Дорогой мальчик

Возможно ли в угоду ЦК КПСС разоблачать 'загнивающий Запад', одновременно перед этим же самым Западом преклоняясь? Московская кинематографическая богема владела таким искусством в совершенстве... Я смотрел 'Дорогого мальчика' в кинотеатре в 1975 году, будучи ровесником главных героев фильма, и он произвел на меня колоссальное впечатление. Прежде всего вспоминается вопрос: 'Машину водить умеешь?', на который 11-летний (!) американец с обидой ответил: 'За кого ты меня держишь?' и пустился прочь со скоростью 150 км/час. Это только сейчас мне стало известно, что на самом деле минимальный возраст для получения водительских прав в США колеблется от 16 лет и 3 месяцев в Дакоте до 17 лет в Нью-Джерси. А тогда этот эпизод меня, провинциального советского школьника, глубоко поразил... Не могу не вспомнить еще один эпизод этой погони, вернее, реакцию зрителей. Когда блондинка на мотоцикле на всем ходу опасно приблизилась к автомобилю, истерично вопя: 'Стойте, стойте! Остановитесь!', американский бой, не повернув головы кочан, хладнокровно отрезал: 'Отстань, пиявка!', что внезапно вызвало такой взрыв одобрительного хохота, которого я ни до, ни после не слышал на детских киносеансах. Если и был заложен некий антиамериканский посыл в этой киноленте, то в этот миг он бесследно испарился. Сегодня четко виден механизм той творческой ловушки, в которую создатели фильма поймали советскую цензуру. Нарочитая карикатурность персонажей, кислотно-ядовитый видеоряд, сочная графика, пародийный саундтрек должны были бы якобы послужить составляющими антизападного заряда. Не получилось. Более того, получилось обратное, стилистическая пропаганда шикарного и свободного Запада, замешанная на нейролингвистическом программировании. Проведу параллель со знаменитой серией 'Окна сатиры РОСТА' (1918-1920). В умышленно примитивных плакатах, направленных на полуграмотных рабочих, крестьян и красноармейцев, использовались традиции лубка и ярмарочного райка. Так достигались острота и доходчивость. Шарж, гипербола и гротеск в фильме 'Дорогой мальчик' могли вызвать искомую ироническую усмешку только среди достаточно искушенных и образованных зрителей, а наивная детская аудитория в Иркутске, Душанбе и Воркуте принимала всё это с восторгом, непредвзято и некритически.