Детектив

«Детектив» был как раз тем самым фильмом, посмотрев который голливудские продюсеры, пригласили Годара работать для крупной студии. И это очень симптоматично, ведь едва ли не единственный раз в карьере Годара фильм не удался. Попытавшись снять пародию на целый спектр криминальных жанров (гангстерский и полицейский фильмы, нуары, детективы, боевики), Годар в кой-то веки сделал ставку на сценарную основу. И проиграл. Собрав невыносимое количество клише криминальных жанров, соорудил весьма путанный нарратив, забыв, видимо, что повествование – не его стихия, Годар ко всему прочему почти отказался от иронии, которая только и могла бы раскрасить пародию в необходимые цвета. Однако, единственным содержательным моментом картины среди невыносимых клише, которые даже не выворачиваются наизнанку, стало изображение отношений мужчин и женщин: жестокости первых и податливости вторых, которым нравится, чтобы их унижали. Мужские персонажи ведут себя как примитивные животные, женские – как мазохистки, этим Годар, видимо, хотел показать, что криминальные жанры – глубоко сексистские, когда женщина воспринимается не более, чем объект для наслаждения мужчины. О такой критике криминального кино свидетельствует обилие женской обнаженной натуры в «Детективе» (одно из первых появлений на экране Эммануэль Сенье), что нужно Годару, чтобы показать второстепенность женских персонажей в нуарах, детективах и боевиках. В молодости Годар любил криминальное кино, он насыщал свои фильмы цитатами из нуаров, приглашал Мельвиля в качестве актера, ценил американские фильмы категории «Б» больше французских картин 40-50-х. Однако, теперь, спустя двадцать лет, он понимает, что такое кино не только создается из коммерческих соображений, оно идеологично и манипулятивно, ибо продуцирует глубоко реакционные, консервативные взгляды не только в этическом, но и в эстетическом плане. Это кино отсталое и банальное, продуцирующее чисто мускулинный, неандертальский взгляд на мир как на войну всех против всех. Но несмотря на такие благородные задачи по развенчанию криминальных жанров, «Детектив» все равно не удался, просто потому, что Годар в нем насилует свою эстетику, подчиняя ее законам деконструируемых жанров: в фильме нет титров, сегментирующих изображение, нет глубокомысленных сентенций и цитат из книг, все сосредоточено на сумбурном сюжете и разборках плоских персонажей. Кроме того, раньше никогда Годар не делал ставку на актерскую игру, у него исполнители – всегда модели для трансляции режиссерской воли (еще одна черта, роднящая его с Брессоном), в «Детективе» же звездный состав актеров распинается на глазах зрителя, чтобы добавить каждому персонажу (ни об одном из которых мы ничего не знаем, ни его прошлого, ни характера, ни интересов) драматической убедительности. В результате же не получается ни то, ни другое: ни годаровского аналитического метода здесь нет, ни традиционного психологического кино – тоже. «Детектив» тем не менее вписывается в общий контекст годаровского кино 80-х с его отношением к фильму как к тексту, карнавализация иерархий здесь не удалась, поскольку невозможно подорвать ценности критикуемого, если играть по его правилам. И хотя элементы комедии в «Детективе» присутствуют (блистательное гротескное исполнение Лео), хотя есть и редкие поэтические взлеты годаровского вдохновения (ангельский лик Натали Бэй, которым камера просто упивается), но положение это не спасает. И у гениев бывают просчеты, извините за банальность.