Структура кристалла

Ян работает в провинции на маленькой метеостанции. Его жена Анна – учительница младших классов в местной школе. Они ведут отшельнический образ жизни, что нисколько не тяготит их. Однажды к ним приезжает бывший однокурсник Яна Марек Кавецки, ныне известный физик, сделавший международную карьеру. Он не может понять, как такой талантливый человек, как Ян, променял славу и почёт на сельскую глушь… Эта дебютная лента Кшиштофа Занусси, снятая им в 29-летнем возрасте, довольно точно передаёт состояние интеллигентов на рубеже 'золотого сечения жизни', когда пора подводить итоги своего бытия (порой 'невыносимо лёгкого', порой 'по-бытовому приземлённого'). Справедливо утверждение киноведов, что самоизоляция Яна – временная, это погружение в себя, накопление сил и мыслей, готовых прорваться наружу живительным творческим ключом и боязнь расплескать его на что-то незначительное, сиюминутное. Но фильм, в первую очередь, о гармонии с самим собой, о вечных человеческих ценностях, о присутствии рядом дорогого и любимого человека, который поймёт и не осудит. Неудивительно, что супруга главного героя Анна – женщина необаятельная, чуть простоватая, смешливая и неловкая, но она – истинно светлый, добрый человек. Марек, однокурсник Яна, - даже не змей-искуситель, а, по сути, карьерист, которому чуть больше повезло в жизни, и то, благодаря какой-то мелкой пакости коллегам. А 'структура кристалла', вынесенная в заглавие, это ведь не только строение твёрдого вещества, но анатомия верности своим устремлениям, несокрушимой силы духа в любых, даже подчас трагических обстоятельствах. И более того – торжество всего настоящего, неискусственного, нефальшивого, в особенности - единения с природой. Символичны кадры яблок, зарытых в песчаную насыпь, что в задней части дома, и тающие под лучами утреннего солнца сосульки – всё течёт, всё меняется, но ничто не заменит домашнего тепла и покоя. Забавен эпизод поездки героев в город, когда случайно встретив в суматохе улиц актёра Даниэля Ольбрыхского, Анна ошибочно принимает его за Тадеуша Ломницкого, и весьма точен её комментарий, что в городе лица у людей - серые. Город словно высасывает из своих жителей все соки, кому-то из них повезёт, и он станет Ольбрыхским или Ломницким, а не станет – ничего страшного, главное – не утратить своего лица и не быть серым... Эту безыскусную ленту хочется адресовать в первую очередь всем переживающим кризис среднего возраста, запутавшихся в жизненной суете, гонке за преуспеванием, неотступных мыслях о том, что не сбылось, уставших от всех и вся. Пора остановиться, послушать тишину и заглянуть в себя… 9 из 10

Любопытно смотреть «Структуру кристалла», дебютный полный метр Занусси, сразу после «Идеального числа»: эта скромная черно-белая картина всего лишь с тремя главными героями выгодно отличается от последней на данный момент его ленты, прежде всего, своим почти чеховским настроем, меланхолией и остротой в постановке проблемы социального приспособленчества. Старый друг, однокурсник и по совместительству циничный карьерист приезжает к ученому, живущему отшельником на дальней метеостанции вместе с женой и детьми. При всем при этом здесь нет эмоциональных истерик бергмановского типа, выяснения отношений и беспричинных ссор, тихо-мирно друзья рассуждают о науке, своем месте в мире, вспоминают прошлое. Занусси поднимает важную тему добровольного затворничества и отказа от карьеры с ее моральными компромиссами, всего того, что социальные хамелеоны понять не в состоянии. Хотел он того или нет, а данная тема в той или иной степени будет присутствовать почти во всех его фильмах впоследствии. «Структура кристалла» - своего рода проба пера, прощупывание Занусси важных этических проблем, которые будут интересовать его на протяжении всей жизни. Изящная музыка Киляра – своего рода мотив разбуженной совести, а частые безмолвные сцены, разворачивающиеся в фильме под нее, нужны. чтобы подчеркнуть именно это пресловутое «моральное беспокойство», отличавшее все польское кино 1970-х, ярчайшим представителем которого и был Занусси. Постановщик тонко намечает некоторые важные мотивы, которые так и не получают развития в сюжете, при чем сознательно с его стороны: неудовлетворенность жены ученого отшельнической жизнью, возможный любовный треугольник, плагиат друга-карьериста, обеспечивший ему безбедное существование, и многое другое, что намечено лишь пунктиром, но придает фильму многомерности. Что касается главного символа картины – противопоставление естественных и искусственных кристаллов, первые из которых выражают нравственную жизнь в ладу с совестью, а вторые – приспособленчество и мещанство, то на них собственно и выстроена вся композиция сюжета. Даром, что фильм длится чуть больше часа, его и не стоит воспринимать иначе как зарисовку к будущим моральным фильмам-уравнениям вроде «Иллюминации», «Защитных цветов» или «Константы», однако, эта эскизность не вредит впечатлению зрителя от «Структуры кристалла» как очень живой картины, где герои ведут себя естественно, дурачатся и веселятся, иногда рассуждая о вечном, что куда органичнее выглядит, чем мертвая схоластика таких лент Занусси, как «Черное солнце» или «Персона нон грата», из которых жизнь полностью ушла, уступив место интеллектуальным схемам. Это весьма добротное кино, не всем режиссерам удается так удачно дебютировать, как пану Кшиштофу в 1969 году, тем более важно, что это разминка перед очень плодотворным десятилетием, в котором Занусси снимал почти по картине в год. И что это были за картины! Что же изменилось? Видимо, тогда в 1970-е режиссеру было важно, борясь с цензурой, протаскивать важные для него и искусства нравственные коллизии, а сейчас, когда ничто ему не мешает, он как бы забронзовел и застыл в некой схематичности. Не прилагая больше усилий в создании кино, он лишь систематически цитирует сам себя, перепевая темы, уже знакомые зрителю по его лучшим прошлым лентам.