Под песком

«Я чувствую, что снова схожу с ума. Я уверена в этом, как и в том, что повторения этого кошмара мы просто не вынесем. Я знаю, что больше никогда уже не приду в себя. Я опять слышу голоса и не могу сосредоточиться. Поэтому я собираюсь сделать то, что считаю единственно правильным». (Вирджиния Вулф) Отпуск пожилой пары на берегу Бискайского залива, скучный и обстоятельный, обрывается, почти не успев начаться. Роскошно медлительная постановка завязки будто издевается над зрителем, действуя на нервы своим обещанием утомительного психологического действа в духе 'charmante, intime, но не глобально'. В этом месте Франсуа Озон ехидно хохочет, ибо прозе и морализаторству дан от ворот поворот, а Жан, аки Тесей, оставляет свою Ариадну на Наксосе, благо греться на солнце, благо в квадрате - под присмотром солнцезащитного крема. Волнение, поиски, последний отчаянный взгляд на море - и домой, в Париж. В никуда. Мари в темных очках, за рулём, ночь, Portishead. «Если кто-то и мог бы меня спасти, то лишь ты один. Я потеряла все, кроме уверенности в твоей доброте. Я не могу больше портить тебе жизнь. Кажется, не было на свете более счастливых людей, чем мы с тобой». Отсюда открываются две реальности, каждой из которых невдомек до существования другой, а взирающим на сие непотребство остается разве что на кофейной гуще гадать, где Жан и чьи это сладострастные руки ласкают Мари. Вопросов не возникло бы, как и интриги, если бы режиссер, тот еще озорник, откинулся в академически беспристрастном кресле. Но нет, в мелкие дребезги и к черту объективизм, дальше зрителю предлагается, дерзко и безальтернативно, переселиться в душу Мари и наблюдать только оттуда. Хотя, не только ее душа в кадре. Та почти языческая смелость, с которой Озон обнажает тело Шарлотты Рэмплинг, на грани вульгарности и болезненного желания, не может не напомнить Изабель Юппер, с ее излюбленными амплуа надлома и исступлённого преодоления стыда, что в «Пианистке» Ханеке, что в «Моей матери» Оноре. А вышедший спустя три года озоновский же «Бассейн», только утвердил неоспоримость этого внутреннего родства. Кстати, о родстве. Кульминационным моментом фильма стала сцена Мари со свекровью, в завораживающем исполнении 89-летней Андре Таинси. В этом споре поколений режиссер отдает первенство той женщине, которая ему, по известным причинам, ближе, то есть Матери, а не Жене. Такие эпизоды отпечатываются в памяти надолго, не оставляя никаких сомнений в том, стоит ли фильм просмотра. При чём тут Вирджиния Вулф? Прощальное письмо английской писательницы перед уходом из жизни становится зеркалом, в которое смотрит Мари, а отражается Жан (как в «Твин-Пиксе», и так же холодеет кровь). Ужас осознания приходит к ней во время лекции по английской словесности, и позже, в ресторане, в обществе ее нового воздыхателя, Венсана. И не надо быть Эсхилом, чтобы узреть главную мысль: выбор есть, но только между смертью и сумасшествием. Траурный мотив из шестой прелюдии Шопена склоняет к одной чаше весов. К другой? Undenied.

Когда-то давно молодой и дерзкий Франсуа Озон с неистовой силой и альмодоварским энтузиазмом будоражил национальный кинематограф, выветривая оттуда последние устои целомудренности и непорочности, делая это на редкость тонко и выразительно. Но однажды мир увидел совсем другого режиссёра, нашедшего в себе способности для глубокого психологического анализа состояния своих героев и их поступков. Это было заметно уже в «Криминальных любовниках», но в наибольшей степени проявилось в снятой через год драме «Под песком», по странному стечению обстоятельств, не удостоенную серьёзных фестивальных наград. Здесь уже заметны отличительные особенности новых творческих решений Озона – гармоничная манера съёмки, обманчивая безмятежность планов, строго дозированное музыкальное сопровождение и ограниченный стиль речи. Фирменное сочетание этих и других приёмов даёт возможность с головой уйти в новый, уже не столь легкомысленный, полупризрачный озоновский мир, остаться наедине с персонажами и прочувствовать странную неопределённость их положения, пройти вместе их сложный внутренний путь, зачастую ведущий в никуда. «Под песком» – это не только трагическое, но и почти что совершенное зрелище, достигаемое буквально от противного, противоположно существующим условиям. Загадочная история с исчезновением близкого человека, в которую погружается героиня Шарлотты Рэмплинг, изначально не выглядит чем-то из ряда вон выходящим, благо мировое кино знает много подобных примеров. О супружеских отношениях Мари и пропавшего Жана можно судить лишь по отрывочным сценам, не способным в полной мере выявить случайность или неслучайность происшествия. Таким образом, единственным ключом к раскрытию истины остаётся сама Мари, но так уж необходимо ей это в действительности? На момент создания «Под песком» Озон ещё не вышел на компромисс с собственным отношением к институту семьи, отчасти поэтому он весьма изящно уходит от прямого взгляда на взаимоотношения Жана и Мари, проводя между ними невидимую, но безусловную границу отчуждения, исключая даже возможность открытой демонстрации секса, в том числе, в фантазиях Мари. Важно и то, что потенциальная вдова, по мнению режиссёра, вовсе не должна выглядеть несчастной женщиной. По крайней мере, снаружи. И внешность Шарлотты Рэмплинг, её кажущаяся безэмоциональность в этой ситуации произвели нужный эффект. Когда надо было показать чувство, героиня Рэмплинг на удивление легко демонстрировала его и точно так же в считанные минуты могла уйти в себя, потерявшись для окружающего мира и будто бы действительно спрятав всё самое важное «под песком». Похвальна и её смелость в телесном плане, уже возрастная актриса играла естественно и непринуждённо, а ведь столь необычная роль требует даже от опытной исполнительницы немалых усилий. Первый серьёзный шаг Франсуа Озона в сторону от абсурдно-эпатажного стиля и его новый трагически-совершенный взгляд на европейцев получились более чем достойными, так что впору рассуждать о наличии у довольно молодого ещё француза неиссякаемых возможностей для самосовершенствования, что и было продемонстрировано им в будущих постановках.

Обманчивый синопсис намекает, что у некой женщины Мари таинственным образом исчезает муж, и она отказывается верить в его смерть. Заданная загадка требует ответа, и ты ждешь детективной истории о поисках пропавшего человека с выяснением шокирующих подробностей из прошлой жизни героев. Шарлотта Ремплинг уже видится в образе Шерлока Холмса в юбке с ее суровым взглядом и мрачным амплуа, а Франсуа Озон – этакой Агатой Кристи с уклоном в сексуальные девиации. Но «Под песком» внезапно оказывается психологической драмой о неспособности смириться с потерей близкого человека, в целом довольно средней, в частном – изысканной историей о неожиданно нагрянувшем одиночестве. Франсуа Озон со скрупулезностью психоаналитика диагностирует расстройство своей героини, ее галлюцинации и расслоение сознания. Мари одновременно и понимает, что она вдова, и отрицает это всеми возможными способами. Никто не пытается помочь ей, намекнуть, что следует проконсультироваться с врачом, в надежде, что она сама справиться со своей болью, но Мари не хватает сил бороться, и она идет на всевозможные уловки, чтобы обмануть себя, свое сознание. Тут идеально вписывается Шарлотта Ремплинг, тут же вызывающая банальную ассоциацию с марочным вином. Она словно достигла приличного возраста и остановилась, но у Озона, кстати, она раздевается в свои пятьдесят 'с хвостиком' и выглядит потрясающе. Поначалу ты спрашиваешь себя, зачем месье режиссеру эта безэмоциональна актриса, потом тонкие настройки и порода Ремплинг срабатывает, и вот она уже самая настоящая вдова, главный кандидат то ли в дом престарелых, то ли умалишенных. Ремплинг подходит и на роль преподавательницы английского языка, даром, что сама англичанка, и кокетки, упускающей, может быть, свое последнее счастье. И когда ее героине выпадает последний шанс освободиться от своего горя и выздороветь, она без особых усилий взламывает свое подсознание, подчиняет его себе и мастерски демонстрирует, как человек отрицает перед окружающими и самим собой абсолютно очевидный факт, отражая патологический диссонанс сознания в актерской игре, сохраняя так называемые «логику и последовательность» поведения. «Под песком» стилистически относится к более позднему периоду творчества Озона, когда он укрепился больше в бытовых драмах, нежели в эксперименте. В его четвертом фильме угадываются корни таких картин как «Время прощания» и «5Х2», и ничего похожего на окаймляющие «Капли дождя на раскаленных скалах» и «8 женщин». Со «Временем прощания» фильм роднит и тема осознания смерти. «Под песком» - это взгляд на нее со стороны и постфакутм. «Время прощания» - это скорее взгляд изнутри, и процесс принятия факта смерти. Слишком размеренный, правильный «Под песком» также представляется попыткой Озона опробовать себя в жанре классической драмы. Немного Бергмана, чуть-чуть Фассбиндера, женщина из фильмов Антониони в рассыпающемся мире. Когда-то все это было в новинку, а теперь стало высоким штилем культуры. К тому времени месье Озон уже пользовался зрительской любовью, и, наверное, решил снять что-то действительно значимое, скрыв внутренние переживания Мари «под песком», и пустив их внутренним течением, которое требуется ощущать, а не считывать с экрана как таблицу умножения. 8 из 10

Супруги Дрийон - Мари и Жан, благополучная семейная пара с 25-летним стажем совместной жизни, в очередной раз уезжают отдохнуть на морское побережье. Но однажды отправившийся искупаться супруг не возвращается обратно. Отчаянные поиски, в том числе и с помощью спасателей, ни к чему не приводят. Неясность ситуации: то ли муж все-таки утонул, то ли просто сбежал - ушел к другой женщине, - окончательно выбивает почву из под ног Мари. Теперь, с одной стороны, она пытается смириться с новым для себя положением и вернуться к прежнему образу жизни – встречам с друзьями, всякий раз стремящимися свести её с каким-нибудь одиноким мужчиной. С другой же, Мари все глубже погружается в мир иррациональный, в котором её регулярно навещает Жан. Систематические галлюцинации становятся ответом на нежелание смириться с потерей единственного мужчины. Ведь для Мари исчезновение любимого человека адекватно утрате смысла жизни. Поклонники провокационных, эпатирующих картин молодого французского хулигана отказывались верить в произошедшую с Озоном метаморфозу. Его четвертый полнометражный фильм явил миру нечто совершенно иное: углубленный психологический псевдо-детектив с загадочным, логически никак не объяснимым и неподдающимся рациональному истолкованию названием, в котором анализируется поведения 50-летней женщины, оказавшейся в «пограничной ситуации». На протяжении всего фильма режиссер подбрасывает всё новые и новые загадки, исключающие однозначное истолкование сюжета. Тем самым эта таинственная метафизическая история преодолевает жанровые границы детективного триллера и становится поводом для философского осмысления как анатомии чувств, так и бытия человеческого. 'Под песком' невольно заставляет вспомнить таких корифеев авторского кино как Бунюэль, Шаброль и Антониони (нельзя не заметить здесь не только фабульной, но и пластической связи с его 'Приключением'). Кроме того, фильм «вызволяет» почти из небытия английскую актрису Шарлотту Рэмплинг, чьи лучшие роли - у Висконти, Кавани, Осимы - пришлись на 1960-1980-е годы. А в последующее время о ней если и говорили, то всё больше по поводу личной жизни (особенно о разводе с композитором Жаном-Мишелем Жарром). Несмотря на несколько затянувшееся отсутствие достойных внимания ролей, Рэмплинг в 54 года оказалась в прекрасной профессиональной и физической форме. Ее участие в рискованной сексуальной сцене или пребывание в купальнике на пляже не только не вызывают неловкости, но, наоборот, способны доставить эротическое, если не сказать – эстетическое, наслаждение.

Самый мой любимый фильм Озона. Сначала смотрела скучную и размалеванную, как карнавальная маска, картину «Восемь женщин»… Решила, что все разговоры о талантище-французе с воздушной фамилией - очередная пиар-кампания, сляпанная по принципу «много шума из ничего». Не стоят его труды моего драгоценного внимания… И вдруг – «Под песком». Ошеломляющий фильм. Полезно посмотреть всем, кто считает себя завзятым циником и давно забыл, как сжимают горло спазмы плача. Катарсис не катарсис, но режиссёр даёт реальный шанс почувствовать себя не городским аборигеном, закалённым офисными баталиями, дурной погодой, сварами в транспорте и тотальным раздражением на всё и вся, а человеком. Ранимым и чувствительным, беззащитным. Движимым по жизни потребностью в любви и безумно без неё страдающим. Так, как страдает главная героиня, безупречно сыгранная Шарлоттой Ремплинг. Актриса, разменявшая шестой десяток, здесь удивительно хороша собой (чего стоят одни её чуть набрякшие веки, придающие лицу столько своеобразия и очарования). Впрочем, в кадре она настолько убедительна, что быстро забываешь: это та самая англичанка, которую открыл великий Висконти, и уж тем более не кидаешься судорожно подсчитывать её возраст. Перед нами просто женщина. Интеллигентная, умная, не юная, но по-прежнему красивая, из тех, что отроковицам фору дадут. И очень несчастная. Вернее, не так. Делающая вид, что у неё всё в порядке. Как раньше, когда её муж Жан, ныне то ли утонувший, то ли бесследно исчезнувший, был рядом. Как раньше, когда жизнь была наполнена смыслом, а ночи – жаркими поцелуями и объятиями. Кадры фильма насыщены тоской по утраченной гармонии, как воздух на морском побережье напитан влагой. Они словно сочатся непролитыми слезами. Мари категорически отказалась принимать новую, страшную для неё реальность. Нет-нет, её Жан жив, он с ней. Вот все его вещи, всё, что он любил. Как же его может не быть? Её сознание двоится. Иллюзорный Жан, приходящий любимый призрак, какое-то время мирно уживается с реальным бой-френдом, навязанным сочувствующими друзьями. Но как только «весьма достойный мужчина средних лет» совершает попытки заставить Мари принять и смириться, она тут же даёт ему отворот-поворот. Исчезнувший бесследно, как жадно поглотившая его вода испаряется на солнце, но такой родной и близкий Жан всё же сильнее реального, но чужого человека. Никто не понимает: она любит одного и только с ним ей будет надёжно и спокойно. Полицейские, методично предъявляющие ей часы и прочие вещи утопленника, безмерно удивлены: почему эта странная женщина так упорствует, так рьяно отрицает очевидное? Это же просто безумие! Да, реальная, настоящая жизнь, действительно, надёжно погребена Мари под руинами прошлого, под песком иллюзий и несбыточных фантазий. Но стоп! Разве это жизнь? Одинокая, горькая, без всякой надежды снова увидеть единственного по-настоящему дорогого человека, который за четверть века, проведённых вместе, стал понимать тебя с полуслова-полувзгляда?! Уж лучше замки из песка, они даруют спасение от боли и бессмысленности. И можно жить дальше, и верить. Пусть и в несбыточно-иллюзорное.

И снова Франсуа Озон показывает нам новые горизонты своего творчества. Фильм 'Под песком' является одной из моих любимых работ режиссера. Мне всегда нравилась Шарлотта Рэмплинг, она чрезвычайно неординарная и интересная актриса. Кино нас погружает в бездну грез и внутреннего мира главной героини. Она потеряла супруга и никак не может с этим смериться. Когда мы теряем любимого человека, мы теряем частичку себя. Смотря это замечательное кино, ясно и четко это понимаешь и принимаешь. Честно говоря, я не могу представить на месте главной героини ни одну другую актрису. Складывается впечатление, что Франсуа Озон писал эту роль именно только для своей любимицы Шарлотты Рэмплинг. Она в этом фильме так чувственна и неотразима, что невольно понимаешь - Рэмплинг необыкновенная и редчайшая актриса, таких звезд действительно мало в современном кинематографе. Фильм я этот советую смотреть обязательно любителям европейского кино! Получите огромное удовольствие! 9 из 10

Ускользающий муж... Песок... Бурные волны... Безбрежность и безмятежность жизни, грубо оборванной посередине. Двоящееся сознание женщины, бывшей жены, не ставшей матерью... Красиво, печально, путано, атмосферно. Моя любимая актриса, сыгравшая главную героиню. Почти всегда статичная, несколько окаменевшая от внутренней сдержанности и замкнутости, усугублённых горем внезапной потери... А любовь жива. Любовь живёт не смотря ни на что... За это, и только это, поставила 7 из 10. В целом, фильм не понравился.

На КиноПоиске одна из рецензисток написала о фильме Франсуа Озон '8 женщин' - размалёванный карнавал. Карнавал, в принципе, не может быть чрезмерно размалёванным, как и слишком музыкальным и ироничным. Это красочный бурлеск и, если придадим обратное значение бурлеску, то фильм Озона 'Под песком' настолько же претенциозен в крайности чувств, преподнесённых главной героиней, муж которой нечаянно утонул, как и карнавал в '8 женщинах', и обвинить фильм в эпатаже не поднимется сознание. Озон глубоко чувствует и сопереживает женщине, и вспоминаются слова автора пьесы 'Служанки' - Жан Жене: 'В “Служанках ” играть должны мужчины. Да, именно мужчины'. Мужчины, чувствующие потайные женские уголки, лучше самих женщин, что пугает и вопрошает: почему же мужчины столь жестоки к нам или это большинство мужчин не наделённых чувствовать нас, как это дано месье Франсуа Озон. Внутренний нерв отчаяния и поиски спасения, подсказанные главной героине инстинктом самосохранения - держат в напряжении и становишься мудрее, понимая тщетность своих мечтаний о счастье, которое не предусмотрено всем творчеством великого француза.

Интересные, добротные сюжет, сценарий, постановка, музыкальное сопровождение, да и вообще, тема. Фильм воспринимается, как качественный, умный. Но моя рецензия нейтральная. Во-первых, актерский состав. На мой взгляд, тема фильма отобразилась бы более гармонично с персонажами помоложе. Мне понравилась Шарлотта Рэмплинг в этом фильме в характере женщины (супруги), брак которой, достиг уже другого этапа, статуса. Что и демонстрирует начало фильма. Давно немолодая пара близких друг другу людей едут в долгожданный отпуск. Далее один из них пропадает без вести. Очевидна тревога и боль потери, что нам и демонстрирует актриса в атмосфере мрачного пейзажа морской бездны. Одновременно в фильме я вижу другого персонажа, с иным характером. Стройная фигура, наряды молодой женщины, походка, манера поведения не сочетаются с чертами лица, взглядом. Также для меня в этом фильме мужские персонажи просто несимпатичные и не вписываются в антураж. Особо остро я это заметил в эротическом контексте этого фильма, который неприятен, слишком груб (даже пошлый) и мне вообще непонятно к чему он. Эпизод, в котором мужчина появляется (из-за угла) воспринимается, как фильм ужасов. Некрасиво. Во-вторых, главная героиня нам показывает ее не смирение с потерей близкого человека (стресс и боль настолько сильны, что она как бы живет иной жизнью, не осознавая этого). Но в фильме я не увидел характер связи между супругами. Даже в начале, из того, как они взаимодействуют, как ложатся спать, как идут на пляж и т.д. Возникают ощущения, что это уставшие (от жизни, а, может друг от друга) люди, которым скоро 60 и отпуск им сейчас нужен для тишины и покоя (особенно ему), хоть вместе, хоть порознь. Я не увидел зерно трагедии, которую переживает главная героиня. Кем, все же был муж для нее (помимо, просто мужчины, с которым она прожила 25 лет в статусе брака и у нее даже не было детей с ним)? Понятно, что близким, но каким? Очень эмоционально снята концовка фильма, это впечатляет, когда история заканчивается в таком стиле. Красиво. Вот за атмосферу, музыку, эмоциональность, тему 6 из 10 Все остальное - сцены с неподходящими для них актерами. Равнодушным меня этот фильм не оставил. Очевидна мощь съемочной группы и Шарлотты Рэмплинг (как актрисы, в целом). Но второй раз фильм смотреть не стану.