Это не комедия.
Как я до сих пор не понимаю почему 'Мёртвые души' Гоголя официально называют поэмой, так я не понимаю почему этот фильм называют комедией. Скорей всего я человек с очень недоразвитым интеллектом и тупым чувством юмора, так как количество попыток шуток в этом фильме можно пересчитать по пальцам одной руки и ни одна меня не рассмешила. Фильм изначально не увеселительный и конечно содержит нравоучения, но режиссёр предпочитает обманывать зрителя. Сюжет выставляет напоказ, как можно спихнуть все проблемы и негативы на 'отрицательного начальника', но вместо высмеивания подобной ситуации режиссёр верстает драму с натянутыми шутками. И всё это сдобрено аллегориями и 'высокоинтеллектуальностью', призванные очертить 'избранный' круг 'умных' зрителей от остальной 'массы'. Бесконечное дёрганье кадров очень раздражает, унылые монологи персонажей, особенно словесный понос безработного актёра о каком-то Габриле, хочется мотать и мотать, действия персонажей происходят вообще в сферическом вакууме, где нет никакого оживлённого города или офиса. Скорей это показывает, что фильм является оторванным от реальности. Я не любитель аллегоричного или 'высокоинтеллектуального' кино, каким хочет казаться этот фильм. Всё познаётся в сравнении, посмотрите как искусно драма и юмор сочетается в довольно простом и линейном фильме Чарли Чаплина 'Огни большого города', и на этот 'шедевр' для фестивалей.
Унылое ларс-фон-триеровское… формализм
Нужно сразу оговориться - фильм Ларса фон Триера 'Самый главный босс' я посмотрел не сразу после выхода, а уже много лет спустя. И очень рад этому обстоятельству. В 2006 году, когда 'Самый главный босс' был снят, Ларс фон Триер еще считался супергением и величайшим кинорежиссером всех времен. Это мнение тогда яростно поддерживала не только интернациональная толпа фанатов, но и (за редкими исключениями - так, сразу однозначно отрицательно творчество фон Триера оценил русский 'Премьер') все СМИ. И противостоять такому напору было трудно. По истечении времени и на фон Триера, и на его 'Самого главного босса' можно взглянуть спокойно и объективно. Так вот, спокойно и объективно 'Самый главный босс' - очень плохой фильм. Причем по всем меркам, начиная от фон-триеровских и заканчивая жанровыми. Как известно, для Ларса фон Триера искусство кинопостановки (т. е. режиссуры в широком смысле слова) сводилось к (говоря советским языком) формалистическому трюкачеству. Т. е. чем больше безумных идей задействовано при съемках - тем лучше. Здесь такой безумной идеей стало использование компьютерной системы Automavision для определения положения камеры. Чтобы понять всю задержку психического развития этой идеи (что ясно было еще до съемок), нужно лишь вспомнить, зачем в кино нужен оператор-человек. А нужен он для того, чтобы, руководствуясь человеческим эстетическим чувством, раскрыть смысл кадра, эпизода, сцены для неназываемого персонажа всех фильмов - зрителя. Поскольку все без исключения фильмы снимаются для зрителя. Образно говоря, взгляд объектива камеры (Дзига Вертов называл его 'киноглаз') равняется взгляду зрителя. Впрочем, Ларсу фон Триеру на зрителя всегда было... и в этом он ничем не отличался, скажем, от некоторых голливудских продюсеров. Куда денутся, съедят. Тем более что всем известно, что фон Триер супергений. Ну ОК, предположим, Automavision гениальная система. Конечно, любой нормальный зритель (особенно настрадавшийся от боевиков, снятых на фонтриеровскую 'дрожащую камеру') назовет ее фуфлом, но мы сейчас не о зрителе. Но ведь это только операторская часть! А все остальное? Тут нужно или все остальное забивать всяким формализмом (как в 'Идиотах'), или старомодно работать над сценарием, режиссурой, подбором актеров и т.п. Но Ларс фон Триер посчитал, что одного Automavision хватит, чтобы его 'Самого главного босса' СМИ и фанаты назвали шедевром. Тогда это было вполне реально. Так что уже чисто с формальной стороны эта лента плоха - полтора часа неадекватных метаний камеры. Но двинемся дальше. Ларс фон Триер считался гением европейского кино, однако весь концепт 'Самого главного босса' (частично - драматургию и режиссуру, включая подбор актеров) этот завзятый европеец ничтоже сумняшеся взял из 'Большого Лебовски' (1998) братьев Коэнов, выступив как чистой воды эпигон. Одна из сюжетных линий 'Самого главного босса' - производственная, связанная со специфическими технологиями. Как в таких случаях работать режиссеру? Классические примеры - 'Деловая женщина' Николса и особенно 'Уолл-стрит' Стоуна. Здесь вместо этого на зрителя сыпется откровенная лабуда, не объяснимая даже логикой абсурда. Достаточно сказать, что, хотя действие идет на IT-фирме среди программистов, специальные IT-термины и сленг в диалогах отсутствуют полностью. Закон комедийного жанра, известный со времен Чехова - если нет экшна (а в 'Самом главном боссе' его нет), комедийное оказывается через парадоксальное раскрытие персонажей (как в 'Вишневом саде'). Но здесь персонажи вообще никак не раскрываются! Один раз упоминается, что 'они все сумасшедшие', и на этом все. Хотя был же 'Полет над гнездом кукушки' Формана! Но фон Триеру, очевидно, все равно - он же гений! Нужно отдать должное актерам - своих персонажей они все-таки пытались как-то раскрыть, используя традиционные приемы игры скандинавской актерской школы. Но при традиционном для фон Триера презрительном отношении к персонажам своих фильмов эти попытки были обречены на неудачу. Безусловно, неудачными для зрителя будут и все попытки понять смысл и мотивы многих поступков героев ленты. Потому что, с учетом качества сценария и режиссуры, они немотивированны экзистенциально. И наконец - 'Самый главный босс' абсолютно не смешон, даже если сравнивать только в аспекте датского комедийного кино. А это - Пат и Паташон, 'Бей первым, Фредди!', и из последнего - 'Еще по одной' Винтерберга. 'Самый главный босс' - просто унылый датский формализм. 1 из 10 Смотреть только, если есть исторический интерес к самым безумным эскападам мирового артхауса.
Трубочист в городе без печных труб
Комедия? Возможно, сравнивая с «Антихристом», данную картину можно загнать даже под рамки «семейное кино», но вряд ли на вопрос «какую комедию можно посмотреть сегодня вечером?» вы предпочтете «Самый главный босс» веселеньким фильмам Тодда Филлипса. То ли юмор такой в Дании, то ли я слишком плосколоб, но ни над одним моментом в фильме я не смеялся, небольшая улыбка – моя самая максимальная реакция на повороты сюжета. Спустя год, в собрании короткометражек «У каждого свое кино» старина Ларс фон Триер выдает чуть ли не самую запоминающуюся и уж явно самую смешную зарисовку. К слову, после нее-то я и решил посмотреть, на что способен датский режиссер в несколько непривычном для него жанре. Результат меня огорчил. Задумка сюжета хороша и поначалу она мне даже понравилась – владелец небольшой компании несколько лет назад выдумал фиктивного руководителя, дабы избежать некоторых проблем. И вот настало время продать свой бизнес, но без того самого директора это невозможно. Чтобы все прошло как нужно, он нанимает не очень харизматичного актера, чьи профессиональные способности, мягко говоря, не дотягивают до удовлетворительного уровня, и тот не совсем умело вживается в образ самого главного босса. Подай эту идею ребятам из Голливуда, возможно, получилось бы массовое и приятное для просмотра кино, но фон Триер снял фильм лишенный музыкального сопровождения, скудный локациями, где происходят действия, и богатый крупными планами и сменой кадра. Единственным комичным персонажем является Равн (владелец компании), который изредка появляется на экране и выдает различные указания нанятому им актеру, остальные же персонажи выглядят абсурдно, нелепо и неубедительно. Фильм монотонен и однообразен. Он больше похож на подобие спектакля, снятого на пленку, но тот же «Догвиль» смотрится куда более убедительно и зрелищно. Небольшие нотки откровений, морали и философии в финальной части картины не делают ее ярче, ведь нельзя вмиг поверить в персонажа, который не впечатлял тебя на протяжении всего действия. В любом случае, фильм не оставляет послевкусия после просмотра, его не хочется пересмотреть, о нем не возникает желания рассказать друзьям. Только написать рецензию, тем самым упорядочить свои впечатления о картине и поставить не очень высокую оценку. 5 из 10
RB
Renata Buendia
Кинокритик
Позитивный отзыв
Матрешка из фарса и абсурда.
Триер и комедия звучит довольно абсурдно. Но именно это и есть суть его своеобразного юмора. Полнейший абсурд. Вот, что предстает перед нами на экране. Путем заигрывания со зрителем реальным, Триер создает фарс в фарсе. Этакая матрешка из театров абсурда, которые постепенно вытаскивает одну из другой режиссер. Актер, попадающий в коллектив на первый взгляд, понятный, оказывается зрителем постановки полной фальши, постановки ради постановки, если можно так выразиться. Невероятно тонкая аллегория на темы перекладывания ответственности, комплексов и нереализованных амбиций. И в финале именно амбиции становятся краеугольным камнем, о который рушится все наше представление о сюжете. Именно амбиции становятся ключом к финалу. На последней кульминационной реплике одного из героев, я смеялась в голос. Произносится некий пароль, ключ, и мы уже понимаем, что произойдет дальше. Нам уже все ясно. Триер - режиссер, который не дает ответов. Этому он научился, на мой взгляд, у Тарковского. И ведь не зря, когда двое главных героев сидят в кинотеатре, на кране идет фильм именно Тарковского. Если вы внимательный зритель, то вы это услышите. Также стоит отметить манеру съемки. Здесь Триер, по его же словам, отказался от оператора и предоставил компьютеру самому выбирать кадры. Думаю, что господин фон Триер, как всегда лукавит. Слишком много смысла в обрывающихся репликах и в крупных планах. По сути это фильм для тех, кто любит по-настоящему абсурдные вещи. Кого не сбить с толку, на первый взгляд кажущимся отсутствием смысла и какого-либо сюжета. Здесь все элементарно, достаточно лишь смотреть глубже... Впрочем это можно сказать не только об этом фильме.
Главный герой лишь по форме был актёром
Сложилось впечатление того, что поистине искренний и нравственный человек попал в прогнивший театр, но не имея возможности помочь его актёрам - просто его уничтожает (хотя, по сути это и есть помощь). Ларс Фон Триер очень тонко показал притворство, свойственное офисной системе, где порой деньги затмевают нравственные корни жизни в обществе. Истинный начальник пытается быть хорошим, накидывая сладкую пелену лжи на сознание своих рабочих ('друзей и семьи'). Главный герой, Кристофер, виртуозно вливается в 'коктейль' из офисных секретов, дел компании, о которых он не имеет никакого представления, и, просто проникается в новую жизнь. Очень хрупкая аллегория склоняется перед зрителем в виде любимой пьесы главного героя - пьесы о городе, где нет труб, но есть трубочист с сажей на лбу. На первый взгляд нам кажется, что фирма вполне благополучна, наличие эфемерного главного начальника делает коллектив дружным и заботливым, потому что все проблемы можно скинуть на того, кого в общем то не существует. Истинный же начальник, паразитирует на своей репутации хорошего человека, переписывается от лица главного начальника с работниками и в целом считает их 'стариками', которых готов подставить продав фирму. Но сделать это должен не он, а 'самый главный', актёр Кристофер, тот самый трубочист, в чьём городе нет труб. Он единственный кто видит эти трубы, кто чувствует 'смрад и сажу' в происходящей ситуации, понимает что ему придётся 'спасать' тех кому так приятна сладкая лож и видимость благополучия и того, кто сеет ту самую сладкую лож на 'поле доверчивых людей'. Интересным моментом был кадр, когда Главный герой получил кулаком по лицу от одного из рабочих за якобы возникающие из-за него(как главного начальника) проблемы и в этот момент расплакалась одна из сотрудниц(она как будто чувствовала в этом несправедливость). Но когда правда раскрывается, следует удар кулаком уже истинному начальнику...и сотрудница уже не плачет, а холодно смотрит на обманщика и негодяя, который скрывался под ликом хорошего человека. Сентиментальность и доверчивость всё же взяла верх, всем хотелось что бы всё было хорошо, работники хотели что бы им врали(попустительствуя тем самым греху), начальнику было удобно врать, но всё же наказание пришло всем... Права на продажу фирмы были только у Кристофера, и покупатель, напомнивший ему о любимой пьесе, вдруг почувствовал необходимость покончить со всем этим театром. Некоторая дёрганность съёмки, различные находки в работе оператора хорошо вписались в общий контекст фильма. Посмотреть стоит. 10 из 10
ДА
Даниил Амперцвест
Кинокритик
Нейтральный отзыв
Офисный спектакль Триера
Нетипичная для творчества Ларса фон Триера лента «Самый главный босс» воплощает в полуторачасовое экранное действие классический приём quiproquo, при котором лишь зритель знает истинную подоплёку происходящего, тогда как персонажи поступают согласно ложной логике, возникающей в связи с подменой центральной фигуры повествования. Кристофер – подставное лицо, дутый «самый главный босс», актёр, боготворящий никому не известного драматурга Гамбини (чьё имя похоже на монтаж имён Гамлета и Гудини) – оказывается втянутым в офисный спектакль, где ему положено исполнять роль директора Фирмы. Актёр Йенс Альбинус – некогда предводитель триеровских «Идиотов» - воплощает образ неудачника и чудака, со временем привыкающего не только к своей роли директора, но и к офисному персоналу, то есть зрителям. Поэтому, когда приходит время расставаться с привычным окружением, Кристофер разыгрывает нравственные мучения и оттягивает момент подписания решающих документов. Ларс фон Триер превращает систему господства и подчинения в объект насмешек, подтрунивает над иерархической структурой общества, заставляя малую социальную группу преклоняться перед несуществующей персоной, которая, в конце концов, порождает ещё одну. Боссы множатся, один перекладывает ответственность на другого, кому верить - непонятно. Кристофер появляется в Фирме и все начинают воспринимать его как вполне серьёзный социальный субъект, вступают с ним кто в вербальную, кто в сексуальную коммуникацию, бьют по морде, в общем, отыгрываются по полной. Но он-то, согласно типично триеровскому построению дилеммы, - всего лишь фальшивка. Этот мотив, если рассудить, продолжает мотив эмблематичности окружающего мира, заявленный Триером в 'Догвилле'. Только 'Самый главный босс' перекладывает эмблематичность с вещей на лица. Персона Кристофера как импро-декорации в 'Догвилле': подделка, но всей ей верят, и подобно тому, как жители выдуманного заштатного городка 'открывают' пустоту, на месте которой должна быть дверь, сотрудники Фирмы обращаются к Кристоферу как к настоящему боссу. Если исключить особливое доверие к творческой натуре Триера, склонной к обману и игре, и не медитировать над порождённой этой натурой 'комедией', то вся концептуальная ценность кинотекста 'Самого главного босса' ограничивается тем самым quiproquo, вышеуказанным лейтмотивом внешне обманчивого социального субъекта и финальным росчерком пера, на которое Кристофера сподвигает наконец-то проявленная посторонним человеком востребованность Гамбини.
Невероятная история: как уместить фильм в трейлере
Сюжет разворачивается вокруг не слишком удачливого актера, который внезапно получает незаурядную роль — ему нужны сыграть руководителя компании, но не в театре или кино, а в офисной жизни. Звучит интересно, правда? Статичная картинка, однообразные локации и полное отсутствие музыкального сопровождения — все это создает особый стиль, который режиссер планировал использовать для сосредоточения внимания зрителя на сюжете и происходящем в кадре. Однако на практике этот подход приводит к обрезанным головам, странным склейкам, а сосредоточиться становится только труднее. В результате визуал становится пресным, а динамика, и так нарушенная монотонными диалогами, теряется. В кино постановка кадра играет ключевую роль, в отличие от книги, где можно просто описать сцену, оставив остальное додумать читателю. Героев тоже можно назвать статичными. Полного погружения в офисную жизнь не происходит. На протяжении всего сюжета зритель не получает о персонажах никакой новой информации. Они лишь продвигают историю вперед, но раскрытие ограничивается первым знакомством. Даже карикатурные офисные истории ощущаются поверхностными. Линия работников компании скудна: известно лишь, что они когда-то вместе с Равном вложили свои деньги в проект. Не раскрыты ни их должности, ни рабочие моменты. Даже деятельность самой IT-компании остается загадкой. Герои не вызывают никакого сопереживания. Весь сюжет фильма, как оказалось, уместился в аннотации, а ведь она была многообещающая. Но, не дождавшись каких-то интересных деталей или развития сценария, пришлось признать, что вся картина действительно умещается в один абзац. Возможно, в сюжете действительно нет ничего интересного. Может быть, я предвзято отнесся к фильму с самого начала и не стал искать достоинства. Я был воодушевлен аннотацией в начале просмотра, а получил криво поставленные кадры и серые цвета с первых минут. Исходя из этого, я бы не стал рекомендовать фильм.
АП
Александр Попов
Кинокритик
Позитивный отзыв
Опыт в несвойственном режиссеру жанре
Комедия – не самый удачный для Триера жанр, однако, в «Самом главном боссе» он сделал все, на что был способен, предпочтя комедии положений бунюэлевский абсурдизм и нелогичность поступков персонажей. Главная черта фильма – неспособность зрителя сразу включиться на насыщенное диалогами происходящее, он, подобно главному герою, тщетно барахтается в том, чего не знает, пытаясь ориентироваться по ходу действия. Пригласив в качестве исполнителей актеров из «Идиотов», Триер дает им противоположную задачу – играть неестественно, алогично, по пути высмеивая корпоративную этику. Будучи в период работы над фильмом уже закоренелым мизантропом («Догвилль» и «Мандерлей» это показали), Триер вновь критикует буржуазность, помноженную на левизну, как свойство ментальности скандинавских народов, делая несколько некорректных реверансов в сторону исландцев (сопоставляя исландцев и датчан, Триер показывает первых неотесанными мужланами, а вторых – актерствующими лицемерами). В то же время режиссер снимает притчу об отношениях актера и постановщика, об их борьбе за власть, о нежелании уступать и стремлении постоянно переводить стрелки друг на друга и быть в центре общего внимания. Парадоксальность сценария «Самого главного босса» - в персонажах-перевертышах, которые оказываются не теми, кто они на самом деле: так постоянно плачущая обнаруживает свою прозорливость, стерва ни с того ни сего ложится под героя, сам главный персонаж в финале путает другу все карты. Такая драматургия нужна Триеру, чтобы показать лживость и испорченность человеческой натуры, от которой бессмысленно ждать бескорыстности и альтруизма. Здесь каждый герой немного не в себе, эмоциональные взрывы неожиданны и спонтанны, абсурд поведения в буржуазном мире (особенно в его сердце – корпорации) всеобъемлющ. Несколько разочаровывает механистичность операторской работы, запрограммированной компьютером – зачем это было надо, так и не понятно, может быть, для того, чтобы показать роботизированность сознания буржуа, а, может быть, для чего-то иного. В фильме есть как провальные (несмешные) сцены, так и очень удачные (например, эпизоды переговоров), что делает его очень неровным и рваным, монтаж тоже оставляет желать лучшего. Обилие диалогов, их чрезмерная информативность, не позволяющая с первого просмотра уловить все нюансы очень мешает гладкому восприятию картины. Однако, в ней нет и примитивного кривляния, которым страдает пластика и мимика большинства комиков, но в «Самом главном боссе» нет комедийных актеров, все – драматические, попадающие в абсурдные ситуации, и за счет этого фильм выигрывает. Что же касается самой сюжетной ситуации «зиц председателя», то она достаточно обкатана и в литературе (достаточно вспомнить «Шутку Мецената» Аверченко и «Козленка в молоке» Полякова) и кино (например, «Помощник Хадсхакера» братьев Коэнов), потому Триеру она нужна не как новое слово в искусстве, а как способ обнаружить болевые точки скандинавской буржуазности (в том числе и национализм). Несмотря на все свои недочеты, картина удалась, и хоть это и не шедевр (слишком далек комедийный жанр от специфики триеровского художественного вдохновения), посмотреть его один раз стоит хотя бы из-за уже упоминаемой парадоксальной драматургии и персонажей-перевертышей.
Стол с электротягой, меняющий свою высоту
Стеснительный предприниматель не показывал себя главой фирмы многие годы, а представлялся рядовым сотрудников. Но вот появилась необходимость в реальной фигуре босса. Чтобы решить проблему, реальный глава фирмы нанимает актера на роль босса. Бред, но у Ларса фон Триера - это стандарт киноработы. Самый главный босс. Как правило, такие люди мало общаются с обычными сотрудниками, особенно если компания действительно большая, насчитывающая тысячи, десятки и сотни тысяч человек. На босса можно вешать всех собак, условно говоря, если сотруднику что-то не нравится... можно обвинить главу и всё как бы норм. Это в привычке человека: выплеснуть негатив на того, кого рядом нет и кто тебя не услышит. В остальном организация из нашего фильма похожа на наш мир, где Бог как бы есть, но Его никто никогда не видел, а потому Его роль может в итоге сыграть каждый, даже Люцифер. Занятный фильм. Снят топорно, но интересно. Кстати, Софи Гробель очень красивая баба. Почему её фоток так мало на КП? Когда она была помоложе, то есть на момент этого фильма и ранее фотки надо выложить тут.
Самый главный босс
Делаем вид, что счастливы... Делаем вид, что успешны... Делаем вид, что понимаем то, что делаем... А правда Понимаем и знаем слова, которыми бросаемся, и вокруг которых крутится наша работа, наша жизнь? Слова, слова... Весь мир театр, а люди? Люди, ау... Где люди? - живые, настоящие люди ГДЕ? Кто главный в этой игре? Кто все создал и за все отвечает? За что бьют того, кто делает нужное, - то есть, принимает за всех решения? Герои и персонажи пьес, реальность и аллюзии смешались. Правда жизни, игра в героев и боссов тоже переплетены так, что смешно и больно, потому что вот именно это и есть наша жизнь: ни хотеть, ни жить, ни понимать, ни слышать другого. Смех сквозь слезы признания правды 'Это мы' - великие и ничтожные одновременно, мудрые и идиоты в одном человеческом существе, которое почему-то уже почти не человек. Совсем банальное в кадре с вечным вопросом 'Кто ты? Куда идешь?' Фон Триер меня не разочаровывает, но, как и почти всегда, делает больно и оживляет что-то уснувшее во мне.
КОММЕНТАРИИ