Комедианты

Если лучшим греческим режиссёром снимавшим за пределами своей страны был Коста-Гаврас, то лучшим постановщиком работающим у себя на Родине, был и остаётся- Теодорос Ангелопулос. Как и многие его коллеги, он пришёл в кино из журналистики. Будучи в прошлом кинокритиком, он и на свои фильмы, перенесёт эту въедливую манеру аналитики и демонстрации предмета с разных, зачастую неприглядных, сторон. Авторский почерк Ангелопулоса, лучше всего рифмуется по художественному стилю с другим выдающимся постановщиком, правда не его земляком, а венгром- Миклошем Янчо. Тот же отстранённый взгляд на собственных персонажей, отсутствие крупных планов, 'бесконечные' по длине кадры, неспешная панорамная съёмка, с минимумом ракурсов плывущей вокруг своей оси камеры. Эти режиссёры- словно 'близнецы-братья', замедляют повествование и как 'незримые боги' спокойно наслаждаются статичной 'энергией плёнки', предварительно 'уволив' монтажёра... 'Комедианты'- это почти четырёхчасовая фреска, всего с 80-ю монтажными склейками, о обыкновенной театральной труппе, на фоне большого отрезка истории Греции середины двадцатого века. Добрая половина актёров, наречённых древнегреческими мифическими именами, оказывается вовлечена в кровавые мясорубки Второй мировой и Гражданской войны 40-х годов. У фильма нет центрального персонажа, по сути главный герой тут- греческий народ. Поэтому и возможна здесь, некоторая авторская нейтральность в визуальных решениях, Ангелопулос словно учитель истории- деликатно преподносит нам трагедию своей нации. Да и сама труппа отнюдь не однородна- её участникам не чужды, как коммунистические убеждения, так и бесчеловечные поступки в отношении друг друга. У каждого своя индивидуальная судьба- при том, что они все идут рука об руку, по 'страницам летописи' родной Эллады. Иногда, один из них поворачивается к зрителю, и вот тут Ангелопулос предельно фокусирует наше внимание- неожиданным(для себя) средним планом, герои словно забывая играть, отстраняются от общего действия кинофильма, разражаясь монологом- рассказом о лагерных ссылках или ветеранскими воспоминаниями участника Первой мировой, тем самым ещё масштабнее реконструируя историю своей страны. Отдельно хочется отметить потрясающие аллегории, которыми пестрит эта лента, одна сцена похорон чего стоит(из серии- 'призвание выше политических убеждений, хороним актёра'- овации!), или заигрывания героинь(и даже свадьба!) с 'союзническими' военнослужащими- очевидный иносказательный прообраз политического послевоенного государственного строя, при активном вмешательстве западных стран. Да и в целом, насилие и убийство персонажей картины- это символы насилия над страной и убийство свободы многострадального греческого народа. Но главная кинофишка ленты - это, конечно, расширение временных рамок, когда из 30-х годов герои перейдя лишь на соседнюю улицу, оказываются в 40-х, а камера скрепляет всё это единым планом... 8 из 10

Фильм о событиях с 1936 по 1952 год, происходящих в Греции. Труппа комедиантов путешествует из города в город, включаясь в обстоятельства, происходящие в жизни страны. А за этот период в Греции происходило немало прецедентов, оказавших существенное влияние на судьбу греческого народа. Это вторая мировая война и, разразившаяся сразу после, гражданская война. Это борьба партий и влияние других стран на политику Греции. Это множество смертей, голод, предательства, преследования, выживание. Начинается и заканчивается путешествие актёров в одном и том же месте, только время переворачивается и смешивается: что было вначале, оказывается в конце. То, что было посередине, может оказаться вначале. У Ангелопулоса нет цели выстраивать чёткую последовательность событий. Он их смешивает, как бы говоря о том, что всё это одно и то же: борьба за власть, попирание свободы и боль. В «Комедиантах» мы видим множество политических событий: митинги и пропаганды, сражения и победы, поражения и расстрелы. Много политических атрибутов разной принадлежности: свастика, красные флаги с серпом и молотом, американские флаги и британская военная форма…чего только не было в жизни страны за это время. Однако Ангелопулос не даёт никаких оценок происходящему. Он рассказывает историю, отдавая какие-то симпатии и антипатии, но не осуждает и не превозносит кого-то. Он оставляет это право зрителю, лишь констатируя события и включая в них комедиантов. К политическим событиям, которые как бы протекают на фоне передвижения героев, добавляется символика о предательстве и убийствах внутри группы комедиантов - по всем правилам греческой мифологии. Т. е. комедианты, путешествуя, вроде и проезжают политические события мимо, и в то же время это становится невозможным: война пробирается в любую семью, как бы она не старалась сохранить нейтралитет. Актёров мы часто видим в процессе движения: камера то со спины, то с лица, смотрит на них непристально, чуть издалека, но очень внимательно и долго. Режиссёр как будто держит зрителя тем самым на расстоянии, не позволяя слишком близко приближаться к происходящему и защищая от чего-то болезненного. Комедианты мало между собой разговаривают. Основные диалоги во время выступлений или репетиций всё той же пьесы…из города в город, независимо от окружающих обстоятельств. И только иногда, текущее движение вдруг обрывается, и в камере остаётся один герой с магнетическим монологом о лично пережитом в какой-то период политической борьбы страны. Соответственно сняты и окружающие декорации: издалека или где-то чуточку поближе (в среднем плане), долго и растяжно, почти медитативно. А пейзаж фильма один и тот же: холод, слякоть, грязь и убогость. Он дополняет сущность происходящего, подчёркивает внутреннее состояние всей страны. Весь фильм разбавляется огромной порцией музыки и танцев, отражающих и обостряющих всё происходящее. Это и патриотические песни разной направленности, и народное творчество, и влияния заинтересованных стран, и вдруг прорывающееся искреннее веселье, которое дарит надежду. Почти четыре часа Тео Ангелопулос воспроизводит историю своей страны, а его комедианты опять играют всё ту же пьесу, опять возвращаются к привычному течению своей жизни. Пусть не все. Пусть не так. Но путешествие продолжается.