Гунда

Очень сложно начать описывать фильм 'Гунда'. Предложение за предложением наплывают, но потом, словно волны, уходят назад, но сам шум моря остается в голове невероятной тоской, которая запеленает сознание с момента начала титров. Сидеть и смотреть в экран, по которому бегут имена и бессильно поражаться тому, что только что произошло на экране - это 'Гунда'. Это такой фильм, который никогда не забывается, потому что опыт, те знания, который получены самостоятельно остаются в голове и сердце навсегда - и в этом вся прелесть нового фильма Виктора Косаковского. Вся его особенность в полнейшем отстранении от обыденных приемов документалистики, да и в целом кинематографа. Тут нет ни музыки, ни слов, ни одного актера. Есть только жизнь. есть только свиньи, курицы и коровы. Есть только поразительные звуки природы. Есть только жизнь, системы коммуникаций животных, их существование. Есть их портреты, которые бьют в сердце не хуже классических советских фильмов про войну. Тут нет проинтерпретированного послания, прожеванного и данного. Есть лишь фильм, есть лишь невероятный опыт, который он дает. В любом документальной картине мы получаем уже готовые наблюдения, получаем уже прожеванную и данную нам на ложке информацию, наблюдаем чужие наблюдения, которые не могут засесть нам в голову - а сама жизнь, а сами животные, про которых и должна идти речь, находятся где-то в тени, где-то за пеленой закадра и музыки - и это отдаляет и отдаляет нас от самой природы. Но это совсем не про 'Гунду', которая стирает все границы, показывает простую, казалось бы, жизнь животных, заставляет приглядеться им в глаза, в их судьбы. Такую близость редко можно почувствовать находясь на расстоянии вытянутой руки от зверя, но Косаковский сумел проделать что-то невероятное, предоставив поразительную ни с чем не сравнимую возможность увидеть их без пелены, без какой-либо вуали, без искажений и интерпретаций. Именно в портретах, в движениях и действиях 'героев' фильма вида сама ценность жизни. Эта картина - чистая эссенция кино, где есть лишь кадр, где есть лишь картина, где есть лишь любовь и красота выраженные визуальными средствами. Где немота и взгляд одной простой свиньи разорвет вам сердце сильнее любых классических драм.

О 'Гунде' Косаковского я узнал больше года назад. Критики наперебой хвалили картину, журнал 'Искусство кино' поместил кадр фильма на обложку и посвятил целый блок статей братьям нашим меньшим. Однако фильм долго не выбирался в прокат, то ли из-за пандемии, то ли благодаря многочисленным фестивальным показам. Но желание посмотреть 'Гунду' не угасало, в первую очередь из-за ее кристальной 'кинематографичности': это черно-белый фильм без единого слова, музыки или пояснительных титров. Всю информацию вы получаете визуально, только из кадра и монтажа этих кадров. Сегодня такое встретишь редко. 'Гунда' это еще и виденье чистой, первозданной жизни. Одновременно возвышенной и грязной, подчиненной законам и хаотичной. Опасной, но стоящей этого риска. Огромная (по меркам недавно родившегося поросенка) Гунда способна дать жизнь, буквально подпитывать ее своим молоком, но также и раздавить в любую минуту. Для поросят она, должно быть, не просто мать, а что-то вроде божества. Есть здесь божество и более высокого порядка, почти Фатум. Фатум ни разу не появляется в кадре, но как и любой злой рок, может носиться где-то рядом и настигнуть прямо посреди идиллии и пасторали. Обойтись без спойлеров здесь невозможно. Финал картины, даже если он известен, оставляет в душе гнетущие чувства, вымывая из головы все пошлые остроты из интернета про скандальную 'Свадебную вазу' и прожаренные стейки. Есть у фильма еще более высокое божество. Демиург, не иначе. С помощью камеры и монтажа он дает возможность нам сопереживать животным с фермы, проецировать свои человеческие чувства на поведение курицы, коровы, свиньи. А это о многом говорит: отринуть человеческое высокомерие и увидеть у животных чувства и переживания среди шаблонных разглагольствований о рефлексах и инстинктах. Стремление к жизни, к свободе, к познанию, взаимовыручка. Всё это идет в картине от животных. Несвобода, ловушка, предумышленное убийство. Это идёт от людей. Можно не быть вегетарианцем до 'Гунды' и не стать им после. Но поднятые вопросы сложны, когда их рассматриваешь так близко, благо виртуозная камера позволяет. Когда фильм кончился, кончились титры и в зале уже горел свет, люди оставались сидеть на своих местах, не издавая не звука. А на выходе из кинозала впереди идущая девушка сказала своему парню: 'Не говори мне сейчас ничего'. Молчаливый, на первый взгляд, фильм говорит о многом, чтобы мы затем подумали о нем в тишине.

Норвежская свинья Гунда кормит множество своих маленьких детей. Те пытаются жадно достать до молока матери - единственного, что позволит им выжить в этом мире. Следующие полтора часа мы проведём рядом с этой необычной для кино семьей, подходя вплотную к ним, но оставаясь лишь безмолвными наблюдателями этого таинства жизни. Режиссёр фильма, Виктор Косаковский, следует традициям «Киноправды» Дзиги Вертова и отказывается от какого-либо влияния на реальность документальной картины. В широких мазках русского художника попадается ещё две мини-истории, ничуть не уступающие главной по силе задумки и реализации. Так, мы увидим первое знакомство фермерских куриц с природой. В такие моменты фильм начинает напоминать sci-fi. Камера ложится на землю и возвышающиеся курицы караваном идут по лесной тропе. Чем, не сюжет для нового «Аватара»! Кроме этой истории мы увидим коров, вырвавшихся на волю после зимнего стойбища. Завораживающее зрелище, чувствуешь невероятное одухотворение, которое сменяется совсем другой эмоцией. Глаза - то, на чем делает акцент Косаковский. В фильме не раз будут эпизоды, когда животное будет пристально смотреть в камеру и никак нельзя не увидеть в этих зрачках душу. Человеческую душу. Режиссёр давно занимается правозащитной деятельностью, и «Гунда» – это самый мощный манифест против мясоедства, что я видел. В фильме нет ни людей, ни диалогов, но это не мешает ясно считывать эмоции Гунды и других животных. Они чувствуют и живут на этом свете не меньше нас, но непонятно, почему мы решили стать властителями их жизней. Косаковский шёл к этому фильму больше двадцати лет и не зря. История сильна не только посылом, но и своим отображением на экране. Документальный фильм такой красоты редко встретишь на наших экранах. Пропускать «Гунду» – значит пропустить важнейшее высказывание большого художника.

Трудно передать словами то потрясение, какое испытываешь во время и после просмотра фильма 'Гунда'! На это способно только настоящее кино, настоящее искусство! Когда в последней сцене - идиллия, мать-Гунда обнюхивает возвращающихся с прогулки поросят и - вдруг трактор - показаны его колеса, на уровне глаз животных, визг поросят - когда она потом ходит кругами, бросается то в одну сторону, то в другую и все нюхает траву, и не теряет надежды найти поросят, обнюхивает за минуту опустевший свинарник, вслушивается во внезапную тишину - такие сцены трогают самые тонкие струны человеческой души, которые сам человек прячет глубоко -глубоко подальше от посторонних глаз. Редкое кино, редкое произведение искусства сегодня, именно я повторюсь, сегодня на это способно (фильм 'Отец', прошумевший и получивший множество 'оскаров', как раз не стремиться задеть струны человеческой души, как пишет критика; а почему-бы их не задеть? Почему это нормально, что дочь-эгоистка, что престарелый отец не нужен своим детям? Как это так? Разве эти вопросы не так же важны, как то, что чувствует сам отец. А что он чувствует? Одним словом можно сказать, что он страдает, и перестает осознавать себя. Это чисто научное трактовка и ее показывают на экране, а о душе?) 'Гунда' - это фильм-отражение жизни. Ты, как зритель, не просто сопереживаешь животным - а физически ощущаешь себя также - мои ощущения, когда курица на одной ноге прыгала в зарослях крапивы и как ей давался каждый прыжок, ее удивление и волнение перед вдруг открывшимся перед ней неизвестным миром - все это я чувствовала, глядя на экран. Я чувствовала себя этой курицей, оглядывающейся и вглядывающейся в окружающий мир, его познающей и тревожащийся, беспокоящейся - так как это неизвестность. Косаковский рисует портреты животных, которые он снимает, он дает имя главной своей героине, в кадре ни разу не назвав ее - матери-Гунды, коров на лугу, выпущенных из фермы - как они несутся, в припрыжку, как ликуют, упиваются свободой, а умиротворённое лицо быка, а глаза Гунды! В фильме нет музыки, лишь пение птиц, 'разговоры' мамы-Гунды и ее поросят, и только совсем тихая даже не музыка, а барабанная дробь в 'рассказе ' о курице - умело подчеркивает внутренний мир картины. Фильм 'Гунда' долго не оставит от размышлений, и эти мысли, они не будут привязаны к сюжету картину, ее героем, как часто после фильма, они сразу вырываются наружу и охватывают саму жизнь зрителя, отсылая к философии жизни, свободы, ее сложности и разнообразия. На это способно только настоящее искусство! Браво режиссеру и команде, продюсерам, что сделали возможным появление такой картины!

Кот Мару и медведь Султан уже давно стали звёздами ютуба. Персональные видеоканалы есть у выдр и вомбатов, енотов и хорьков, не говоря уж о десятках тысяч котиков и собачек. Прямые репортажи из мира животных - великолепный шанс уйти из мира людей, ошалевших от возможности постоянно переписывать нормы общежития, вводя все новые и новые правила, в мир животных, где Законы Природы незыблемы. «Гунда», с одной стороны, идеально вписывается в этот тренд, представляя полуторачасовое наблюдение за жизнью хвостатых и пернатых обитателей фермы. С другой стороны, откровенно оппонирует, как общепринятому методу формирования контента о братьях наших меньших, так и расчётному художественному результату. Представить режиссёра Виктора Косаковского с героиней фильма - свиньей Гундой - в качестве гостей программы «Видели видео?» совершенно невозможно. Опыт, которым делятся авторы анимал-видео, позитивен, забавен, смешон. У Косаковского в центре внимания - трагедия. «Как пережила ваша героиня потерю своих детей?»- вопрос не для телевидения. И даже редко для ютуба. Эту территорию кино защищает почти в одиночестве. Ещё одна мина замедленного действия, которую заложил режиссёр - это следование «Гунды” в модном фарватере зоозащитной тематики. Формально да: фильм повторяет вслед за Карелом Чапеком формулу, что поросёнка съесть можно, но, если ты знаешь, что поросёнка звали Франтишеком, то отбивная в горло не полезет. А неформально: Косаковский последовательно и жестко снимает жизнь свиней, коров и кур не как жизнь в раю. Жизнь - это рой надоедливых оводов, от которых спасу нет, это бесконечная борьба за материн сосок, борьба без правил и жалости, это клетки, заборы, стены, грязь. Никаких безгрешных страдальцев - никаких Хрюш и Степашек. Черно-Белый мир, бесконечно далекий от Эдема. Людей в фильме нет. Этого следовало ожидать. Пристальное вглядывание в лица и судьбы тех, кто родился в один день с режиссером, тех, кто живет в противоположных точках земного шара, тех, кто только осознаёт себя человеком, тех, кто прожил жизнь и в городском ландшафте Санкт - Петербурга видит силуэты своей судьбы, в Стива Джобса и Льва Лосева, в Павла Когана и Людмилу Станукинас, завершилось испанскими манифестантами. После чего человек занял в «Акварели» место песчинки в мироздании. И лишился даже его в «Гунде». Пока мир людей с ожесточённой принципиальностью увлечён идеями femen, metoo, BLM и прочими сверхсовременными темами, Косаковский отворачивается от тех, в ком он пытался увидеть и показать душу. Ее он теперь видит только вне человеческого сообщества. Социальными масками животных наделили уже безымянные создатели народных сказок. Звериное сообщество символически замещало человеческое в баснях и утопиях. Толстовский Холстомер, чеховская Каштанка, айтматовский Волчица - мать были прямым укором людям уже тем, что человеческого в лошади, собаке и волчице было больше, чем в окружающем их человеческом сообществе. Косаковский и эту линию нарушает. Его Гунда и ее соседи никому не пример и не укор. Их трагедии - не уникальны, а типичны. Так принято в этом мире. Жизнь - это слеза, которую корова проливает, чтобы смыть хотя бы пару надоевших оводов. Выкармливание потомства - мучительно и надоедливо, продвижение по заросшему высокой травой участку сродни тяжёлой экспедиции в джунгли. Спасение от оводов в вынужденной кооперации - чужой хвост эффективнее отгоняет гнус, чем собственный. Косаковский не умиляется, не мимимишничает, он до конца соскабливает с изображения пошлый груз мультипликационной умильности. Дружба, любовь, материнство - это все из другой оперы. Или, может быть, из этой же, вот только впервые показаны без грима: просто, буднично, нудно, мучительно. В финале Гунда будет безнадёжно метаться по двору, разыскивая своих поросят. Они были обузой. Одному она случайно отдавила ногу, они тянули из неё все соки. Но вот их нет. И в глазах свиньи: растерянность и боль. И тут пронзает страшная мысль: это все не постановочно, Гунда - не актриса, она не знает, что ее снимают. Она не визжит, не бросается в погоню. Мир опустел. И без разницы куда бежать: налево или направо. Все кончилось, кроме жизни. Она продолжается. И, вообще, фильм не о Гунде, а о тех, кого в этом мире уже нет.

'Два года жизни обычной норвежской свиньи'. Уже это предложение рождает в нас улыбку, когда мы ищем что посмотреть на КП. И КП жжёт, разогревая нам кинозападные полуфабрикаты в своём огоньонлайне. Трудно ли быть свиньей в наше время? Да не. свиней куча. Мы их даже на завтрак, а некоторые и круглый день едят. Свиньи весьма чистоплотные, если не считать грязи, которую они используют, скорее всего, для защиты тела от чего-нибудь... может, от холода, переохлаждения... а может, для тепловыделения или от всяких насекомых. Строение носа, свиного рыла очень помогает рыть землю, в буквальном смысле копаться во всём, что у тебя под ножками образовалось. Бесподобное животное... навряд ли подобные ещё существуют. А какие они заботливые мамаши... лежат, дремая, а процесс питания молодняка продвигается, так как подрастающее поколение в автоматическом режиме присасываются к сосцам матери, едва вылезая из неё. _ Кино завораживает. Ведь раньше нам показывали в таком ракурсе каких-нибудь диковинных и привычных птиц, медведей и т.п., а свиней в основном обходили стороной... собственно, что там снимать-то, чего мы не видели? Мы свиней что ли не видели? Некоторые встречают их в буквальном смысле по жизни ежедневно. Иногда мы в качестве комплимента даже нарекаем друг друга так. И это нельзя почитать за оскорбление. Разве тварь Божья, её имя, данное ей человеком ещё во времена Адама... разве она может быть оскорбительной? Это же касается всех прочих словечек. Естественно, не соглашусь с возрастным рейтингом 6+. Может 12+ в самый раз будет. Но всё равно мило. Милоты тут предостаточно. Прям на Новый год можно вместо президента и прочих голубых или какого там цвета огоньков в ночи транслировать. Кто вообще сейчас в новогоднюю ночь телик смотрит? Я чаще всего спать пытаюсь, но кто-то вечно под окнами хлопушки пускает. Недавно даже уже кто-то видать готовился и дважды запускал в девятом часу, но красиво! И свиньи красавицы. Кстати, мы не далеко от них ушли, так как даже по-моему некоторые органы то ли выращивают на свиньях, то ли напрямую просто пересаживают человекам... много экспериментов на свиньях ставят перед тем, как какое лекарство или ещё что человеку дать. Так что свиньи не только мясом нам полезны. Этот фильм приближает нас к жизни свиньи, роднит с ней. Мы в какой-то момент... уже к 15-ой минуте начинаем осознавать, что свинья - это человек с такими же заботами и прочим. То есть мы - свиньи, свиньи - люди. В некоторых мультфильмах прям так ребром в категории 18+ иногда ставят вопрос. Прям сюжет для Рика и Морти... Свинрика и Хрюморти. Эх. В детстве, не было у нас вроде свиньи. Куры были. Даже коза или баран. Кролики точно. Но вот теперь я, можно сказать, стал владельцем свиньи на полтора часа со всем к ней причитающимся. _ Наше кино звуковое. Эдакий АСМР с практически однотонной картинкой (так жизнь домашних животных на самом деле выглядит чище, чем она есть на самом деле). Здесь в главных ролях мистер Звук и баронесса Картинка. И это хорошо: без сопутствующих запахов... по детству помню, что гадит домашняя утварь ой-ёй-ёй как... иногда запаришься вычищать всё. Конечно, в кадре не только свиньи... но остальная живность уже приелась давно. Хотя куры тут показаны как первооткрыватели, а коровы местами похожи на низкорослых и полненьких лошадок, с интересом изучающих мир и тусующихся вместе. _ И тут есть элементы своей животной социальной драмы. Есть необычная постановка. Кино на многие размышления может навести.

Я только что посмотрел черно-белое, немое кино «Гунда», повествующее о жизни трёх животных: Недавно родившей свинье Гунде, неизвестной корове и курице, имя которой так же осталось за кадром. Исходя из описания, можно ли предположить что фильм будет увлекательным? Пока сам не увидел этот фильм, я бы подумал что нет. Однако, от него просто нельзя оторваться. Невероятная операторская работа, ракурсы которые заставляют вглядеться в домашний скот, который мы привыкли видеть как пищу и разглядеть в них жизнь. Они дышат, едят, волнуются за потомство и кажется общаются постукиванием копыт. Да и банально- красиво это все. Стильные черно-белые кадры, любой из который можно заскринить и поставить в фотоальбом который однозначно получит премию от какого-нибудь непросвещённого жюри. А звук в этой картине- невероятно объемный и дышащий. Это хрюканье, хруст травы под копытами, шелест ветвей деревьев, ветер, жужжание мух. Это и музыка фильма и его голос. У каждого животного в этом фильме есть своя речь, они правда общаются между собой и испытывают эмоции, просто на своём языке. И у нас есть шанс наконец их услышать.

Потрясающий черно-белый, почти немой (за исключением хрюканья) документальный фильм, который фокусируется на жизни фермерских животных. Кажется достаточно безобидным, но в нем есть определенная магия. Фильм передает медленное, томное, беззаботное чувство прекрасной скуки. Начиная с появления потомства свиньи, фильм следует за 'возвышающейся' матерью-свиньей, которая неуклюже справляется с недоноском своего потомства. Это удивительно, заманчиво, а затем шокирующе жестоко. Что происходит, не совсем понятно. В этом и заключается прелесть этого фильма: он развивается вместе с неопределенной сюжетной линией. Медленный, мечтательный фильм «Гунда» отлично переносит в мир, с которым большинство знакомы, но мало кто знает или испытал его на себе. Резкая монохромная подача превращает свинарник в приятную эстетику. Здесь нет ничего разоблачительного, и поскольку это ферма, где животные не 'главные', и где есть внезапный драматический поворот, чтобы напомнить всем о холодной суровой реальности жизни. «Гунда» — фильм о животных, который на самом деле не является фильмом о животных. Это блестящее упражнение в захвате момента, документирующее некоторые жизненные уроки, без проповедей или зацикливания на чем-то конкретном. Свиньи в шоу-бизнесе обычно смешные, умные или экзотические. Но не здесь. «Гунда» — это мать, и это все.