Всегда есть завтра

Семья – это хорошо, но, когда тебя нет на семейном снимке, стоящем на самом видном месте в гостиной как реликвия, тогда уже есть причина, чтобы снять об этом кино. И возможно это будет фильм не «Один дома». Хотя ассоциации и возникают. Герой Фреда МакМюррея, возвращаясь домой после трудового дня в возбужденном настроении закончить этот день наедине со свей женушкой, у которой, кстати, еще и день рождения, застает всю семейку в еще большем, чем он, настроении возбуждения, после чего этот кипяток эмоций разбегается кто куда и Фред, т.е. Клифф Гровс, остается один. Он даже не задумывается о том, чтобы отправиться вместе с женой на выступление своей младшей дочери. Дуглас Серк вообще не любит детей, и считает, что чем дальше их личная жизнь от жизни родителей, тем лучше. Так вот, Клифф Гровс медленно сходит с ума, но тут на пороге дома вырисовывается его давняя любовь двадцатилетней выдержки с роскошным именем Норма Вейл и жизнь Клиффа пару дней пестрит фейерверком, становится разноцветной. Что очень не нравится его взрослым детишкам. Что это? Ответ прошлогоднему «Бунтарю без причины»? Фильм все-таки не об этом, не об отношениях между поколениями. Хотя я сама не знаю, о чем этот фильм. Картина перед глазами – трава, сантиметров 10 в длину, колыхающаяся на ветру и чьи-то пальцы это траву выдергивают, вскользь, травинка за травинкой. В 50-е Дуглас Серк снял три шедевра беззащитности. 1954 – «Великолепная одержимость», 1955 – «Все, что дозволено небесами», 1956 – «Всегда есть завтра». В последнем, о котором и речь, Дуглас Серк ставит эксперимент, каково это, решительных, раскованных в своем бизнесе карьеристов сделать заложниками чувств? Барбара Стэнвик будто отрекается от своего прошлого образа в фильме Серка «Все, чего я желаю», и не знает до самого конца, чего она все-таки желает. Само название фильма трактуется сюжетом двояко. С одной стороны – нерешительность горе-влюбленных, откладывающих на завтрашний день свою любовь, пока и вовсе ее не забывают, с другой – никогда не знаешь, кого ты встретишь завтра и как это встреча отразится на твоем решении. В такой нестабильной эмоциональной обстановке Дугласу Серку лучше всего удаются символы. Символом «Всегда есть завтра» является фотография. Одна, как я уже говорила в начале, это фотография семьи без самого Клиффа, вторая – на сороковой минуте делит фильм пополам, до – когда Норма Вейл воспринимается Клиффом как спасательный круг, старый друг, вернувший ему вкус к жизни, и после – когда Норма – это уже проблема. К примеру, символичные маски в «Запятнанных ангелах» будут выглядеть назойливо и тяжеловесно, но фотографии в «Всегда есть завтра» замечаешь только после второго просмотра. Эдакий десерт для киноманов. И причем здесь домохозяйки? Джоан Беннетт в образе миссис Гровс – настоящая паучиха, довольная своим выводком, она и бровью не поведет в сторону намечающейся интрижки мужа. Две предыдущие картины Серка нарисовали мне будущее Клиффа, до которого он, кстати, не доживет (вспомним, что обе героини Джейн Уаймен были вдовами), а миссис Гровс будет именно той матерью, которая обрадуется подарку детей в виде телевизора. Свою трилогию беззащитности Серк заканчивает очень и очень печально. Напомнил мне этим Сесила Б. ДеМилля, мастера нетривиальных хэппи-эндов. Т. е. с точки зрения общества этот конец и можно назвать счастливым, но вот, что там в душе у главного героя, какие его финальные строчки, это не интересует даже детей Клиффа. Зато заинтересовало не одно поколение последователей Серка. Может в следующий раз Хейнс заглянет вглубь и снимет ретро-кино о нелегкой судьбе мужчины, наравне с нелегкой судьбой женщины. Именно о них в первую очередь снимал свое кино Серк, а не об обществе, правах, условностях и прочее, и прочее, и прочее. 10 из 10