Падение

Спокойный и выдержанный пилот Джон привозит к себе пожилого отца Уиллиса, который к преклонному возрасту обзавелся уймой болячек и вроде как хочет переехать с фермы с другого конца страны и купить дом поближе к сыну. Вот только Джон – гей с налаженной семейной жизнью, а Уиллис – гомофоб, расист, шовинист и женоненавистник, да и вообще крайне мерзкий старик, годами отравлявший жизнь своим близким. С чем можно поздравить Вигго Мортенсена, для которого «Падение» стало дебютом на поприще драматургии и режиссуры, так это с тактом – он избегает слезливого мелодраматизма, плакатной пошлости и прочих ошибок, которые могут наделать постановщики при реализации похожих сюжетов. Ультралиберализм Джона (семейный гей без вредных привычек с мужем-китайцем и приемной дочерью-латиноамериканкой, голосовавший за Обаму) здесь выступает не клише, а той красной тряпкой, на которую остро и агрессивно реагирует Уиллис, являющийся даже не столько консерватором, сколько закостенелым и отсталым быдляком, застрявшем в собственных понятиях, что есть правильно, а что нет, из-за чего люто, бешено ненавидит все отличающееся (хотя, если честно, будь Джон обычной ориентации, это ровным счетом ничего бы не изменило). Казалось, вот он старт для накаляющихся отношений, прорвавшихся годами сдерживаемых обид, невысказанных вовремя слов и попыток увидеть друг друга с разных сторон в духе гениальной «Осенней сонаты», достигая к финалу катарсиса. Но, к огромному изумлению аудитории, этого важного развития не происходит совсем. То, что, по сути, должно служить вводными штрихами первые минут 15-20, обрисовывающими персонажей и создающими наше первоначальное представление о них, растягивается Мортенсеном на весь фильм: Хенриксен почти два часа безостановочно бесится по поводу и без, кричит, сквернословит, кидается предметами и обзывает всех подряд шлюхами и педиками, а Мортенсен, в отличие от зрителя, которому уже к исходу первого получаса хочется свернуть старому негодяю шею, терпеливо молчит и закатывает глаза. Так же себя ведут и остальные персонажи, в числе которых непрописанная сестра Джона (Лора Линни), с которой вроде как пытались выстроить свою линию, но быстро вывели её из повествования. Зато кино то и дело дробится флэшбеками, при помощи которых нам настойчиво втолковывают, каким же козлом по жизни был папаша (совершено не похожий на молодого Хенриксена швед Сверрир Гуднасон), но показывают, что счастливые моменты в прошлой жизни вроде тоже как были, хотя по сути лишь одного отцовского оскорбления уже было достаточно, чтобы перечеркнуть любой приятный миг. Но самое главное – из общения Уиллиса и Джона совершенно неясно, что можно в итоге вынести, поскольку Мортенсен очень туманно объясняет, почему со старым подонком до сих пор кто-то возится и вообще вступает в разговор. Тема всепрощения, с которым нужно подходить к вздорным старикам, находящимся одной ногой в могиле, кажется каким-то слабым оправданием для почти двухчасового наблюдения за безостановочно изрыгающим одни и те же проклятия дедом, с которым практически никто не вступает в нужную конфронтацию, лишь мягко напоминая, что он никого не любит и путает факты из-за деменции. Наверное, для первых шагов в режиссуре и сценарном мастерстве это еще простительно, поскольку Мортенсен, являясь неважным психологом, все же проявляет наличие крепкой руки и определенного профессионализма, не централизует действие исключительно вокруг себя и позволяет раскрыться отличному Лэнсу Хенриксену, который, несмотря на довольно однобокий образ, находит, как изобразить Уиллиса максимально ярко. Ну и отдельное спасибо за приглашение Дэвида Кроненберга на эпизодическую роль проктолога – не каждый день увидишь, как создатель «Мухи» и «эКзистенЦии» засовывает старому «Бишопу» палец в задницу.

В наше время, когда «либеральные» устои современного общества переиграли ожидания некоторых и захватили добрую часть медийной среды, когда подавляющее большинство фильмов, причём как предназначенных для широкого проката, так и инди-картин на усладу критиков на «элитных» фестивалях, метит в повестку в большинстве случаев исключительно для галочки, и в них расовые, половые и сексуальные проблемы присутствуют просто потому что, даже если никак не нужны для истории. Впрочем, несколько иного я ожидал от режиссёрского дебюта знаменитого актёра Вигго Мортенсена, поставившего и написавшего гей-драму «Падение»; после его участия в великолепной «Зелёной Книге» я ожидал серьёзного погружения в ЛГБТ-тематику без раздражающей попсовой мишуры. Но к сожалению, фильм скорее разочаровал, или даже оставил практически с пустым мешком для впечатлений. И хотя его сложно назвать «толерастическим мусором» или пропагандой, но к сожалению, все затрагиваемые в нём проблемы, и связанные, и не связанные с ЛГБТ, попросту не раскрыты. Но давайте по порядку. Главный герой – Джон (в исполнении самого Вигго), который привозит своего пожилого отца Уиллиса с заснеженной фермы, где он проводит свои дни лишь в компании лошадей, в солнечную Калифорнию, где он живёт со своим мужем и дочерью. Отец его (Лэнс Хенриксен) гомосексуальность не одобряет и всячески обидно подкалывает, а Джон изо всех сил пытается наладить общение, хотя получается не очень. Другую половину повествования мы от лица героя Хенриксена, только уже в молодости в исполнении Сверрира Гуднасона (кстати, жуть как похожего на молодого Вигго), наблюдаем флэшбэки из детства Джона, о его сложных отношениях с родителями, разводе и прочих не самых счастливых днях. Как я уже говорил в начале, во многих фильмах ЛГБТ присутствует сугубо ради галочки и не имеет смысла. Дело в том, что почти то же самое я могу сказать и про «Падение»; ключевой темой картины является именно конфликт отца и сына, а то, что Джон является геем, не имеет никакой смысловой нагрузки – этому даже нет никакого обоснования во флэшбэках; вот он подстрелил утку на радость отцу, вот.. моется с ней в ванной.. Что? Зачем это? О чём это? Но даже конфликт поколений не работает здесь как надо, потому что отец Джона как персонаж в начале кажется крутым, хоть и немного инфантильным парнем, но потом вдруг резко ломается и становится в один миг худшим отцом и худшим мужем, разрушая семью и унижая всех своих близких, в угоду самому себе. И годы идут, а Уиллис не меняется; он расист, сексист и попросту хамло, мерзкий и отвратительный старикан, которому попросту не за что сопереживать; его проблемы с кишечником никак не покрывают всё то, что он учинил и продолжает учинять для своей семьи. Не собираюсь гнать на Мортенсена; фильм выглядит отлично и снят вполне умело – кадры красивые, шикарная работа с цветом, саундтрек хорош (за авторством, кстати, Мортенсена), актёры отлично сработались; пожалуй, только на игре двух главных актёров и строится эмоциональная часть фильма (а ещё мне понравилась игра Ханны Гросс, неожиданно похожей на Лею Сейду, ну и Лора Линни, хотя она по большей части просто сидела заплаканной), поскольку сам по себе он монотонный, малособытийный и, на самом деле, не особо-то драматичный. Фильм в конечном итоге не самый плохой, и от него, пожалуй, можно получить удовольствие при определённом настроении, но он мог быть намного лучше, если бы хоть какие-то из его смысловых линий и посылов были раскрыты и доведены до конца. 6 из 10

Гей-драма от Вигго Мортенсена. Это чрезвычайно необычное, можно даже сказать, непривычное кино. Фильм частично основан на воспоминаниях Вигго, снят проникновенно, остро и красиво. Чувствуется конфликт, прекрасно исполнены и юмористические моменты, всё целостно и приятно. Фильм безусловно непривычен обыденному зрителю и оставляет некоторые вопросы, но работа доведена до ума и сделано это качественно. Вигго в кадре, как всегда спокоен и рассудителен. Одно удовольствие наблюдать его. Сын Вигго — Генри, также поучаствовал в проекте, сыграв эпизодическую роль. Чувствуется, что каждый кадр наполнен неким спокойствием и красотой. Вигго великолепно исполнил свою роль, срежиссировал и написал сценарий и музыку к своему фильму. Падение — это определённо своего рода феномен. Необычно, не для всех, но интересно.

«Падение» — режиссерский и сценарный дебют Вигго Мортенсена. Ну наконец-то, да? Он уже всех девиц (и не только) разных возрастов (и не только) успел пленить ролью романтического отшельника Арагорна… Ну, на этом можно остановить перечисление, потому что «Властелин колец» смотрели почти все. А вот «Капитан Фантастик» или «Зелёную книгу» смотрели почти, но не все. Я вот, например, до них так и не добралась. Но чтобы оценить фильм, думаю, знать все роли Мортенсена совсем необязательно — хотя и здесь он играет. Играет роль самого терпеливого на свете сына. Уиллис Петерсен прилетел в Лос-Анджелес к сыну Джону, чтобы решить вопрос переезда: на ферму уже нет сил и здоровья, да и далековато она находится, чтобы просто навещать друг друга. Обычная семейная история, казалось бы. Но Уиллис был самым настоящим тираном, и Джон, хоть уже сам давно повзрослел и завёл семью, то и дело возвращается к плохим воспоминаниям о детстве и юношестве. Самое интересное, что отец не изменился, а вкупе со старческой амнезией он становится самой настоящей занозой в заднице в абсолютно любой житейской ситуации. И продолжает гнобить сына за самые разные вещи — от семейных отношений до простых бытовых привычек. Но Уиллису всё ещё нужна помощь и забота, так что делать нечего: надо помогать — и терпеть, терпеть, пока не закипишь. Эта драма не только о сложных взаимоотношениях, но и о том, что из поколения в поколения каждый старается изо всех сил быть «не таким». А получается далеко не всегда. Уиллис — тот ещё засранец, но он не раз вспоминает о том, что его отец относился к нему ещё хуже. А это значит, что хоть как-то, но он старался не стать похожим на изверга. Может, не получилось. Не до конца. Но в следующем поколении Джон приложил максимум усилий, чтобы пойти по совершенно другому поведенческому пути. И у него получилось: он взрывается лишь один раз — и то, лишь потому, что никогда от отца не слышал тёплых слов. Ни одного слова о том, как отец его любит. «Падение» смотреть очень сложно, потому что и в прошлом Джона, и в настоящем отец ведёт себя отвратительно, и на это накладывается его периодическая забывчивость, усугубляющая каждый отдельный случай. Просто не понимаешь, как можно вообще это всё терпеть… Но ведь это отец, родитель, без которого тебя бы не было, так? И, наверно, по-другому просто не получается: никто не хочет в старости остаться один, и потому делает этот «залог» на будущее, вклад в карму или в искупление за несколько поколений разом. Остаётся только гадать, пока — и если — сам не попадаешь в такую ситуацию. Но самое интересное — а что думает Уиллис? О чём он думает каждый раз, когда огрызается или хамит в ответ на любой вопрос? Что заставляет его быть жестоким по отношению к своим же детям? Кажется, на этот вопрос нет ответа. Но это не делает Уиллиса потерянным. И, пока происходит падение, мы всё-таки получаем доказательства того, что этот мужчина может — мог уж точно — любить, и любил, и заботился в меру возможностей и в рамках своего характера о близких. Как мог, как умел, насколько был воспитан. Если он не получал тепла, пока рос и взрослел, сумел бы он подарить тепло своим детям, пока те растут и взрослеют? Почти наверняка нет. Но он не бросал их, не сделал их инвалидами, не оставлял своих женщин. Получается, что любовь имеет очень много разных ликов. И отеческая, и сыновья. Вообще каждая. А если есть любовь — есть и прощение, ведь так? Не могу сказать, что от фильма получила именно удовольствие. Такое простое и понятное. Нет, я получила эмоциональное переживание, а это, пожалуй, важнее. Удовольствие расслабляет и порой вообще отключает многие психоэмоциональные рецепторы, и тогда очень сложно вынести что-либо из увиденного. А тут — никакого комфорта. Зато многое видишь — глазами Мортенсена, многое замечаешь, веришь сильной актёрской игре и сам долгое время ещё думаешь о том, как вообще возможно такое сосуществование в рамках одной семьи. Это очень семейный фильм. Для всех вместе и каждого по отдельности. И он очень красиво снят. Некоторые кадры будто плывут по экрану прямиком из нашего детства в чьё-то ещё.