Зелиг

Заурядный человечишка по имени Леонард Зелиг становится знаменитой личностью после того, как обнаруживает в себе уникальную способность - физически и духовно перевоплощаться в кого угодно: от Чарли Чаплина до Адольфа Гитлера, от толстяка до китайца. И, главное дело, великий имитатор не знает пределов совершенству… Отработав к середине 1970-х пародийную тему, сделав затем самого себя объектом для самоиронии, чуть побыв американским Бергманом и Феллини, Аллен совершил в 1983-м грандиозный прорыв, проникнув, по сути, в прошлое. Он снял вовсе не ретро-фантастическое кино в привычном понимании (типа «Назад в будущее»), а скорее псевдо-историческое: взял и поселил своего героя в кинохронику ХХ века. Кто-то, наверно, помнит, как в 1994-м все сходили с ума, наблюдая за бравыми похождениями Форреста Гампа. Приём хроникальных приключений так понравился служителям масс-медиа, что начал активно тиражироваться. Одним из первых откликнулся на новинку наш Леонид Парфенов, сделав из этой фишки целую серию заставок для своего «Намедни». Однако этой новации на тот момент было уже, без малого, 11 лет. Во всяком случай, Вуди Аллен своего «Зелига» целиком построил именно на таком эффекте. Это кино рассказывает о фантоме-уникуме, конформисте-хамелеоне, способном принимать обличия окружающих людей. Умение мимикрировать позволяет маленькому человечку добиться невероятных социальных успехов, преодолеть множественные перипетии века, пережить войны, катастрофы и прочие форс-мажорные ситуации. Если во времена культа личности неведомые переписчики истории по приказу сверху запросто устраняли на снимках посредством фотомонтажа неугодных режиму людей, то Аллен проделал обратную операцию: дополнил собой, вернее, своим героем историю, обратив её в розыгрыш. Собственно, культ личности и культ звёзд (Зелиг – это просто-таки мега-звезда середины ХХ века) - братья-близнецы, но Аллен добавляет сюда ещё один глобальный культ – кино, и этому феномену посвятит через два года другой фильм – «Пурпурная роза Каира». В «Зелиге» можно обнаружить отголоски скандала следующего столетия. Я имею ввиду использование физиономии покойного Лоуренса Оливье, без его ведома пристроенной в фильме «Небесный капитан и мир будущего». Аллен ещё 21 год назад поставил на повестку дня вопрос (а)моральности эксплуатации исторических персонажей, предсказав, что эпоха грандиозных манипуляций и мистификаций, так или иначе, захочет подчинить прошлое своим интересам. Уже 21 год назад Аллен проработал механизмы позиционирования: как можно посредством мифотворчества сделать звездой человека-фантома. А за три года до этого он уже опробовал приём «кино в кино» в «Воспоминаниях о «Звёздной пыли», пародийно стилизованных под феллиниевские «Восемь с половиной». Но только в «Зелиге», в своеобразной мнимо-документальной антиутопии, он смог вытащить на поверхность метафизический пласт. Но прежде Аллену пришлось просмотреть 6 километров хроникальной плёнки, и, выбрав лучшее, внедриться в неё. На пару с оператором Гордоном Уиллисом (снимавшим «Крёстного отца»), они сделали своё чёрно-белое дело, не прибегая (в отличие от Земекиса & Парфёнова) к посредничеству компьютера. То есть, колдовали за монтажным столом, в химических лабораториях, потратив на это гораздо больше усилий и времени, чем их последователи-эпигоны. «Зелиг» создал очередной прецедент «незамеченного шедевра». Такое время от времени случается: Кубрика, например, не побаловали призами за два его фильма-прорыва - «Космическую одиссею» и «Заводной апельсин». Осталось не удел и «Последнее танго в Париже» Бертолуччи… «Коянискаци» Реджио сразу не восприняли адекватно. И этот список можно продолжить…

Мне наскучил неравный бой Плетью обуха не перебить. Не хочу быть самим собой, Я таким как все стану быть. (А. Макаревич) У главного героя шьямалановского фильма 'Сплит' было, помнится, 23 личности и это был триллер. Вуди Аллен за 33 года до этого показал нечто гораздо более страшное - человека совсем без личности, только сделал это в виде комедии. 'Зелиг', безусловно, один из самых оригинальных фильмов Аллена. Причем, что это есть такое - великий очкарик так и не объяснил. Философская притча? Остроумная сатира? Ироничное осмысление поиска идентичности от представителя наиболее ассимилировавшейся в мировом сообществе нации? Саркастическое перевирание ницшеанской теории о 'сверхчеловеке'? Пародия на многочисленные трактаты по психоанализу, ставшему особенно модным? Или может быть просто шутка? Если это шутка, то довольно злая. Если философская притча, то слишком смешная... Если сатира, то недостаточно острая. В любом случае, картина оказала огромное влияние на массовую культуру. Можно с уверенностью утверждать, что не будь 'Зелига', не было бы 'Форреста Гампа' - уж точно в том виде, в каком он появился. Не было бы множества приемов, которые с успехом использовались в последующих мокьюментари, а у редкого мозгового нарушения с похожими симптомами не было бы столь подходящего названия. Очевидно, что Аллен с присущим ему интересом к психоанализу показывает себя отменным знатоком человеческой природы, доводя до абсурда не так уж редко встречающийся в людях конформизм. И с этим он неожиданно и снайперски попадает в сегодняшний день со всеми его страшными событиями. Ведь его герой Леонард Зелиг не просто 'человек-хамелеон', он приспособленец, у которого желание быть как все возведено в абсолют. Он просто физически не способен быть собой. Аллен создает остроумный, но от того не менее страшный портрет идеальной биомассы, принимающей любой вид и - следовательно - любое мнение за свое (а стало быть - и любую пропаганду), при полном отсутствии критического мышления и попыток анализа. Это идеальный раб - беспомощный и при этом беспощадный и всемогущий, винтик в государственной машине, в любую секунду готовый стать кем угодно и в любой момент быть пущенным 'в дело', готовый творить любое зло, просто потому, что оно никак не откликается в лишенной убеждений, морали, воображения, принципов, этики, - 'пустой' - душе. Человек-жидкость, принимающий форму любого сосуда, в который его помещают. Аллен делает его смешным, но ужас от осознания наличия огромного количества подобных людей в мире от этого не становится меньше. Ассимилирующийся как карпентеровское 'нечто' Зелиг способен и на добрые дела, но они не идут из его самосознания, потому что никакого самосознания у него нет. Это человек-фикция, человек-оболочка. Но эта оболочка способна держать в руках оружие и выполнять приказы. Не зря в один из моментов фильма герой оказывается среди фашистов как в идеальной среде обитания - в толпе, возле подобных себе. О, здесь ему тепло и вольготно - не надо думать, и всегда есть некто важный, главный, который избавит от необходимости думать, чувствовать и брать ответственность за свои поступки. Так, начав с желания всем нравится и быть любимым, изображаемый Алленом человечек оказывается фашистом. Интересная карьера! Но, пройдя курс лечения и временно избавившись от своего 'безличия', Зелиг становится изгоем и преступником, потому что - парадокс - как мыслящая единица миру он не так уж нужен. Сильные мира сего с удовольствием приняли его как хамелеона, как игрушку, но сразу же отвергли, едва в нем зародились искры сомнения. 'Тут умные не надобны, надобны верные' (с) В общем и целом получается очень безрадостная картина, хотя, несомненно, это один из самых смешных фильмов Аллена. И да, мэтр находит для своего героя способ излечения, но, боюсь, это лишь уступка жанру и общему позитивному настрою фильма, который, конечно же, не затевался как пророческий или сколь-нибудь значимый, тем не менее прозвучал он громко, именно как художественное открытие. В актерском контексте ни для Аллена, ни для Фэрроу их работы не стали творческим открытием, хотя Аллен абсолютно правдив (практически не меняя своего вечного образа-маски) в роли 'безликого человека из толпы', а Фэрроу чудно смотрится в костюмах 20-30-х и в целом очаровательна как всегда. Но с точки зрения самой идеи, режиссерского замысла, стилизации, работы с монохромным изображением и архивными кадрами - картина - эталонна! Обилие видных деятелей литературы, искусства, науки а также великолепно состаренные кадры и прекрасный монтаж с кинохроникой делают картину идеальным мокьюментари (забавно, что снимая ленту про 'мимикрирующего человека', Аллен сам удачно мимикрирует под чужую эпоху и чужой стиль) и, следовательно добавляет правды и эмоциональности этой и без того очень сильной и даже вызывающей оторопь. Одновременно размышление об индивидуализме, который странно смешивается со страстном желании быть как все (а значит - никем), и полная сардонического юмора комедия, осмысление инертности, безликости масс, как шага на пути к возникновению фашизма, и - романтическая светлая картина, полная любви и нежности, удивительный фильм, в котором фальшиво абсолютно все, но который всем - каждой мыслью, каждым кадром - настоящий! Безусловно, 'Зелиг' - один из самых удивительных, талантливых и поистине творческих экспериментов мирового кино! 10 из 10

Это лучшая мокьюментари, и она действительно смешна, чего и следовало ожидать от Вуди. Человек-хамелеон, который может быть кем угодно - от психоаналитика до негра или толстяка, на самом деле несчастен. Он потерял свою личность и не знает, кто он. Весь фильм пропитан гротеском и черной сатирой, но несмотря на всю абсурдность, можно разглядеть искренние слова героев, например, в таких диалогах: Зелиг: Так безопаснее… быть как все. Юдора: Вам хочется избежать опасности? Зелиг: Мне хочется, чтобы меня любили. Юдора Флетчер (Миа Фэрроу) и Леонард Зелиг (Вуди Аллен) необъяснимо милы в фильме как вместе, так и по отдельности. Они создают гармоничную пару и не менее гармоничные кадры по одиночке. А гармоничная пара и милый дискомфорт создают настроение фильма. Юдора Флетчер - блестящий врач-психоаналитик, способный вылечить человека-хамелеона, который приобрел собственную индивидуальность во всех чужих сразу. Юдора - тощая милашка в очках и растянутых кардиганах, вечно курящая и разбирающаяся в своем деле. Торопливая, как Зелиг и как сам Вуди Аллен. Леонард - нервный, порывистый и скрывающийся человек-хамелеон. Здесь множество аллюзий, привычного Вуди-Алленовского юмора и сатиры. А еще забавных кадров и веры в то, что этот абсурд - чистая правда. В итоге это такое кино, которое нужно смотреть в любом случае. Тем, кто любит документальное кино; тем, кто любит мокьюментари; тем, кто любит Вуди Аллена; тем, кто любит сатиру и черный юмор; тем, кто любит психоанализ; тем, что любит стильное ч/б кино; тем, кто любит кино и хорошее кино. P.S.: включите 'Bernie Knee – Doin the chameleon' и подпевайте, прокручивая в голове веселые картинки фильма. 9 из 10

В своем лучшем и, пожалуй, единственном фильме, который без всяких оговорок можно зачислить в шедевры киноискусства, Вуди Аллену удалось в необычайно емкой и выразительной, и в то же время лаконичной форме, обозначить, прямо или косвенно, глобальные экзистенциальные и онтологические проблемы, как отдельного индивида, так и социума в целом, на пути развития западной цивилизации, которым на протяжении XIX-XX веков посвящены сотни томов философской, психоаналитической и художественной литературы. Не буду пытаться сформулировать их все, выделив только центральную и самую очевидную. Это массовое явление конформизма и забвения индивидуальности. Корни его, разумеется, уходят глубоко в детство. Как известно, с младых ногтей человеку беспрерывно внушают определенные догмы и правила. И тогда же интуитивно, а повзрослев сознательно, он четко усваивает – чтобы тебя любили, да и просто, чтобы выжить, необходимо, грубо говоря, стать таким как все. Торжествует фрейдистский «принцип реальности». На примере своего героя – Зелига – Аллен воплощает на экране эту идею в буквальном выражении – используя популярный диалектический метод – в гротескной наглядности доводя ее до абсурда. В следствие чего, вскрывается ее парадоксальная сущность: только совершенно утратив собственную личность, слившись с окружающей средой, подобно хамелеону, превращаясь в «человека без свойств», только тогда Зелиг обретает притягательную индивидуальность в глазах окружающих. Выходит так, что конформизм в абсолютной форме, в массовом сознании становиться тождественен крайней степени индивидуализма, возведенной толпой в культ, фетиш, образец для подражания. Всплывает основная причина тотальной отчужденности модернистского общества: сам по себе человек никому не нужен и не интересен, востребован лишь растиражированный, «раскрученный» образ, по сути дела фикция. Даже если закрыть глаза на то, что почти все главные персонажи фильмов Аллена евреи, безусловно, Леонард Зелиг не мог быть ни кем иным, как евреем, в аллегоричном характере своей роли олицетворяя извечную необходимость «богоизбранного» народа в культурной ассимиляции. И, конечно же, Аллен не был бы самим собой, если бы не рассыпал по всему полотну зерна сатиры, прорастающие то тонкой, в присущей ему манере, иронией, то откровенным сарказмом. По заслугам досталось всем – традиционно: психоаналитикам, газетчикам, католикам, самим евреям и далее по списку: Фрейду, Папе Римскому, Гитлеру, Карнеги, ку-клус-клану, «светилам» науки, Голливуду, попросту глупому обывателю и всей системе в целом. И почти всегда это метко, находчиво и смешно. Что касается художественного качества картины и профессионализма ее создателей, то об этом написано так много и подробно, что здесь, по существу, прибавить нечего, остается только повторяться – в жанре псевдодокументального кино, это непревзойденная работа. В самом деле, если вырезать сцены, где разыгрывается неприкрытый фарс, можно легко поверить в подлинность съемки. И это в то время, когда о компьютерных «фокусах» можно было только фантазировать. Словом, высокий класс. Каждый, кто более-менее увлечен искусством кино, должен посмотреть эту картину, если до сих пор по какому-то недоразумению этого не сделал. 9 из 10

Без преувеличения гениальное черно-белое кино Вуди Аллена с ним же самим в главной роли, снятое в жанре «мокьюментари» или псевдодокументалистики и рассказывающее вымышленную историю жизни некоего Леонарда Зелига в 1920х-30х годах - одного странного и необычного типа, способного в буквальном смысле слова менять свою внешность и подстраиваться под поведение окружающих его людей. Остроумнейшая, изобретательная, тонкая, увлекательная и совершенная в техническом воплощении картина (ради достижения эффекта старины Вуди и его оператор Гордон Уиллис состаривали, а затем топтали ногами пленку), в которой абсолютно точно уловлена и передана атмосфера немого кино, а также незлобно высмеяны схематичные приемы и принципы создания документальных фильмов. «Все это настолько правдоподобно и смешно, что не может быть правдой!» - воскликнете вы, и такой слоган можно будет дать этой картине. Хотя на самом деле она в этом не нуждается – и без этого полтора часа чистейшего удовольствия гарантировано! Ну и в конце концов нельзя не задаться сопровождающим весь фильм вопросом: «А в ком из нас нет Зелига?» Ведь на самом деле Зелиг есть в каждом из нас! 10 из 10

'Я работал с Фрейдом в Вене. Мы поссорились из-за концепции зависти к пенису. Фрейд полагал, что она должна быть ограничена только женщинами.' (с) Зелиг. Черно-белая, специфическая, ни на что не похожая комедия под названием 'Зелиг' признана одним из лучших творений Вуди Аллена. Этот удивительный режиссер снял столько замечательных и любимых фильмов, и начиная смотреть любое его кино, попадаешь в нечто невероятное. Комедия, либо драма - Вуди погружает зрителя в накал страстей человеческих. Но вот фильм его 'Зелиг' ни на что не похож из его других фильмов. Пробное кино снятое в псевдодокументальном жанре - мокьюментари является неким первооткрывателем в этом русле кинематографа, и Вуди это удалось. Определенно ироничная картина оригинальная и с тонким юмором. Перед нами верхушка славы Вуди Аллена, и одно из самых необычных творений в мире большого кино. Кстати, недавно смотрел бессовестную комедию 'Семь дней в аду' с Китом Харингтоном (известным всему миру ролью Джоном Сноу из Игры престолов), и так вот все время вспоминал фильм 'Зелиг', веть та комедия тоже снята в редком жанре мокьюментари, и что-то в ней есть от Зелига, чувствовалось это. Комедийный фильм же 'Зелиг' конечно намного масштабнее, продуманнее и хитрее. В этой истории мы видим Америку 1920- 1930 годах. Еврей Леонард Зелиг на первый взгляд кажется заурядным и серым человеком, но это ни так. Он обладает удивительной способностью. Господин Зелиг может подстраиваться, адаптироваться, а затем и вовсе перевоплощаться в любого человека. Если он общается с афроамериканцами, он становится одним из них, если с китайцами, то им, если с демократами, то рассуждает и мыслит, как они, используя конформизм, ну а если с республиканцами, то уже мыслит по другому, как они и снова меняется. Одна женщина-врач изучает Зелига и ее исследование получается беспрецедентным... Тот случай, когда Ален и режиссер, и сценарист, и актер в главной роли. Его картина - это комедийный мир Вуди, который он детально перенес на экран из своей головы, без вмешательств других. На тот момент Вуди Аллен был уже очень популярен, и перед его творчеством открывались большие горизонты, и он уверенно и решительно снимал свое уникальное кино. Лично для меня его фильм 'Зелиг' вдалеке от всех других его работ. Есть все, все, все его фильмы вместе, а вот это кино - оно отдельно, и оно одно. На столько данная комедийная кинолента необычная и ни с чем не сравнима. Женскую роль тут играет Миа Фэрроу. Как все знают, Фэрроу в очень многих фильмах сыграла у Вуди, и данное кино было по счету вторым, где она была в качестве актрисы. Первая же ее роль в фильме Вуди 'Сексуальная комедия в летнюю ночь' 1982 года - провалилась, и кинокритики в пух и прах раскритиковали Мию Фэрроу в том фильме. Даже присудили актрисе постыдную номинацию на Золотую малину. В 'Зелиге' Фэрроу перевоплотилась и уже сыграла хорошо. Именно с этого момента началась удача, и актриса раскрылась. Ведь все следующие ее роли в фильмах ВУди были хороши. 'Когда Леонард был ребёнком, над ним часто издевались антисемиты. Родители, никогда не входившие в его положение и обвинявшие его во всем, вставали на сторону антисемитов. Они часто наказывали его, запирая в тёмном чулане. Когда они были особенно сердиты,.. они запирались в чулане вместе с ним.' Есть фильмы, которые по своей природе уникальны и беспрецедентны, которых должен оценить каждый киноман. Именно это я бы и сказал про данную картину, ведь она собственно и такая. 'Зелиг' - американская, псевдодокументальная комедия 1983 года. Крайне остроумный, забавный фильм с очень необычной историей, преподнесенной в ироничном стиле Вуди Аллена, последующим его обаянием и тонкостями этого создателя юморного кино. Всем хорошего настроения и хороших фильмов. Зелиг... ЗЕЛИГ... З е л и г... З е Л и Г... Зелиг... Зелиг... 8 из 10

«Зелиг», определенно, не тот фильм, который бы в полном объеме мог представлять всю обширную фильмографию Вуди Аллена, быть 90-то минутным концентратом режиссерского стиля и подчерка знаменитого еврея. Данная лента никак не вписывается в один ряд с фильмами Аллена конца 70-ых, начала 80-ых, такими как «Энни Холл», «Манхэттен» или «Сексуальная комедия в летнюю ночь». Практически полностью отказавшись от уже устоявшихся и полюбившихся зрителю авторских приемов, режиссер этим фильмом уходит в совершенно иную нишу. Что самое главное – Вуди Аллен и в этой своей попытке снимает впечатляющее авторское кино, тем самым раз и навсегда снимая все вопросы о своей профпригодности. Псевдодокументальный жанр в сочетании с юмором и интеллектом Вуди Аллена рождает нестандартный и запоминающийся фильм, в котором совокупность мелочей, быстрый переход кадров и отсутствие длинных эпизодов играют важнейшую роль, что в свою очередь было отмечено многочисленными наградами в технической области. Несмотря на незначительный хронометраж, при использовании этих приемов достигается ощущение после просмотра, что зритель оценил не один короткий фильм, а телевизионный мини-сериал, транслировавшийся по выходным в течение месяца. Количество и качество эпизодов, интервью, статичных кадров, хроники и многие другие сцены, описываемые закадровым голосом рассказчика, отстраняют от принятия стороны любого из героев фильма, убирают излишние эмоции и позволяют сконцентрироваться на рациональном восприятии и понимании этой необычной истории о необычном человеке в антураже Америки рубежа 20-30 годов. Леонард Зелиг представляется как совершенно необъяснимый и фантастический элемент своей эпохи. При этом за давностью событий и поколений, а так же под вилянием псевдодокументальной манеры фильма, в определенный момент все происходящее на экране можно принять за правду. Характер, эмоциональная сторона, его предпочтения и недостатки, предыстория и мотивы персонажа практически полостью принесены на алтарь мокьюментари, что совершенно не похоже на Вуди, который, как известно, не может не наделить главного героя своим лицом и манерами. Полностью отказаться от этого он не смог, оставив за собой первую роль, но его Зелиг показан лишь как маленький человек, вокруг которого с неконтролируемой быстротой развиваются события, на которые он при всем своем желании уже не может воздействовать. И это может означать только одно – главный герой не Зелиг, не доктор Флетчер, а рассказчик, олицетворяющий в своем закадровом голосе всю Америку. Вуди Аллен снял кино об американской истории и американском народе. Зелиг является только поводом для того, чтобы создать свою собственную альтернативную историю, показать скоротечность моды и событий и то, как одна необычная личность может оставить свой след в своем поколении. А так же то, что этот след может так же быстро исчезнуть, как и появился. Так или иначе, но «Зелиг» стал бенефисом именно Аллена-режиссера, а не Аллена-актера. Любителям его манеры невнятно, быстро тараторить и наблюдать за развитием многочисленных интриг, интрижек и любовных настроений многих воплощений актера будет мало чем здесь насладиться. Но будет крайне любопытно абстрагироваться от этого притягивающего образа коротышки в роговых очках и, вглядываясь в кадры этого фильма, увидеть другую, менее заметную, но не менее выдающуюся сторону Вуди Аллена.

Фильм Зелиг нельзя рассматривать в отрыве от предыдущих работ Вуди Аллена. Так как во многом картина является выводами режиссера его излюбленных тем. Для «Классического» Вуди Аллена характерны темы: иррациональность, опустошение, и отчужденность человека в современном обществе. Его работы во многом экранизации собственного опыта с примесью модного тогда психоанализа. Форма и содержания его фильмов намеренно противоречат друг другу. За тривиальными с виду историями, зачастую скрывается серьезная драма маленького, невротичного человека. Мне кажется, что главным выразительным средствам режиссера является сближение трагедии и комедии, где одно логически продолжает другое. Ведь с точки зрения объективной реальности, разницы между трагедией и комедией практически нет. Для обоих жанров характерны: конфликтная среда, и нерациональность человека в этой среде. Разница заключается лишь в акцентах, расставленных автором в рассматриваемой им теме. Режиссер выбирает комедию, и создает целую киновселенную позитивной психотерапии, где исследуют истоки невроза как у отдельного человека, так и у целого общества. Фильм Зелиг, снятый Вуди Аленом по собственному сценарию, во многом подводит итог его работам 70-х годов. Леонард Зелиг гипертрофированный собирательный образ всех персонажей Аллена. Эдакий собирательный образ, всех собирательных образов. Если прошлые персонажи Аллена являлись представителями малой психиатрии, то Леонард находится еще в неизвестных областях науки. Его психосоматические проявления доведены до абсурда. Если обычный человек, пытаясь, подстроится под каноны общества жертвует своей индивидуальностью, то Зелиг идет дальше, меняя собственную анатомию. Зелиг олицетворяет собой суть конформизма, вредного для развития собственной личности, но полезного для группы обезличенных индивидов. Именно обезличивание современного человека, является главной проблематикой фильма. Каждый газетный заголовок, каждая передача, как и любой другой инструмент пропаганды приводят общественный интерес к общему знаменателю. Обезличивание помогает предугадать реакцию публики, и тем самым повысить продажи. Неслучайно именно репортаж и документалистика определяют форму данного фильма. Мы становимся такими же увлеченными зрителями истории, как те люди, читающие бульварную Нью-Йоркскую прессу 20-х годов. И нам приходится поверить в события, происходящие на экране, которых возможно никогда не было. Но которые нам приходится принять за истину, чтобы погрузиться в историю. Кроме того, архивные хроники и старая пленка, производят впечатление редкого, а потому ценного знания. Таким художественным средством, автор манипулирует нашим вниманием, завышая значимость происходящего на экране. Такой постмодернистский прием, обращенный против зрителя, помогает нам лучше осмыслить увиденное, и подвергнуть критике свои собственные интересы. Конформизм и уход от него является главным двигателем сюжета. Леонард, человек со странным дефектом вызывает повышенный интерес, именно потому, что он не такой как все, хотя ирония как раз в том, что он именно неотличим от всех остальных. В любом случае главные интеллектуалы того времени, а именно психоаналитики, считают, что ему необходимо лечение, чтобы сделать его нормальным членом общества. Но как только доктору Флетчер это удается и Зелиг становится самостоятельной личностью, на него обрушивается шквал негатива. Представители общественности вспоминают все проблемы, причинённые им Зелигом, совершенно игнорируя природу его болезни. В то же время, совершенный им подвиг под действием того-же самого недуга, уже рассматривается обществом как гениальность, обеспечивая ему всемирную любовь и уважения. Именно это когнитивное искажение стоит в основе многих социальных конфликтов. Если ты совершил плохой поступок, твои проблемы никого не интересуют, но, если благодаря этим же самым проблемам ты делаешь что-то хорошее, проблемы перестают быть проблемами. Фильм отражает многие проблемы индустриального общества. Потому как именно в индустриальном обществе, в век мегаполисов, развитых СМИ, и сильной идеологии, тривиальные человеческие качества становятся самой настоящей социальной бомбой. Индивидуальность штука спорная, человек может к ней стремится всю жизнь, тратя на развитие своей личности огромные ресурсы. Но спустя большое количество потраченного времени и усилий, человек может обнаружить, что он никем не понят, и что остался он со своей индивидуальностью наедине Конформизм штука опасная, именно неспособность Зелига переносить гонения, а потому одиночество, провоцирует его проявить крайнюю степень конформизма – вступить в ряды нацисткой партии. Разрешение этого конфликта может лежать в юморе, потому как именно юмор помогает смотреть на вещи более отстранённо, именно благодаря комедии можно увидеть все противоречия, назревшие в обществе. Трагедия вгоняет в таску, сужая внимания зрителя до автоматических, но очень ярких реакций. Комедия Вуди Аллена, позволяет расширить внимания, и учесть больше деталей, для проведения эффективной терапии над собой!

И хотя современный поджанр псевдодокументалистики зашёл в тупик, когда-то он процветал. В начале 00-ых его умело эксплуатировали в ужастиках, вроде Ведьмы из Блэр, Паранормального явления, Монстро и Репортажа. Но если так посмотреть, ничем не хуже, а в чём-то даже лучше, мокьюментари работает в комедии. Борат использовал этот приём чтобы высмеять все пороки американского общества разом, Задержка в развитии умело стебала богатых, а Реальные упыри закосив под документалку про вампиров отобразили неспособность отдельных групп людей приспособиться к меняющимся реалиям. А если ещё сериалы брать в пример, то одни только Офис и Парки и зоны отдыха являются одними из лучших комедийных шоу 21 века в принципе. Но кто бы мог подумать, что один из лучших представителей комедийного мокьюментари выйдет не 00-ые или 10-ые, да и в принципе не в этом веке. Речь идёт о вышедшем в 1983-ем Зелиге, изменившим у многих представление о мокьюментари. Если в кратце по сюжету, то это история про Леонарда Зелига. Человека, в котором обнаружили способность буквально перевоплощаться в любых людей, с которыми он находится рядом. Будь то толстяк, раввин, служитель СС или даже чернокожий. За это его все прозвали человеком-хамелеоном, способным мимикрировать под кого угодно, а потому представляющий всевозможный интерес для общества. Сам фильм снят в стиле документального портрета и отображает как человека, так и эпоху вокруг него. Реальная плёнка тех лет смешана с правдоподобной имитацией той плёнки. Внутри фильма даже есть интервью с 'реальными очевидцами произошедшего' и вставки из 'реально отснятых' по тем событиям фильмов. Всё это позволяет полностью погрузиться в историю и понять, что такое реально было. Впрочем, режиссёр Вуди Аллен тут и создаёт контраст. С одной стороны, фильм отлично стилизован под кадры той эпохи и даже кадры с самим Алленом реально сочетаются с настоящей архивной плёнкой, а с другой, события кажутся столь неправдоподобными и настолько несуразными, что поверить в такое никак не возможно. Именно на этом и строится комедия фильма. Чем дальше идёт сюжет, тем абсурднее становятся происходящее на экране. В какой-то момент нам поведают о том, что Зелиг захватил немецкий самолёт и верх тормашками перелетел Атлантику. Это смешно и тем, как серьёзно на события реагируют как обычные люди, так и рассказчик. Последний делает историю ещё правдоподобнее благодаря своему тону. С одной стороны, он сохраняет невозмутимость и старается беспристрастно пересказать события, но с другой в его голосе всё равно чувствуются нотки изумления и интереса к происходящему. Благодаря слишком серьёзному отношению к Зелигу и строится вся удачная комедия фильма. Как и все удачные мокьюментари, здесь элементы документалистики используются не столько ради того, чтобы надурить зрителя. Куда важнее показать то, как может быстро меняться настроение в обществе. Вот Зелиг, как Зелиг, никому до него не было дела. И тут вскрылось, что у него есть способности. Толпа сразу же сорвалась с цепи и начала следить за ситуацией. Всем известно, что людям в первую очередь нужны зрелища и они нашли себе нечто подобное, словно перестав следить за всеми остальными событиями в мире. Более того, многие начали коммерциализировать Зелига, превращая Человека-хамелеона в этакий бренд. Но потом он всем наскучивает, и про 'пресмыкающегося' быстро забывают. Потом, когда он, казалось, освобождается от своего недуга, люди вдруг превращают его в врага. То он претворялся маляром, хотя ничего в этом не смыслил, то принимал роды, хотя ранее никогда не практиковался в акушерстве, то вообще в бессознании завёл многожёнство, а те заимели от него детей. Только после подвига на самолёте ему кое как отпустили грехи, сделали героем и благополучно забыли, как это часто происходит с 'сенсациями'. В этом плане фильм идеально показал, как меняется настроение в обществе и как социум может быть двуличен. Есть какая-то ирония и в самом образе Зелига. Он так старался мимикрировать под всех подряд, так не хотел выделяться, что в итоге именно этой своей чертой и выделился. Когда же Зелиг начал 'вылечиваться', общество сказало, что он им не нравился как человек-хамелеон, ибо сам того не зная совершал проступки, а то и настоящие уголовные преступления. И именно поэтому он снова начал мимикрировать, пытаясь снова понравиться обществу. Получается замкнутый круг. Он сам того не зная совершает проступки как хамелеон, но если Зелиг перестаёт быть любимым, то снова становится хамелеоном. Самое интересное, что не смотря на гротеск образа и утрированность событий, многие люди могут найти в этом что-то жизненное. Все мы перевоплощаемся в кого-то, кем не являемся, стараясь угодить всем подряд, а с соц сетями такая проблема и вовсе вышла на новый уровень. Зелиг при всей своей комедийной составляющей, является драмой, в которой есть над чем поразмыслить. Несмотря на то, что само существование фильма похоже на шутку, чем пристальнее на него смотришь, тем больше осознаёшь, что эта шутка может не только рассмешить, но и заставить подумать. Вуди Аллен действительно мэтр кинематографа, который способен рассказать удивительные истории самым необычным киноязыком. Лучшая ли это его работа? Навряд ли. Слишком обширна его фильмография. Но это однозначно тот фильм, за который его можно вспомнить и понять его глубину мысли, а также узнать, что у мокьюментари был ещё большой потенциал. А может быть, он ещё и остался?