Сестра Кэрри

Посвящается Александру Бадриану, моему другу-лингвисту, аспиранту по литературе и исследователю творчества Теодора Драйзера. Американская литература, как и литература других стран, знала много периодов и течений. В 50-е годы XIX века она только начинала достигать своего апологея, и в ней зарождались романтизм и трансцендентализм. Тогда громкими именами в этих ответвлениях были имена Ральфа Уолдо Эмерсона, Генри Дэвида Торо и Натаниэля Готорна. Если первая пара критиковала тогдашний материализм, старалась более приблизиться к своей праматери-природе (особенно Генри Торо, для эксперимента поживший два года в лесу и написавший об этом книгу, полную наблюдений о природе и её красотах, — «Уолден, или жизнь в лесу»), то Готорн больше принадлежал к романтизму, хотя и трансцендентализм ему был не чужд. Хотя он и полагал, что присутствие института церкви необязательно для того, чтобы быть верующим и придерживаться законов нравственности, но всё же был верующим человеком. Его предки были пуританами (протестантами), этого Готорн, что важно, стыдился. Поэтому в его творчестве можно найти тему раскаяния за старые грехи своих предков, тему инстинктивной тяги человека ко злу (рассказ «Молодой Браун»); а также борьбу чувств с навязываемыми правилами, что вызывает яростный конфликт человеческого сердца и общества (рассказ «Кроткий мальчик», роман «Алая буква»). Литература XX века в Америке, где уже преобладает реализм, пестрит незабываемыми и яркими образами. Все они различны. Смелая Дейзи Миллер из новеллы Генри Джеймса бросает вызов светскому обществу своим непринуждённым поведением. Дж. Альфред Пруфрок (из одноимённого стихотворения Томаса Стерна Элиота), бродящий кругами по тёмному городу со своим спутником и рассказывающий ему о своей неудачной любви, также бросает некий вызов окружающим. Брат Юнипер пытается разобраться в Промысле после обрушения знаменитого перуанского моста короля Людовика Святого (роман Торнтона Уайлдера). Медведь, бессмертный царь зверей в южных штатах, дух и хозяин леса, олицетворение самой Природы в новелле 'Медведь' Уильяма Фолкнера. Были и исторические ссылки (например, на Первую Мировую войну в новелле Эрнеста Хемингуэя «Кошка под дождём»). Все эти истории и имена должны быть хорошо знакомы филологам-литературоведам. Но один из романов, опубликованных ровно в 1900 году, абсолютно точно известен более широким кругам людей. Я говорю о выдающимся романе Теодора Драйзера. Его первом произведении — «Сестра Кэрри». Для начала поясню, чем так меня поразил роман Драйзера. Прежде всего, своими реалистическими темами. Все мы в своей жизни за чем-то гоняемся, ставим цель, иногда становящуюся для нас ВСЕМ! И пока мы её не достигнем, мы никогда не успокоимся. Но когда мы её всё же достигли, пройдя через тернии к звёздам, то что нас может ожидать? Это важный вопрос, о котором мы не задумываемся в погоне за счастьем, а надо бы. Во-вторых, хотя у Драйзера в данном романе нет ни слова о религии вообще, но его финал допускает и религиозную интерпретацию, и я, как человек верующий, могу пояснить. Кэрри всегда шла к своей цели, к богатству и красивой жизни. Её, провинциалку из Колумбия-Сити, завлекали большие города, она смотрела на них, словно издалека, находясь за стеклом от роскоши. Ближе к финалу романа жизнь Кэрри здорово изменится, а её чувства по этому поводу будут весьма и весьма интересными. Её ждёт такой исход, потому что она искала дверь в позолоченный мир, а не высший путь – духовное становление и дорога к Богу. Эта тропинка оказалась закрыта от Кэрри, ослеплённой своими желаниями. Не хочу раскрывать финал романа, но назову его поражающим. Теперь о самом фильме. Собственно, его сюжет идёт в ногу с оригинальной книгой (почти, если посчитать, что большинство описаний книги в сценарии опущено; например, как Кэрри приехала в Чикаго в начале фильма, как она становилась актрисой в Нью-Йорке), но отображает больше уже не саму идею о поглощающей погоне человека за счастьем, а суровую американскую действительность. Должен сказать, что роман было немного страшнее читать, чем смотреть фильм, потому что Драйзер выделяет ещё и такую тему, как деградация человека в обществе, и это у него показано намного острее, чем в фильме. Сам же фильм Уильяма Уайлера, как я уже отметил выше, прекрасно передаёт дух конца XIX века и в некоторых моментах придаёт истории о Кэрри чуть больше драматичности (например, линия с беременностью Кэрри, которой в книге нет, показывает внутреннее горе героини, которая, как и все, мечтает стать любящей матерью). Сценаристы расставляют несколько другие аспекты, делая историю Драйзера больше мелодраматичной, чем реалистичной. Хотя и следуют сюжету романа, который читается во многих местах на одном дыхании. Фильм также помогает сопереживать главным персонажам, поставить себя на их место и задать себе вопрос: «А как бы я поступил, будь на их месте?» Как и роман, фильм показывает непростую проблему выживания в материально-каменном мире. Но, опять же, если книга затрагивает ещё и тему «духовно-морального выживания» вместе с накоплением денег на социальные нужды, то сценаристы фильма духовную тематику опускают. Намеренно или нет, уже другой вопрос. Актёрская игра. Красавица Дженнифер Джонс, которой на момент съёмок фильма явно было не восемнадцать, как её книжному двойнику, смогла вдохнуть в Кэрри какую-то новую изюминку, вложить в её характер больше доброты и сострадания (так и хочется назвать её сестрой милосердия, в некотором роде). Её мотивы любви к Герствуду показаны более человечными, чем в романе, где она поддалась страстям влюблённости. Лоуренс Оливье сыграл Джорджа Герствуда, и он тоже смог отделить книжного героя от собственного образа. Кинематографическому Герствуду больше симпатизируешь, в то время, как от книжного хочется отвернуться, при этом, всё же жалея его. И когда Герствуд из фильма оказался на мели, он всё же смог сохранить своё лицо, по нему сразу понятно, что он был богатым. Оливье показал своего героя действительно любящим Кэрри. В то время как книжный Герствуд был в каких-то моментах омерзителен, даже будучи богатым. И его любовь к Кэрри была лишь страстью, которая со временем погасла, как хрупкий огонёк свечи. Единственный неизменный персонаж в характере – Чарльз Друэ, сыгранный Эдди Альбертом. Актёр отобразил книжного двойника полностью – весёлый, беспечный, всегда жизнерадостный и добрый. И причём, как отметил в романе Драйзер, характер Друэ мало изменился к финалу романа… Мой вердикт: В завершение хотелось бы снова подчеркнуть, что фильм отображает американскую реалию, приправленную красивой мелодрамой. Если вы хотите познать всю ту глубину идей, которые в «Сестру Кэрри» вложил Драйзер – читайте книгу. А уже прочитав роман, если он вам понравился, конечно, вы гарантированно получите удовольствие от фильма, преподнесённого в несколько ином ключе. 8,5 из 10

Когда последний аккорд замолкает, когда черно-белые титры исчезают с экрана, забываешь про все – про Драйзера, про мысли об экранизации, про подготовленную критику. Да кому вообще интересно, что пишется и читается здесь, когда «Сестру Кэрри» нужно просто посмотреть еще раз. Этот еще один раз нужен для того, чтобы понять, как называется то, что мы только что увидели. Если очень повезет, то получится что-то написать. Позже. Есть прекрасная девушка Кэрри, она любит весь мир, она наивна и добра. Но жизнь в Чикаго мало совместима с этими понятиями. Есть Чарли Друэ. Как назвать его? Друг? Тот, кто читал роман или видел фильм, колко усмехнется. Любовник? Что-то чересчур грубое есть в этом, да и его отношение к Кэрри чуточку выше этого. И есть король. Да, да, именно королем кажется Джордж Херствуд! Он и есть король. Король своей жизни, своего ресторана. Он джентльмен и рыцарь, который приносит свое одиночество и всю свою страсть к ногам Кэрри. Нет, Дженнифер Джонс, очаровательная, милая в своей непосредственности, прекрасна как Кэрри. И Эдди Альберт, со своим типично уайлеровским комизмом, служит скорее для подачи нужной новости в нужный момент. Но они гости, хоть и очень важные, на балу, которым правит один человек. Сэр Лоуренс Оливье становится тем самым королем в этом своем королевстве. Он многолик, как древние боги. Он может быть страстным и отчаянным, когда понимает, что любимая женщина ускользает из его рук. А потом все переворачивается в душе, кажется, что весь мир рухнул под одинокий звук часов, когда он держит в руке шпильку Кэрри. И наконец, нищий и опустившийся, он словно монарх, низверженный и преданный, выслушивает мольбы Кэрри о прощении. Вся его личность, гордая и сильная, ломается под грузом обстоятельств. Наблюдая за ним, понимаешь все величие сэра Лоуренса, игравшего так, словно он написал это сам. Еще один герой, музыка, будет с нами. Мелодии Дэвида Рэксина сменит оглушающая тишина, и тут стоит спросить себя: «А нужно ли то, что ты написал?» 10 из 10