Клетка для соловья

Клемент Матье – типичный такой неудачник. Работы нет и все начинания заканчиваются провалами, а к девушке, в которую он влюблен, даже на порог не подпускает ее строгая мамаша. Правда, у Клемента есть рукопись какого-то там романа, но в издательстве никто не хочет ее взять даже к прочтению. И все же мужичку на ровном месте таки подфартило. Его дружок через подлог отправил роман Клемента в печать, и пусть разразился скандал, но дело уже сделано – книга опубликована огромным тиражом. И теперь у кучи людей появляется возможность узнать историю Клемента, а именно, как он когда-то был преподавателем в колледже для детей-преступников, и как он среди них организовал хор. Любители классного французского кино наверняка не пропустили картину Кристофа Барратье «Хористы» 2004 года, и кино, действительно, стало событием в середине нулевых. Но никаких «Хористов» бы не было, не сними в послевоенном 1945 году Жан Древиль оригинальную картину «Клетка для соловья». Хотя что интересно, Древиль фильм начал снимать еще в оккупированной немцами Франции, затем прервался на момент высадки союзников в Нормандии, и после уже продолжил. Это, к слову, еще один характерный пример о том, как невыносимо жилось в Западной Европе под немцами. Может кто-то приведет пример, какие фильмы были сняты в то же самое время в оккупированных Одессе или Ялте? Это не личный упрек Жану Древилю, никто ведь не был лично на его месте. Герой Советского Союза, особо отличившийся при обороне Москвы, командарм Андрей Власов после пленения навеки опозорил свое имя. А старший лейтенант Марсель Лефевр не стал отсиживаться где-то в бесконечных французских колониях, а поехал в составе эскадрильи «Нормандия – Неман» в СССР, где и заработал своего Героя Советского Союза, вот только посмертно. Да, Древиль был не Лефевром, но и не Власовым. Он выживал, как умел и внес тоже свою толику в увековечивание победы. Например, самый известный послевоенный его фильм, ставший хитом в СССР, назывался именно «Нормандия – Неман». А вот «Клетка для соловья» вызвала зрительский бум в послевоенной Франции сразу же в 1945 году. Фильм в кинотеатрах посмотрело более 5 миллионов зрителей, и смотрели его не из-за безрыбья, а потому что картина, действительно, вышла классной. Кино начинается в чаплинском стиле о бродяге-неудачнике, где главный герой в исполнении Ноэль-Ноэля постоянно попадает в передряги, из которых выходит также с одними потерями. А затем Древиль делает картину в картине. После того, как публикуется роман главного героя, его возлюбленная вместе со своей мамашей начинает его читать, и сюжет трансформируется уже в педагогическую поэму наподобие нашей «Республики ШКИД». Герой притирается к детям, ведет войну с невыносимым директором-садистом (случайно или нет, но его внешний вид очень здорово напоминает Ленина), ну и создает тот самый мужской хор, который становится основным связывающим элементом всей истории. Да, чуть провисает развязка, ну так и фильм создавался буквально на коленках. И вот на этих самых коленках слепили чертовски здоровское кино. Этот фильм имеет не только живой и продуманный сюжет. Главное достоинство картины – она эмоционально цепляет. И ведь это никакой не неореализм, вошедший в Европе в моду сразу же после войны вместе с остовами разрушенных зданий и судеб. Это кино о сострадании, которое оказывается сильнее кнута и карцера. 7 из 10