Поколение игры «Doom»

Этнический японец Грегг Араки к моменту выхода этого фильма уже прослыл Enfant terrible среди американских независимых, и числился среди 'рекордсменов' малобюджетного кино, поскольку обладал редкой и завидной способностью снимать фильмы за «пару сотен баксов». Его картины отличались не только вызывающей отвращение эстетикой, но еще и откровенно провокативными и «раздолбайскими» названиями, которые как только не переводили на русский, но чаше ограничивались синонимами-эвфемизмами или звездочками. Меж тем это не мешало им становиться культовыми и желанными на фестивалях, главным образом голубой ориентации. Для «Генерации DOOM» (которую у нас предпочли позиционировать как «Поколение игры «DOOM») Араки получил дополнительное финансирование из Европы, что позволило ему снять свой первый фильм в профессиональном формате - на пленке 35 мм. На этом, собственно, принципиальные новации не закончились: в стартовом титре Араки, исповедующий и обыгрывающий в четырех предыдущих картинах преимущественно гомосексуальные проблемы, предупреждает, что теперь вниманию зрителей будет явлен 'гетеросексуальный фильм'. Его название звучит программно и патетично, как манифест, и отсылает к известной компьютерной игре. Араки обращается к одному из самых популярных (по крайне мере, в американском независимом кино) способов сюжетосложения - 'роуд муви', или фильму-путешествию. Он выводит в центр повествования трех «начинающих беспредельщиков»: 17-летнюю Эми Блю, её парня Джордана Уайта и примкнувшего к ним Ксавьера Реда (самую большую сволочь в этой сладкой троице), чтобы отправить их в сюрреалистическую поездку из ночного клуба под названием 'Ад' по направлению к самому что ни на есть «настоящему» к аду. По дороге они много и охотно занимаются сексом, сначала вдвоем, а затем и втроем, а когда останавливаются, чтобы затовариться продуктами, то всякий раз набирают их ровно на (Сатана не дремлет!) 6 долларов и 66 центов. Посещения супермаркетов заканчиваются фантасмагорическими убийствами и увечьями, среди которых особо выделяется отстреленная голова продавца-японца, которая, несмотря на отсутствие тела, продолжает не только говорить, но и блевать. Вряд ли Араки читал Булгакова, но образный ряд The Doom Generation время от времени напоминает мистерию нашего классика. Но вот в чем Араки уступает Булгакову по всем статьям, так это в искусстве диалогов, которые традиционно примитивны у него до такой степени, что могли бы и вовсе отсутствовать. Меж тем эта наэлектризованная и концептуальная провокация способна не только шокировать, но и подкупить оригинальным видением. Пусть эпатирующим и брутально-отвратным, однако необычным, по крайней мере, настолько, чтобы нельзя было спутать автора с кем-то другим. Своеобразное решение, несмотря на очевидную финансовую ограниченность (как обычно, голь оказалась хитра на выдумку), делает фильм похожим на жутковатый сон, будто высвободивший подсознание поколения 'Х', три представителя которого отправились однажды в путешествие из тупика безысходности прямо в преисподнюю.

Я люблю Роуз МакГоун. Поколение DOOM- второй ее фильм, который я видела, до этого влюбившись в довольно альтернативно-сюжетные 'Королевы убийств'. Хороша куколка, и во всех фильмах играет довольно достойно для ее уровня тв-актрисы. Потом были 'Зачарованные', но это совсем другая история. Итак, 'DOOM generation'. Надо сказать, Грегг Араки вообще довольно специфичный режиссер, режиссер-тролль, и его фильмы-это открытка, это комикс, это квинтэссенция американизма, утрированная, гротескная (недаром г-н М. Мэнсон увидел Роуз в сим творении и влюбился в нее по уши, в результате чего пара прожила вместе четыре (!) года - у парня всегда была тяга к извращениям и гротеску). Джеймс Дюваль, киношное альтер-эго режиссера, здесь показан как самый безобидный персонаж, практически наблюдатель и почти невинный ребенок (в отличие от того же 'Nowhere')по сравнению с остальными двумя героями. Кино-открытка. Кино-комикс, картинка поколения Америки 90-х, поколения обреченных. Процветание альтернативы, еще не гламура 2000-х, но уже и не золотых 80-х. Стадия угла прямоугольника. Переход от одной сферы к другой. Потерянность. Неотождествленность. Почти как у Паланика: 'Мы — пасынки истории. Ни цели, ни места. На нашу долю не выпало ни великой войны, ни великой депрессии. Наша великая война - духовная. Наша великая депрессия - наше существование. Нам внушали по телевизору, что однажды мы станем миллионерами, кино- и рок-звездами, но нам это не светит. Постепенно до нас это доходит и бесит, страшно бесит.' На этом все. Смотреть поклонникам Роуз, фанатам 90-х годов и кинозадворок.

Они умерли и отправились в Ад за свои грехи. На это неформатный хулиган Грегг Араки намекает нам практически с первого кадра фильма. Философская притча о бессмысленности людского существования, поданная в упаковке стильного, модного, молодёжного трэша. Пародия на жизнь американских подростков второй половины девяностых (в какой-то момент от обилия секса и фаст-фуда уже начинает тошнить). Извечный вопрос: для чего мы живём? Кто-то с более чистой душой (но так ли она чиста, как нам кажется), мечтающий умереть в жестокой автокатастрофе или от взрыва ядерной бомбы, будет саркастично убит американскими нацистами. А остальные грешники отправятся дальше путешествовать по Аду. 8 из 10

Роковое поколение 90х, которое отрицает религию, пускает кровь и слушает шугейз. Пресловутый культ секса и насилия разбавлен потрясающей подборкой треков Slowdive, Medicine, The Jesus and Mary Chain, Cocteau Twins. Весь фильм как будто бы состоит из кругов ада: дорога, дешёвая забегаловка, встреча с очередным помешанным психом, мотель, оргия. И в каждой из этих забегаловок они оставляют ровно по $ 6.66. Именно поэтому Doom. Бог умер для них, они рисуют его изображения на своих гениталиях. И каждый встречающийся им псих узнаёт в Эми Блю (с исполнении Роуз) свою бывшую, что собственно и сопровождается треком Medicine - Slut. С первого взгляда милая девушка, но именно она становится эпицентром всей происходящей чертовщины. Эми, я люблю...(с) И гори в аду, су*а

Кругом одни кретины, психопаты и говорящие головы, из которых торчит непереваренная еда. Родители плевать хотели на своих детей. Дети сами ищут неизвестно что и едут неизвестно куда. Смерти много, она везде. Постоянно перед глазами цифры 666, и жена убитого китайца разделывает на куски своих детей, а потом кончает жизнь самоубийством… Плохая еда, какие-то китайцы… их много, родятся ещё… Тут либо ты умрёшь, либо станешь таким же недочеловеком. В общем, это и есть нацизм. Без вопросов, без сомнений. Тебе кажется, что ты играешь, что всё понарошку и с тобой ничего не случится. Лёгкость и беспечность, несмотря на реки крови и оторванные руки. Красива чёрно-белая спальня, в которой останавливаются герои… И погибает именно тот, кто задаёт вопросы. Погибает страшной смертью, спасая свою девушку, которой говорит в начале путешествия: 'А ведь 'Я тебя люблю' можно сказать по-разному. Вроде как: сойдёт на первое время…'. А ей как-то и всё равно. Жуткие звери кажутся игрой. Стрелялки, игра Doom. Да, вроде и трупы, вроде как-то страшно, но всё равно как-то не всерьёз и понарошку. Ни любовь, ни смерть… Сейчас закончишь, отложишь пульт или перейдёшь на не такой страшный уровень. Только это самое «сейчас» не наступит. Хочешь Doritos? 10 из 10

Картина, в которой преобладает беспорядочный секс, черный юмор, насилие, сатанизм и множество поистине отменных диалогов и фразочек, низменных, преисполненных нецензурной бранью, но от которых можно улететь... далеко и надолго. Все это красиво сочетается в фильме 'Поколение игры Doom' (жанр: черная комедия, кровавое роуд-муви, триллер; не имеет отношения к игре), который входит в шокирующую серию фильмов под названием 'Апокалиптическая трилогия для тинейджеров' неординарного режиcсера, иконы андеграундного кино 90-х Грегга Араки. Давно не лицезрел картины такого рода, которое бы производило на меня столько впечатления. По сюжету Эми Блю, ее дружок Джордж Уайт и сексуальный бродяга Ксавьер вынуждены отправиться в «путешествие», сопровождающееся разгулом кошмарного насилия и головокружительного секса, после того, как Ксавьер снес голову продавцу в супермаркете. Забавно, что по ходу поездки, в какой бы магазин они не зашли за покупками, они набирают товар на 6,66$. Актеры подобраны на высшем уровне, конечно, ведь Араки в каждом фильме на это обращает особое внимание. Красивая и обворожительная Роуз МакГоун (Эми), идеально создает образ матерящейся аморальной роковой женщины, сидящей на метамфетаминах и Наркотиковой диете. Джеймс Дюваль (Джордж), который снимался во всех трех фильмах (Любимчик Араки) и Джонатон Шек (Ксавье). Все идеально вписались в свои роли. Фильм не для каждого. Он извращенный, уродливый, гадкий (не волнуйтесь, не на уровне Зеленого слоника и Человеческой многоножки). Поклонники такого рода кино будут в восторге. Араки создает свою атмосферу, свой мир, в который заставляет окунуться нас с головой. И вообще странно, что в свое время он не стал культовым, хотя у него на это были все шансы. 8 из 10

Совершенно очевидно, что это кино не для всех. Но те, кто любит кислотность и всякого рода треш из 90-х-вам наверняка понравится, либо, как минимум, равнодушными вы точно не останетесь. Как киноман и, в том числе, любитель всякого рода арт-хауса, была в восторге от этого фильма, хотя поняла это не сразу после просмотра. Трое главных героев достаточно разнохарактерные и привносят свою 'перчинку' в эту и без того трешовую киноленту. Дювал такой мягкий и романтичный, что просто хочется невольно затискать его, как плюшевого медведя или котёнка. МакГоун-сексуальная, грубая, но в душе всё равно не так плоха, просто прячется за маской и хочет выглядеть круче. Ну а Шек-этакий сладкий ловелас, который, несмотря на свою милую улыбку, оказывается достаточно безбашенным и даже жестоким. В общем, ценителям авторского, нетипичного и неоднозначного крайне рекомендую к просмотру. По крайней мере скучным этот фильм явно не назовёшь. Араки вообще довольно интересный режиссер в плане творчества. Концовка, являющаяся главным аппофеозом, наверняка может даже шокировать, но было бы проще и гуманней-было бы слишком обыденно, а это явно не в стиле Грегга! 10 из 10

Фильм Грега Араки — это не просто анархичный трип по обочинам американской молодости, а злая сатира на само понятие пути, свободы и идентичности в постмодернистской культуре 90-х. Формально — это роуд-муви: трое подростков в бегстве, дорога, случайные знакомства, мотели, кровь. Но по сути — это роуд-муви, у которого нет ни начала, ни конца, потому что сама жизнь героев не предполагает маршрута. Главные герои — Джордан, его девушка Эмили и загадочный беглец Ксавьер — оказываются втянутыми в путешествие, которое они не выбирали. Их перемещение хаотично, как канализация подросткового гнева. Они не бегут от чего-то конкретного и не стремятся к чему-то внятному. Их движения — это импульсы: секс, убийства, раздражение, скука. Дорога у Араки — не путь, а хаос, в котором герои лишь цепляются за крошки ощущения реальности. Араки выворачивает наизнанку все ожидания от роуд-муви. Здесь нет прозрения, нет роста, нет перерождения. Герои не меняются, они только истощаются. Пейзаж за окнами — как дешёвый декор: супермаркеты, парковки, дешёвые гостиницы, какие-то ангстовые клубы и странные люди, будто вывалившиеся из телешоу для дегенератов. Это американская пустота в чистом виде, выкрашенная в кислотные цвета. Роуд-муви традиционно строится на движении к смыслу. The Doom Generation показывает, что поколение героев — и, возможно, вся культура вокруг них — утратили веру в этот смысл. Здесь нет романтики пути — есть только сжатая агрессия, перманентный сарказм и медленно тлеющий нигилизм. Сексуальные отношения между героями подаются без морализаторства и без романтики: они амбивалентны, зыбки, полны отвращения и зависимости. В треугольнике Джордан – Эмили – Ксавьер всё время происходит смещение — от взаимного эротического напряжения до едва ли не насильственной страсти. Но всё это не про любовь и не про свободу. Это спазматическая попытка почувствовать хоть что-то, когда внешняя реальность лишена опоры. Жестокость тоже выглядит почти комично — так много крови и бессмысленного насилия, что оно перестаёт шокировать и начинает разлагаться в пародию. Это и есть суть фильма: не показать разрушение, а показать, как разрушение превращается в фон. У фильма нет вступления в классическом смысле: герои будто уже находятся в движении, когда мы их впервые видим. И нет финала — лишь распад, избиение, пустота, исчезновение. Это роуд-муви, в котором уходишь, не зная зачем, и приходишь — в никуда. Название The Doom Generation отсылает не столько к игре или жанру, сколько к ощущению поколения, которое родилось уже с приговором. Они не ищут смысла — потому что им изначально говорят, что его нет. The Doom Generation — это грязная, злая, пульсирующая смесь трэша, мелодрамы и метафизики. Это антироуд-муви для антипоколения, которое никуда не едет, потому что уже приехало. Фильм может раздражать, шокировать, вызывать отторжение — и именно в этом его сила. Он отказывается быть «про что-то», потому что и герои, и зрители живут в мире, где всё давно обесценено. В этом смысле, роуд-муви без начала и конца — это не недостаток, а диагноз эпохи. Араки не даёт дороги — он даёт бездорожье, и предлагает вам утонуть в нём, если хватит духа.

Для геймеров со стажем название игры 'Дум' скажет не то, что многое, они назовут её фундаментальной и культовой игрой для поклонников бродилок-стрелялок. В последующем игру обвинят в рослении подросткового насилия, будут звучать обвинения в адрес игры в связи с массовыми расстрелами в школах. Грегг Араки, создатель шокирующей трилогии про тинэйджеров, в свойственной себе режиссёрской манере, в мрачнейших тонах демонстрирует поведение и самые ужасные проявления характеров юношей и девушек. Он не обходит стороной темы насилия, убийств, секса и наркотиков, напротив он выводит их на уровень зацикленности подростающего поколения. Это вторая часть трилогии Араки. В первой он полностью обошёлся статической видеокамерой, сняв ленту в чёрно-белой цветовой гамме. В 'Поколении...' уже идёт цветная картинка и действие больше похожее на полный метр, если бы не характерные Араки вставки. Не гнушаясь тошнотворным эффектов, он пугает зрителя, устрашает его, а с другой стороны будто смеётся над всеми стереотипами и догмами. И это касается не только жизненной позиции героев его фильма, но и в том, как Араки снял эту картину. Вид отлетевшей от туловища головы, говорящей головы сквозь зелёные рвотные массы, это заставит отвернуться тем, кому привычнее видеть обычное кино с многомиллионными вложениями. В первом абзаце было сказано об обвинениях в сторону компьютерной игры 'Дум', но они случились позже, чем вышел сей фильм. Грегг Араки будто заглянул в будущее и без осуждения, но всё же поведал в неординарной манере про то, как насилие может повлиять на неокрепшие умы. В данном случае по сравнению с 'Полным П' фильм 'Поколение игры «Doom»' имеет конкретную сюжетную завязку. Эми и Джордан выступают парочкой молодых любовников, но с первых же секунд становится ясно, что они весьма отличаются от общего мнения про подростков. Отчуждённость, резкость, маргинальность - это их кредо. Во время драки они знакомятся с Ксавье. У него явно что-то не так с мозгами. После первых убийств, совершённых Ксавье, Эми и Джордан не бегут от этого маньяка, они продолжают путешествие вместе с ним. Ксавье явно психически болен, но двум другим на это совершенно наплевать. Как сказал Джордан, когда эми призналась ему в том, что она переспала с Ксавье: 'Эми, мне всё равно, абсолютно всё равно'. Вот так вот они себя и ведут, колеся по штату, оставляя за собой вереницу кровавых злодеяний. Повсеместно их будет окружать и дикий секс и безумные выходки. Грегг Араки ещё и добавит в фильм не только тошнотворности (простите, но глотание собственной спермы Ксавье вызывает именно таковые спазмы), но и символизма. Можно уловить и отсылки к кровавой парочке Бонни и Клайду, можно невооружённым взглядом узреть намёки на сатанизм. Да уж, все постапокалептические картины пытаются показать будущее после войн и катастроф, а вот Араки доказывает, что апокалипсис уже произошёл и он только развивается. Роль Джордана играет Джеймс Дювал, занятый во всей трилогии от Араки. Здесь он выступает самым слабым, как кажется, фигурантом. Но его наплевательское отношение ко всему окружающему пугает, он, казалось бы, снесёт всё, даже измену девушки, этакий 'пофигист' и даже вид убийств его не волнует, он живёт своими законами и принципами. Уничтожительный фаталист. Ксавье сыграл Джонатон Шек. Сыграл настолько убедительно маньяка, психопата, маргинала, извращенца, что от него аж передёргивает от отвращения. Неприятный со всех сторон бунтарь. Но складывается вопрос: что страшнее - безмолвие Джордана или же открытость Ксавье? И, наконец, Роуз МакГоун, ставшая знаменитой после 'Грайндхауса' Родригеса и Тарантино, исполнившая роль Эми. С этим персонажем вообще можно долго разбираться. По дороге, как она блуждала со спутниками своими, её встречают люди, которые узнают её и называют разными комплиментами, будто все влюблёны в Эми (что-то ассоциативное возникает с мелодрамой от Кевина Смита 'В погоне за Эми'). После встреч с ней многие гибнут. Кто же она такая? Странный, полный загадок персонаж, заводящий своими откровенными сценами. Три разных участника событий, достойные длительного посещения психиатрической лечебницы. Молодые актёры справились, бесспорно. 'Поколение игры «Doom»' - опять же фильм не для каждого. Тяжёлый, уродливый, мерзкий, язвительный - всё это можно отнести к картине. И поклонники чего-то сверхординарного могут быть в восторге. Другим же советуется только для расширения кинематографических границ, это искусство может быть разным утверждает Араки и он это здесь доказывает. 7 из 10