На краю лезвия

Иногда просто невозможно не удивляться «мастерству» наших кинопрокатчиков, которые любят перековеркивать названия фильмов, дабы придать им излишнюю рекламную ценность и оберточную героичность. Так и получилось с драмой «The Razor's Edge», что с английского языка – острие лезвия. Однако прокатчики ее с легкой руки окрестили «На краю лезвия». Итак, «The Razor's Edge» является экранизацией одноименного романа Сомерсета Моэма. К сожалению, мне пока не довелось данное произведение Моэма. Поэтому я могу судить о художественной наполняемости фильма лишь по постановочным особенностям (досадно пропуская самую главную составляющую, которая приближает фильм к роману – сценарную часть). Самое интересное, что привлекло меня уже в начале картины, так это присутствие самой фигуры Моэма. То есть, не просто включение закадрового голоса, а наличие «живого» актера, играющего писателя, как это было, видимо, расписано в самом романе. И Херберт Маршалл («Маленькие лисички») создал очень тактичный и вдумчивый образ. Феерической игры от него никто и не требовал (так как Моэм был второстепенной фигурой в своем романе). Но именно по игре Маршалла я представил себе, каким человеком был писатель. Образ писателя хоть и не является главным (а, может быть, и вовсе третьестепенным), но именно от его лица идут некоторые важные факты. Именно он представляет зрителю главного героя своего литературного детища – Ларри Даррела – человека, как считает сам Моэм, великого, повлиявшего на ход жизней окружающих его людей. Думаю, что с помощью цитат героев, можно подойти к характеру каждого из них (и приблизиться к первоисточнику): «Ты спрашиваешь себя – кто я такой? Не проще ли пойти протоптанным путем и послать все на самотек?» (Ларри Даррел). Для Лоуренса «Ларри» Даррела, прошедшего через огонь Первой мировой, такие вещи, как – деньги, офис, акции, знатность – пусты. Ему не важно, что его невеста желает жить при хоть каком-то обеспечении, иметь хороший дом, ходить в хорошие рестораны. Ему не важно, что ее дядя считает его безуспешным и никчемным человеком. Ларри хочет учиться, путешествовать, помогать людям. Для многих, такой типаж человека покажется слишком бездельным и не в меру романтичным. Но это не так. Ларри желает познать суть своего внутреннего мира. Что он по-настоящему хочет. Он ищет себя, ищет и ищет. И как человек умудренный жизнью, будет искать себя всегда. Ему по силам излечить от психоза и алкоголизма дорогих ему людей – Софи и Грэя - соответственно. Ему по силам любая работа – должность рабочего на судне, труд в шахте, изучение и применение медицины. Но он никогда не возьмется за то, что ему не по душе. Он будет любить женщину, так и не сказав ей, что не любит ее. И как потом скажет Моэм – «… Ларри нашел то, что все мы ищем, но не каждый из нас это найдет… Доброта – могущественнейшая сила в мире! И он обладает ей». Но стоит ли ориентироваться в наше время на такую личность как Ларри? Думаю, что стоит. Только это должен сделать каждый по-своему. Что же касается актера, сыгравшего Ларри – то у Тайрона Пауэра, на мой взгляд, это была лучшая роль в карьере (странно, что его даже не номинировали за нее на Оскар). Ему удалось перевоплотиться в философскую фигуру, человека мыслящего. А ведь (ну, это насколько я припоминаю…) доселе в его послужном списке были роли однотипных мачо («Знак Зорро», «Кровь и песок») или комедийных ловеласов («В старом Чикаго», «Рэгтайм банд Александра»). Пусть Пауэр сыграл немного неэмоционально и монотонно, но диалоги из его уст были крайне убедительными и разумными. «… а к 1930-му году наша страна будет самой богатой державой в мире» (Изабэль Брэдли). Для Изабэль мужчиной жизни является Ларри. Но она его не любит… она его просто желает. Если честно, то Джин Тирни в роли своей Изабэль просто раздражала меня. Однако в чем минус ее героини, в том и плюс. Изобразить глупую, избалованную девчушку, с вдавленными в ее душу, дядиными стереотипами: «сейчас мир прогрессирует», «наша страна будет к 30-му году самой богатой», «как на это посмотрит…». Вот и все, что запрограммировано в нашу героиню. А вот злоба – так она от «жира»! Особенно впечатляющ лукавый взгляд Ларри в последней встрече с Изабэль. Типа; «у тебя есть муж и дети… но ты так и не повзрослела». И, даже слова Ларри о том, что именно Изабэль погубила Софи, не вникли полностью в пластмассовую душу Изабэль. Софи – самый тяжелый и трагичный персонаж. И Энн Бакстер отлично сыграла свою роль. И за это она вполне заслуженно получила Оскар и Золотой Глобус. Именно ее персонаж, единственный, кто совершил и физическую, и духовную мощнейшую трансформацию в течение всего фильма. Из примерной женщины – доброй жены и заботливой матери, она после гибели мужа и дочери превращается в алкоголичку. Мы видим на экране уже две Энн Бакстер – хоть и красивые, но очень уж «разобранные». «Странно, что у молодого человека нет вечернего костюма» (Эллиотт Тэмплтон о Ларри Дарреле). Эллиотт - настоящий сноб. Он не видит в людях души. Он ненавидит Лари за то, что он не зарабатывает на акциях, не имеет особняка, не происходит из богатого рода. Его вычурные действия смешны и забавны. Он гордится выдуманным родовым гербом, навряд ли существующим особняком на Ривьере. Он просто… оболочка. Но это он лишь поймет на смертном одре. Клифтон Уэбб вписался в свой полукомический образок. По большей части, он меня тоже раздражал, как и его племянница – героиня Джин Тирни. Но вот «сцена со смертью» получилась у Уэбба очень яркой и какой-то неординарной. Может, и не зря его на Оскар номинировали и Золотым Глобусом наградили. Вкратце отмечу очень хорошие второплановые образы у Люсиль Уотсон (сыграла добрую всепонимающую мать Изабэль) и Джона Пэйна, долго не выходившего, как и Пауэр, из комедийного жанра («Серенада солнечной долины», «Школа свинга»). Режиссер Эдмунд Гулдинг, славившийся своими салонными трагикомедиями (например, «Гранд Отель»), соткал очень сильную многообразную философскую драму. P.S.: если кто-то говорит вам, что вы, дескать, не такие как все, идете не по правильной дорожке. «Кто ты по жизни?», «Ты – бестолочь!» и т.д. Выслушайте их. Но особо не слушайте. Может, они и сами идут неправильными дорогами?! «Счастье идет изнутри» - как сказал индийский мудрец, к которому однажды пришел Ларри. А они, эти люди, ровно, как и некоторые герои сего фильма, видят ложное счастье снаружи. И это счастье, рисуемое другими людьми, не может быть твоим… 10 из 10

Пусть этот фильм и может показаться затянутым, зато он предлагает искрометную нелинейную структуру. Только настроишься на банальное развитие ситуации, как сразу действие сворачивается в спираль и предлагается нечто кардинально иное. В такое проекции сама смена событий не менее информативна, нежели сами действия. К примеру, элегантный переход от нравственных исканий вернувшегося с фронта мужчины оказывается шокирующим, ибо зритель неожиданно оказывается в горных вершинах и становится свидетелем бесед героя с мудрецом-отшельником, заботливо обозначенном в сценарии как Святой. Таким же неожиданным оказывается и финал. Неожиданное перемещение на много лет вперед во времени и фактическое отсутствие базовой информации о том, что стало с главным героем (где работает, где живет и т.д.) перекрывается демонстрацией его внутреннего мира. Нам покажут развязку одной давнишней и обозначенной в фильме интриги, которая не могла не повлечь усиленного чувства вины. Однако, как красивы размышления и поступки героя. Тем самым, Эдмунд Гулдинг приближает фильм к парадигме Мишеля Фуко (еще не написавшего к тому времени своих самых значимых работ) в которой не имеет значения номинальная сущность субъектов. Важно - какие они. Как они реагируют на все эти страсти. В этом изучении бытийности проскальзывают заслуживающие самой высокой оценки сцены. К ним можно отнести спонтанное соблазнение Соммерсетом Моэмом жестокой и целеустремленной красотки (Джин Тирни). Беседуя о ее любимом человеке опытный мужчина без особого труда переключает внимание на обсуждение преимуществ красавицы, детально проговаривая самые неожиданные аспекты, достигает легкой победы и делает паузу. Впрочем, не будем обсуждать соответствие этого момента с ориентацией Моэма, ведь в этом фильме есть и много других, менее пикантных, но безусловно требующих внимания моментов. Даже слабая игра Тирни, очевидно скованной рамками либо режиссерских установок либо своего равнодушия не может ничего изменить. Здорово 7 из 10