За отдельными столиками

Сегодня уже вряд ли можно вспомнить эту постановку двух одноактовых пьес британского драматурга Теренса Рэттигана, объединенных в один полнометражный фильм – нет в этом кино первопроходческого задора, как нет и новых идей, более того конфликты, происходящие между постояльцами маленького отеля слишком уж утрированы и кажется, списаны с большинства произведений о вреде малодушия с каким-то уж совсем детско-подростковым призывом быть самостоятельно и принимать решения не оглядываясь на других и не замыкаясь на себе. Тем не менее этот фильм относится к тем, которые при всей наивности невозможно ругать, они притягивают своим налетом классичности, хорошей актерской игрой, нестареющими моралями. Надо сказать, что режиссер Делберт Манн ворвался в большое кино и получил свой ранний Оскар картиной «Марти», о которой, в сущности, можно сказать тоже самое, за исключением того, что «Марти» был четко выстроенной мелодрамой, а жанр «Отдельных столиков» определить будет уже сложнее, ведь кто-то увидит в центре сюжета романтическое возобновление отношений когда-то расставшейся парочки, а кто-то взаимную дружеско-невинную привязанность стареющего «майора» и немолодой девушки, у которых в жизни случились очень похожие разногласия с родителями, которые они слишком боялись огласить. Все действие фильма проходит в нескольких комнатах, в которых взаимодействуют между собой жильцы отеля, проживающие тут уже явно на постоянной основе. Заправляет всем хозяйка мисс Пэт Купер, хотя куда вернее сказать, что хозяевами тут уже давно заделался совет так называемых «старых дев», которые, пользуясь малодушием более молодых постояльцев, навязывают свои консервативно-пуританские нравы, идеальные для их преклонного возраста. Поэтому героиня Деборы Керр, девушка по имени Сибил, дочь одной из пожилых леди здесь оказалась главной пострадавшей, ведь ее жизнь, хоть и перешагнула достойный рубеж, еще не вышла к завершающему этапу, а у нее так и не появилось даже собственного мнения. Весьма характерно то, что у Сибил начинается тошнота всегда, когда речь заходит о чем-то непристойном, хотя это целиком из-за воспитания матери, державшей дочь в строгости слишком долго. И все бы пожалуй шло в таком ключе и далее, если бы однажды в газете не написали маленькую статью, порочащую одного из проживающих здесь же джентльменов – майора Агнуса Поллока, объединившую постояльцев в выборе, что же предстоит сделать с провинившимся соседом, который на деле-то оказался всего лишь лейтенантом войск снабжения, просидевшим всю войну где-то в районе Индии, который еще к тому же и пристает к женщинам, что для пожилых дам само собой является верхом греховности. Тут даже становится забавным слушать поддакивающие обвинения в адрес человека, который до этого считался вершиной элегантности и мужественности, ведь кое-кто даже догадался выставить претензию о том, что он «с ошибками цитировал Горация». И все-таки история лжемайора и Сибил в произведениях Рэттигана составляла только одну из двух частей («Седьмой столик»), в литературно-театральном варианте разделенных довольно большим промежутком времени, который ради фильма решили убрать. Другая история («Столик у окна»), к сожалению, не слишком хорошо вплетена в сюжет, и потому движется чуть обособленно – приударивший за хозяйкой отеля мужчина внезапно обнаруживает в отеле свою бывшую жену, что порождает небольшую интрижку, которая, правда, развивается в кругу только трех персонажей, зато стоит лишь подивиться, как гладко и слаженно вообще могут развиваться отношения в любовном треугольнике. Рита Хейворт играет женщину, которая очень боится остаться одна. В чем-то она даже похожа на майора Поллака, особенно в плане выдумывания собственного социального положения, ведь ее друзья и жених скорее всего лишь иллюзия для того, чтобы достойно выглядеть в глазах бывшего мужа и единственного во всем мире кандидата на роль будущего. Занятно в фильме еще и то, что у Делбера Манна присутствуют персонажи, в основном двух видов: молодые и старые и это вовсе не относится к возрасту, а статус взрослого держит лишь хозяйка заведения, словно поделившегося на воспитательное учреждение для молодежи и дом престарелых, где «старые» наделены долей предрассудков, а молодые еще не созрели для того, чтобы предрассудки эти развеять. Взять, к примеру Дэвида Нивена и его майора Поллока, человека, уже благородно входящего в пожилой возраст и тем не менее относящегося к тем же молодым и наивным людям, которые только вырываются из родительского гнезда. Если посмотреть на его игру в сцене объяснения с Сибил, то всеми жестами Нивен пытается показать детскую трогательность своего персонажа, чем вторит рассказ о том, как отец заставил его поступить в армию, а у него не хватило сил отказать. После этого прежняя игра приобретает оттенок трогательного позерства, как и самоприсвоенное гордое звание майора. Собственно, за эту роль актер удостоился премии Оскар, хотя по части игры хороши тут все персонажи. Они в меру естественны, но еще более карикатурны, а при этом обладают завидной трогательностью, не позволяющей смеяться над их личными проблемами, со стороны кажущимися совсем уж незначительными. Ведь история Джона Малкольма и его бывшей жены Энн могла бы выглядеть на порядок взрослее, но в заключении она так же наивна, как и примирение чудаковатого майора с окружающими. И все же игра актеров делает фильм невероятно ярким, а локальные хеппи-энды каждого характера заключают в себе их маленькие победы, дающие надежды, что впоследствии они перейдут в большие подвиги личности над малодушием, ведь промолчать можно всегда, а куда сложнее сделать первый самостоятельный шаг, невзирая на фактический возраст.