Обещание

Меня фильм впечатлил своим немногословным трагизмом и отсутствием морализаторства. Мы видим историю как сторонние наблюдатели, как ангелы Вима Вендерса с одним отличием: мы не можем читать мысли главных действующих лиц, но мы знаем о чём они думают и чего хотят по их поступкам. Я понимала, сопереживала, хотела помочь и поддержать, но могла только наблюдать за одним эпизодом из жизни мальчика-подростка, который является помощником, сотрудником, компаньоном, бесплатным работником и кем угодно ещё, но не сыном и объектом заботы для собственного отца. Несомненная удача братьев Дарденн - это исполнитель главной роли Жереми Ренье, у которого в неполные (на момент съемки) 14 лет взгляд взрослого измотанного жизнью человека и слегка сгорбленные плечи, как будто на них лежит груз ответственности за весь мир. Почему он дал такое обязывающее многим обещание и положил все силы, чтобы его выполнить? Ответ не однозначен. Во-первых, он, не смотря на возраст, 'мужичок' с сильным внутренним стержнем. Во-вторых, конкретно эта семья эмигрантов изначально очень сильно интересовала Игора, т. к. в ней было то, чего не хватало ему в его неполноценной семье: заботливая и опекающая своего ребенка мать. Отец в этой африканской семье игрок и слишком напоминает собственного отца Игора - Роже: на него нельзя положиться. В-третьих, возможно имеет место влюблённость в по-африкански красивую, статную и экзотичную взрослую женщину (эффект 'Малены'). Детско-юношеская влюблённость на грани с благоговеянием, преклонением и почтением. В-четвёртых, это юношеский максимализм и долго накапливаемый эмоциональный протест отцу и его образу жизни, который уже навязан Игору. Ребенок слишком рано начал решать взрослые проблемы негуманного бизнеса и, как следствие, слишком рано и быстро повзрослел. Детское просыпается в Игоре только тогда, когда он катается на карте: глаза блестят, плечи расправлены и на губах счастливая улыбка. Но данное им обещание лишает его такой привилегии детства и делает его полноценным взрослым с обязательствами, готовым отдать всё в прошлом важное и противостоять отцу ради данного слова и новой пусть и временной семьи. Отец мягкотел, жалок и даже в чём-то жесток. Их с сыном, как ему кажется, общая цель близка (купить собственный дом) и он готов бросить в костер этой цели всё и переступить через судьбы и жизни других людей. Кстати, эти моральные дилемы не однократно поднимаются братьями Дарден и в других фильмах (Розетта, Молчании Лорны, Дитя). Фильм стоит посмотреть обязательно всем любителям настоящего авторского кино 10 из 10

Почти двадцать лет работы в документальном кино как подготовка к деятельности в игровом: в 1996 году первый триумф в Канне с дебютным полнометражным игровым фильмом. Жан-Пьер и Люк Дарденн начинают здесь свой путь к мировой славе. Все их фильмы, в том числе и «Обещание», выдержанны в единой, полудокументальной эстетике, повествование плотное, события спрессованы, ничего лишнего, сюжеты поднимают в основном нравственные темы. Тем не менее, даже тому, кто хорошо знаком с творчеством Дарденн, смотреть и пересматривать их невероятно интересно. Операторская работа в «Обещании» еще вполне традиционна, по крайней мере, она не столь новаторская, как три года спустя в «Розетте». Однако оператор Ален Маркон делает все возможное, чтобы малейшие психологические нюансы поведения героев стали зримы и очевидны. «Обещание» - кино не много не мало о том, что отношения дружбы и сострадания к ближнему оказываются порой крепче родственных уз, и иногда и полностью их разрывают. Симптоматично, что отец впервые за фильм избивает сына за бескорыстный поступок, а не за преступление. Та система отношений, которую выстраивает с сыном Роже, герой Оливье Гурме, построены на узаконивании эгоизма, любого преступного действия во имя самого себя, а жалость и любовь к другому оказываются вне закона. Удивительно, но свой истинно христианский по духу, гуманистический кинематограф братья Дарденн никогда не отягощают и не обременяют разговорами о Боге и прямой проповедью. Их фильмы, и в частности, конечно, «Обещание» самим развертыванием сюжета, нарративными доказательствами, художественными приемами показывают, что такое хорошо, и что такое плохо. «Обещание» - их первый фильм, но уже удивительно зрелый даже не столько по мессиджу (сколько раз зрителя призывали любить ближнего?!), а доказательной базой эстетических средств выразительности (от крупных планов и документальной съемки до способности подолгу держать зрителя в напряжении в эпизодах с молчащими персонажами). Могу с уверенностью сказать, что хоть видел почти все картины этих бельгийских режиссеров (кроме самого последнего), не могу выделить в них лучшие, или худшие, - они все одинаково и по-своему хороши. Главное – они все зрелые в художественном плане концептуальные высказывания. Честно говоря, не понимаю зрителей, утверждающих, как Сергей Кудрявцев, разгромивший «Розетту», что фильмы Дарденн трудно высидеть. Лично для меня просмотр заканчивается, едва начавшись: те же полтора часа «Обещания» пролетают на одном дыхании. Безусловно, фильм не состоялся бы не только без блестящей режиссуры и монтажа, операторской работы и удивительного сценария, в котором, как на аптекарских весах, взвешены и просчитаны все зрительские эмоциональные реакции, но и без прекрасной актерской работы Оливье Гурме и совсем еще юного Жереми Ренье – постоянных гостей на кинематографическом празднике братьев Дарденн. Слаженная работа актеров, прежде всего этого обозначенного дуэта, сначала союза, в потом и противостояния их героев – залог художественной мощи «Обещания». И пусть тема нелегальных трудовых мигрантов в кино у всех уже навязла в зубах: честно, надоело видеть, как «культурные» европейцы-негодяи мучают несчастных мигрантов. Кто нам расскажет о настоящей мафии в мигрантской среде, не щадящей своих? Разве что Сергей Дворцевой в поразительной «Айке». Однако, для 1996 года эта тема была еще свежа, но Дарденны не откажутся от нее и сегодня: их последний фильм на данный момент «Тори и Локита» также ей посвящен. Однако, вовсе не социальная критика занимает Дарденн, начиная с «Обещания», а нравственный смысл поведения человека, испытывающего, или нет сострадания к ближнему. Конечно, в их картинах можно найти и скептический взгляд на жизнь в современной Европе, от которой страдают не только нелегалы из других стран, но и сами европейцы (вспомним «Дитя»). Однако, все же первейшим в их творчестве является гуманистический взгляд на отношения людей, постановка и решение нравственных вопросов. И как говорили мне когда-то студенты театрального факультета: «Если персонаж от сцены к сцене не меняется, пьеса плоха». В фильмах братьев Дарденн напротив, динамика развития характеров – основная черта, хотя и меняются персонажи порой не в лучшую сторону, но режиссеры продолжают верить в людей, проводя их от картины к картине через духовные мытарства.

Дебютный игровой фильм братьев Дарденн произвел фурор в узких кругах синемафилов, а также собрал целую плеяду призов и премий, что, в свою очередь, помогло братьям прославиться на всю Францию. «La promesse» — фильм о потерянном детстве, трудных отношениях между родителями и детьми, непростой жизни беженцев и расовом ущемлении. Дарденны, словно молчаливые наблюдатели с камерой, исследуют социальный строй, нравы и быт: подмечая каждую мелкую деталь в маргинальном обществе, которое их окружало в родной Бельгии. «Дарденнская камера», как монокль в глазнице у буржуазного человека, который вышел на улицу и увидел массу грязных плебеев. Похожую реальность препарируют и отправляют на суд зрителю Дарденны. Ведь неспроста их фильмы остаются с открытым финалом, чтобы зритель мог сам вынести вердикт современному европейскому обществу. В картине отчетливо прослеживается дискриминация по признаку расы, что нисколько не удивляет, ибо даже в XXI век эта тема остается актуальной. Возможно, что общество еще очень долгое время будет истреблять в себе эту заразу, именуемую как «расизм». Я обратил внимание, что Дарденны любят использовать в своих фильмах: велосипеды, мопеды и скутеры, словно хотят этим сказать, чтобы человек никогда не пребывал в стагнации, а всегда находился в движении, даже когда в жизни происходит тотальный адъ. У протагониста данной картины тоже имеется свой мопед, он любит беззаботно кататься на нём по городу, даже в те моменты, когда отец героя наседает с таким рвением, что любой-другой ребенок — уже давно лишился бы рассудка. Особое внимание было уделено отношениям между родителями и детьми. Показана очень яркая асимметрия между Игорем и его отцом. Я имею в виду не внешнюю, хотя и она тоже преобладает, я пишу про ментальную и духовную непохожесть. Отец, естественно, пытается делать вид, что любит сына, но в действительности выходит, что сын ему нужен лишь как утилитарная вещь. Вы только обратите внимание, с каким пренебрежением отец относиться к интересам своего сына, даже совсем примитивно — к его работе. Парню дается шанс к обучению, но отец вырывает Игора чуть ли не когтистыми лапами из рук честного труженика и наставника автомастерской. По сути, если смотреть объективно на жизнь Игора и Роже: то отец самолично выступает катализатором для сына на стезю криминала (воровство, помощь нелегалам). Только несчастный случай, который тоже относится к криминалу, помогает Игору одуматься и начать действовать. Ну, как говорится, «клин клином вышибают». Дарденны хотят, чтобы зритель смог вообразить, сколько подобных семей разбросанно по всему миру, где точно такие же родители (бывают и хуже), ломают судьбы своим детям с самых пеленок, прививая девиантное поведение — они порождают себе подобных асоциальных дегенератов. Вспомните «Белую ленту» Михаэля Ханеке, хотя и по масштабности фильмы разные, но паттерн всегда остается одним и тем же. 8 из 10