый «идеологический» конфликт, как и намекает название фильма — пищевой. Но вся коллизия фильма в итоге ведёт к совместному арабо-израильскому предприятию общепита посреди той самой Синайской пустыни. А то, что пищевые догматы для одних, это способ обособиться, а для других объединиться с разломившем с тобой хлеб — ничуть не мешает ведению бизнеса. А поскольку имя Сотворившего мир, как оба выясняют, никому не известно, то, соответственно, в его честь и назван ресторан. За добрую иронию, чувство такта и какой-то возвышенно-мудрый взгляд на мир 8 из 10