По этапу

Увидев этот фильм на ветрине магазина и вдумчиво изучив актерский состав, я решил непременно купить его... но к сожалению деньги были потраченны впустую. К всему выше сказанному про этот фильм и о часто не к месту обращению 'товарищ' и о том, что 'женщины толпами стоят у ворот лагеря в надежде заняться любовью с немецким пленным' хочу превести диалог Томаса Кречманна (Макс Борт) и Веры Фармиги (врач Наталья), который просто меня убил: врач Наталья: 'Скольких ты убил?' Борт: 'А что бы ты сделала, если бы на тебя побежала девочка с гранатой?' врач Наталья: 'Так ты убивал советских девочек?!' Борт: Ты думаешь я убийца? Нет, я не убивал... Я видел как они убивали и их убивали...' Исходя из диалога, можно подумать, что с Вермахтом сражались советские девочки с гранатами, т.е. чудовищниый бред. Хотя что еще можно ждать от английского режиссера? Так что делайте выводы, товарищи.

Мои первые впечатления от фильма «По этапу» были в какой-то степени обусловлены тем, что мне довелось о нем читать. А это был один негатив. Но сюжет показался мне интересным, и я решила проверить сама, действительно ли все так плачевно. В том, как показан Ленинград зимы 1936г. , есть спорные моменты. В плане быта охранниц пересыльного лагеря снято достойно. Граненые стаканы, белье на веревках, телогрейки и особенно самогонный аппарат появляются к месту и не выглядят, как дешевая пародия на жизнь абстрактного «товарища». Полностью от стереотипов уйти все же не удалось: женщины глушат водку, друг к другу обращаются либо «товарищ Зина», что нелепо, либо вообще без званий, просто по именам в присутствии заключенных. Само собой, кино об СССР немыслимо без архиплохого и скользкого полковника, который всех пугает и портит удовольствие. Можно долго перечислять ляпы, искажения советских реалий и мелкие промахи сценариста. Если «По этапу» смотреть компанией, есть риск все прослушать, пока зрители, перебивая друг друга, с победным гиканьем будут докладывать о замеченных неточностях. Я решила, по возможности, закрыть на них глаза и смотреть кино. Но две вещи меня огорчили: карты и хлеб, они были абсолютно современными. Колода за червонец с до боли знакомым узором на рубашках – в серо-зеленую поперечную полоску. Карты с таким рисунком появились совсем недавно. Еще на моей памяти графика на них была другой, как и бумага. Такое впечатление, что тому, кто на съемках отвечал за реквизит, было лень искать карты военного образца, и колоду, с которой не расстается герой Миронова, купили в ближайшем газетном ларьке. А буханку хлеба – в супермаркете. Почему Миронов, для персонажа которого карты важны, не указал на это несоответствие? Настолько наплевательски подошел к роли? Но это все простительно. Где-то проглядели, где-то накосячили. Бывает. Гораздо больше смущает распорядок дня в лагере. Заявлено, что фильм основан на реальных событиях. Но что в этой истории реально, а что фантастично, видимо, каждый решает для себя в силу своих представлений о жизни пост-блокадного Ленинграда. Плен – да, танцы-шманцы под вопросом. Могли ли немцы выходить в город, не рискуя, что им выдавят глаза и оторвут уши, кто знает? Очень благоприятное впечатление производят черно-белые кадры хроники, которые, пусть и на несколько секунд, но появляются в фильме. Думаю, «По этапу» рассчитан не на нас с вами, а на западного зрителя. Едва ли в США или в Великобритании у каждого четкое представление о том, что это вообще такое – Блокада. Не понимая этого, западная публика примет русских охранниц за конченых изуверок. Так им хоть намекнули, почему они в начале такие сердитые. Верить ли в любовь между охранницами лагеря и пленными немцами? Тут сошлись два фактора. Во-первых, мужчин практически не было. Во-вторых, менталитет русской женщины. Она всегда накормит голодного и укутает замерзшего. Это для нее норма, а не дубасить больного и безоружного. Она сильная, поэтому может позволить себе быть милосердной, пожалеть врага. Все, наверное, слышали, что глагол «жалеть» порастерял некоторые свои значения. Но и сейчас от «жалею» до «люблю» рукой подать. Похожая пара глаголов есть и в немецком: leiden (страдать, терпеть) и lieben (любить). Произнесите эти слова медленно, дайте им обрести форму. Ведь есть же в них тоска и призыв? А среди производных от leiden есть и «жалость». Вот такие лингво-психологические игры могли бы получиться, если бы фильм сняли, как того и требует здравый смысл, на двух языках – русском и немецком. Мешанины не было бы. Достаточно в нужных местах добавить субтитры. А ведь это же очень важно, на каком языке, с помощью какого минимального набора слов строятся отношения, как они меняются. Английский язык в данном контексте звучит насквозь фальшиво. Когда Зина, продев голову в петлю, говорит “F*ck”, палец так и тянется к кнопке STOP. Те же замечания и к актерам. Пленных немцев, по крайней значимых для сюжета, играют немцы. Изобразить советских людей поручили американцам и британцам. Кажется, они смакуют обращение «товарищ», и пытаются выглядеть естественно со стаканом водки в руках. Они отдают честь, прикладывая руку к непокрытой голове. Согласно видению режиссера, у всех женщин, кроме лысой Ингеборги Дапкунайте и блондинки Зины, одинаковый цвет волос. Все рыжие. Прокатчики в очередной раз сплоховали. На обложке оказались Евгений Миронов, Ингеборга Дапкунайте и Малкольм МакДауэл. У всех троих роли не великие по времени, Миронов вообще только мычит. Если DVD привлечет кого-то его именем, эти зрители напрасно разочаруются. Тем, кого фильм заинтересовал ролями Томаса Кречманна и Даниэля Брюля, напротив, скучно не будет. Хотя они большую часть фильма замотаны-закутаны, как баба Дуся, они создают даже некое подобие детективной интриги. В свете того, что я сказала о фильме в целом, моя оценка может показаться неадекватной. Но я ставлю ее не тому, чем фильм является, а простой, но пронзительной истории, которая имела, несомненно, больший потенциал, чем удалось реализовать. Сюжет попросту запороли. Слоган фильма – «В злейшем враге она нашла свою величайшую любовь». Знающий свое дело режиссер снял бы такой фильм, что зрители бы рыдали и друг другу слезы вытирали. Случай, конечно, небывалый, но я не против римейка. 7 из 10