Черное воскресенье

Спрос на патриотические фильмы не ослабевал никогда, и с завидной регулярностью кино с несгибаемыми героями появляются на экранах, при этом часто собирая внушительную кассу, выполняют свою пропагандистскую задачу. Со временем меняется лицо героя, степень его несгибаемости и даже национальность. Меняются декорации, года, и, время от времени, враг. Но лейтмотив остаётся тот же. В основе этой истории лежит грандиозный фундамент- конфликт, который можно расценивать и как фундаментальную многовековую религиозно-идеологическую, этническую борьбу, и, как простые споры за землю, будни геополитики. Ситуацию в зоне арабо-израильского конфликта, и конфликт с Палестиной в частности, невозможно назвать однозначной, если не смотреть на неё глазами заинтересованной стороны. События 1972 года в Мюнхене побудили писателя и журналиста Томаса Харриса написать роман «Черное воскресенье». Книга не беспричинно пользовалась успехом: актуальность темы, популярность жанра, и, несомненно, квалификация самого автора, в дальнейшем подтверждающаяся ещё более сильными произведениями (см. Доктор Ганнибал Лектор). В 1977 году пришло время для экранизации, за которую взялся Джон Франкенхаймер. Выбор режиссёра, оправданный по всем законам логики, кажется, чуть ли не идеальным с точки зрения психологии и идеологии: католик, отец еврей, эмигрировавший из Германии, мать Ирландка. За плечами Франкенхаймер уже имел определённый опыт работы в жанре драмы, триллера и боевика. Кто как ни он мог прочувствовать и передать всю подноготную? Палестина наносит ответный удар. Не первый и не последний раз кто-то пытается поделиться своими страданиями с американским народом (надеюсь, лишь на экране), оружием возмездия выбрана бомба, водруженная на летательный аппарат. Отрицательная героиня – террористка родом из Палестины с непроизносимым именем, мотивы которой представлены ни как борьба за свой народ и идеалы, а скорее личная месть. Она ловко манипулирует бывшим американским военным пилотом Майклом (персонаж Брюса Дерна просто невероятно похож на Майкла Бея, который в свою очередь отвечал за «Перл Харбор» 2001). Шесть лет Майкл был узником Вьетнамского плена полного лишений, из за чего тоже немного тронулся умом. Жаждущий отомстить за разрушенную жизнь, что тоже мотив сугубо личный (притом ещё и нарочито усиленный бытовыми неурядицами), предстаёт он перед зрителями всё тем же исключением из правил, верность коих своим наличием и подтверждает. Злодей одиночка – классический образ Ли Харви Освальда, на которого так удобно всё свалить. Воспрепятствовать злу по всем законам жанра предстоит коренному израильтянину со своей нелёгкой судьбой. Чекист, майор разведки и прекрасный семьянин, со временем начинает сомневаться: рука его дрогнула, вера его поколеблена. Однако, после того как террористка с непроизносимым именем убивает его напарника и единственного друга Роберта, в нём открывается второе дыхание. Он снова готов поговорить с врагом на языке свинца. Если бы Рембо жил в 70-е – его бы звали Рабинович. Общее впечатление так же совершенно нейтральное. За 10 лет до выхода фильма на экраны палестинский иммигрант убил Роберта Кеннеди, президентом стал республиканец Никсон. Множество потенциально интересных исторических параллелей утопает в бледности и плоскости их же представления в фильме. Множество деталей, саундтрэк от Джона Уильямса, общее качество повествования сменяет весьма посредственный боевик не блещущий реалистичностью, хоть и весьма дорогой с точки зрения постановки. Глупо, казалось бы, проводить параллели между проходным кинематографом и реальными трагедиями, но, в 2001 не нашлись ни Роберт Шоу, ни «Мстители». Быть может, нашлись лишь некие хранители, и фильм 1977 года стал явью для 2977 человек.