Письма с Иводзимы

Знаете чем мне нравиться Клинт Иствуд? Ну помимо того факта, что он прекрасный актер, способный лишь одним движением глаз передать такой спектр эмоции, что и не снился современным «звездам». Клинт Иствуд мне нравиться тем, что его фильмы способны удивлять, шокировать, а самое главное – они заставляют думать. И ведь это притом, что от фильма, как правило, ничего подобного не ждешь. Ведь аннотация к картине ни коим образом не намекает на то, что после того, как на экране появятся финальные титры будешь сидеть, как обухом ударенный и еще не скоро придешь в себя. Примеров тому масса, тут и «Таинственная река» и «Подмена» и «Малышка на миллион» и «Мосты округа Мэддисон» и… устанешь перечислять. И именно таким фильмом оказывается наш сегодняшний гость. Итак, это – «Письма с Иводзимы». История, что будет рассказана в данном фильме, будет разворачиваться во времена Второй Мировой войны. Причем переломный момент в войне уже наступил и русский солдат гонит немецко-фашистских захватчиков назад в Берлин, а что до американцев, то те рады и счастливы высказать свое резкое «фи» японскому народу за уничтожение Перл Харбора. Высказывать свои претензии бравые вояки будут не где-нибудь, а на острове Иводзиме, который является последней линией обороны «самураев». Вот только история, что будет рассказана в данном фильме будет показана глазами японского народа, а не американского, что достаточно нетипично для голливудских картин. Впрочем, Клинт Иствуд, человек предусмотрительный и чтобы критики, а с ними и простые зрители, не особо шумели он снял фильм и про доблестных американских вояк назвав его «Флаги наших отцов» о котором я не так давно рассказывал и повторяться не буду. Так о чем это я? Ах да, о «письмах», а с ними и о тех, кто же их писал. А писали их все, но история будет сосредоточена двух героях. Первым является генерал Курибаяси, который располагает уже с первых минут знакомства. Ведь это один из немногих японских офицеров, который видит в своих подчиненных не слепое человеко-оружие, а живых людей. Он не приемлет битвы стенку на стенку, особенно если противник превосходит его войска числом минимум раз в десять. Что естественно вызывает резкую антипатию у других офицеров верных заветом своих предков, самураев, и для которых выражения умереть с честью и умереть по глупости являются словами синонимами. Вторым же героем выступает рядовой Сайго. Молодой и простоватый юноша, которому не везет, во всяком случае он так считает. У него была работа - пекарня, у него была жена и дочка, которую герой Кадзунари Ниномои в глаза не видел, но вот пришли жандармы и фактически разграбили пекарню Сайго, а его самого отправили на фронт, дабы сражаться и умереть во славу Императора. О да, император оценит жертву простых крестьян, будет ночи не спать размышляя о том, что посылает своих верноподданных на смерть, можете не сомневаться все так и будет. И ведь самое плохое в нашей ситуации то, что у Сайго все из рук валиться, он не может попасть даже по неподвижной мишени, а коли так, то задаешься вопросом, а сколь долго протянет юноша, когда американцы высадятся на Иводзиме? Ведь на месте Сайго мог быть любой подросток, не важно какой национальности или вероисповедания ведь война не делает исключений ни для кого, а коли так, то следишь со всевозрастающим интересом за героем Кадзунари Ниномои и надеешься лишь на одно, чтобы юноша смог дотянуть до последний битвы, а не умер бы по глупости в середине картины. Нет, конечно же, в картине будут и другие второстепенные герои. Будет американский солдат Том, чье экранное время пусть и ограниченно, но он демонстрирует то, что по другую линию фронта сражаются такие же перепуганные и уставшие мальчишки. Что нет в этой войне деления на хороших и плохих, так как сражаются правительства сверхдержав, а в это время умирают мальчишки, которым еще жить да жить, у которых могли быть дети и внуки, которые при других обстоятельствах пригласили бы к себе в дом, того в кого они через полчаса будут стрелять, у них могла быть впереди жизнь полная удивительных открытий, приключений и любви, но война поставила на этом крест. Будет тут и бывший жандарм Симитцу. К которому однополчане относятся как к белой вороне, ведь японские жандармы во время Второй Мировой войны были ничем не лучше эсесовцев. И ведь такое предвзятое отношение достаточно типично для людей, не важно в мирное время это происходит или во время войны. Если ты хоть чем-то отличаешься от большинства, то ты – чужак, изгой. И окружающим будет глубоко плевать почему ты оказался рядом с ними, они уже вынесли свой вердикт и вряд ли будут его пересматривать. А ведь стоило бы, особенно в свете того, что расскажет Симитцу. Но что самое главное, что здесь будет, так сама идея: Война – это страшно. Война – это чудовищно. Война – это несправедливо. Ведь японских солдат, фактически, бросили на убой на этом острове. Высокие чины не верят в то, что генералу Курибаяси удастся удержать проклятый остров. Не верят в это и солдаты, но им некуда отступать. Все что у них осталось, так это их честь, а также мысль о том, что они сражаются ради будущего своей стран, ради женщин и детей, что остались дома и потому они будут драться до последнего. В тоже самое время у нас есть американцы, которых также отправили в эту мясорубку. Отправили люди, для которых война – это бизнес. Подводя итог, хочется сказать, что «Письма с Иводзимы» является очень тяжелым фильмом. Он показывает войну без прикрас, без ненужного пафоса и 'последних героев'. Это фильм о войне, который пропагандирует мир. И это тот фильм, который я рекомендую к просмотру всем присутствующим, оно того и вправду стоит. 8 из 10

Помню как смотрел в кинотеатре '300 спартанцев' и восхищался тем, как точно Зак Снайдер показал мужество людей, оказавшихся перед лицом смерти. Но, меня не покидало ощущение, что на эту тему можно снять более серьезное кино. Удивительно, что так и произошло и снял этот фильм Клинт Иствуд. А рассказывает фильм реальный исторический факт - битву за остров Иводзима в 1945 году. В этой битве американцы одержали победу. Однако статистика заставляет задуматься. Первоначально из 20 919 японцев, лишь 216 были взяты в плен. Остальные погибли или были тяжело ранены. В общей сложности, в плену оказалось около тысячи человек. А вот силы победителей насчитывавшие более 110 тысяч человек понесли куда более существенные потери. Погибло около 68 тысяч человек, а раненных было более 19 тысяч. Скажу больше, что даже после захвата острова, спрятавшиеся в подземельях японцы продолжали воевать. И это притом, что принимая во внимание отсутствие поддержки и соотношение сил исход битвы был ясен заранее. Клинт Иствуд показал все. Показал безысходность и уныние, глупость и бесстрашие. Он показал самоубийства - сцена в которой солдаты убивают себя гранатами - просто безупречна. Были показаны и весьма жесткие сцены оторванных конечностей и человеческой подлости. Прекрасно показаны и обрывочные воспоминания о мирной жизни. Самое важное, что Клинт Иствуд никого не судит - он просто выражает уважение перед недавними соперниками. Уважение и примирение. Очень важную работу проделал художник - цветовая гамма в этой картине является существенным дополнением. Серо-зеленый фильтр будто напоминает нам о трагедии. Иногда возникает впечатление, что мы являемся свидетелями битвы фантомов погибших воинов. Все это очень контрастирует с первым фильмом дилогии Иствуда - 'Флаги наших отцов', в котором победители изображены весьма и весьма саркастически. Стоит ли добавлять, что цветовая гамма 'Флагов...' совсем другая - яркая, насыщенная, с преобладанием красного и белого цветов. Мозаичность эпизодов, предложенных Иствудом, в которых мы встречаемся с судьбами множества разных людей, отсылает нас к 'Тонкой красной линии' Терренса Малика. Есть между этими картинами определенное стилистическое сходство. В то же время, вполне можно говорить, что 'Письма из Иводзима' - это японская версия 'Острова Уэйк' Джона Фэрроу, снятая Клинтом Иствудом. Особое внимание нужно уделить игре Кена Ватанабе. Он сыграл настоящего полководца - человека, который не показывает подчиненным свои переживания, смелого и отважного. Его герой - Тадамити Курибаяси, человек, отвечавший за оборону острова. Он даже не узнал о присвоении чина генерала. Трагическая судьба прирожденного полководца. Очень точная работа Ватанабе, которая, как мне показалось, осталась незамеченной у критиков. При просмотре образа, сыгранного Ватанабе вспоминаются слова из самого известного стихотворения Уильяма Эрнеста Хенли: Меня опасность не страшит. Я — властелин своей судьбы, Я — капитан своей души. Впрочем, тут нельзя не написать и последнее стихотворение-танка самого Курибаяси: Враг не разбит, и я не погибну в бою, я буду рождён еще семь раз, чтобы взять в руки нагинату. Шедевр 10 из 10

Поразил фильм честно говоря. Это один из тот фильмов о войне, в котором нет тупого пафоса. Я думал, что снова буду смотреть кино об американских солдатах, но оказалось совсем другое. Стоит ли говорить о сюжете? О нем все должны знать. События в фильме разворачиваются на темной и пустынной Иводзиме. Это японский остров, и они ни за что не хотят отдавать этот остров американским солдатам. Они готовы биться до последнего солдата, готовы отдать честь за свою страну и за императора, как бы тяжело им не было. Я смотрел фильм глубокой ночью и, знаете, я был там. С этими солдатами. Мне казалось, что я вместе с ними рою глубокие траншеи. Мне было так же тяжело. Мне так же не хватало воды и еды и я так же скучал по своим родным. Атмосфера в фильме очень настоящая и захватывающая. С первых минут ты уже там, на Иводзиме. Стоит заметить картинку в фильме. Немного приглушенная и серая. Из-за этого кажется, что словно смотришь либо документальную ленту, либо старый фотоальбом. А музыка в фильме - это что-то! Благодаря ей, атмосфера грусти еще больше усиливается, из-за чего хочется просто плакать. Очень тяжелая и сильная военная драма Клинта Иствуда - замечательного режиссера. Его фильмы всегда наполнены смыслом и идеей, которая после просмотра еще долго будет оставаться в голове. 9 из 10 P.S. Зачем давать 'оскар за лучший монтаж'?. Лучше бы дали 'оскар за лучшего режиссера' или 'фильм', потому что это того заслуживает.

Клинт Иствуд, один из немногих режиссеров 'Без купюр', его фильмы, настоящее 'пиршество', для ценителей его творчества. Фильм 'Письма с Иводзимы', очередное блестящее полотно, в копилку небезызвестного актера, сценариста, режиссера. Клинт в 2006 году, выпустил две картины посвященные Тихоокеанскому театру военных действий. Первой картиной, были восхитительные 'Флаги наших отцов', патриотичное кино, про самоотверженных морпехов и про их душевные терзания. А второй картиной, выступил потрясающий, непохожий ни на что другое фильм 'Письма с Иводзимы'. 'Странно, я обещал сражаться до последнего за свою семью, но выполнить это обещание трудно, когда думаешь о семье.' Картина расскажет нам о том, как японскими солдаты, обороняли маленький островок Иводзима. Взгляд глазами 'врага', врага ли? Обычные парни, оставленные семьи, поломанные судьбы и священный лик императора в сердце. Мы увидим Японцев, совершенно с другой стороны. Нам покажут их не больными камикадзе, жестокими убийцами, нет. Нам покажут их воинами, настоящими солдатами, которые ничуть не хуже тех же Американцев. Очень не привычно и очень по новому, в духе Иствуда. Да, кто-то скажет 'Но ведь 38 параллель!', а я отвечу, что 'Письма', разительно отличаются своей манерой повествования и сюжетными ходами. Абсолютно разные картины, хоть и с похожими концепциями. 'Поступайте правильно, потому что это правильно.' Фильм будет рассказывать нам историю, от нескольких действующих лиц. От лица Саиго, простого парня, которого забрали на фронт против его воли, отлучили от жены и еще не родившегося ребенка. А также от лица Генерала Карибаяши, настоящего японского офицера, которого уважают солдаты и презирают другие офицеры за то, что он слишком тактично подходит к обороне, те офицеры, они просто хотят умереть за императора, а генерал, генерал хочет победить за него. Кен Ватанабе, колоритнейший японец, прекрасно справился с ролью японского генерала, пожалуй его персонаж, самый запоминающийся во всей картине. Судьбы наших героев переплетутся за эти дни, и в конце, мы получим полную картину произошедшего, от глаз солдата и от глаз командира. Гениальный ход, который не дает вам заскучать, браво, Клинт. 'Ни один японский солдат не должен умереть, пока он не убьёт хотя бы десять врагов…' За неполные 3 часа, мы откроем для себя битву при Иводзиме с другой, более интересной стороны. Мы поймем, что японцы не 'Ускоглазые обезьяны', а настоящие, бравые и доблестные воины. Мы пройдем вместе с ними через ад, через адское горнило войны и выберемся оттуда другими, совершенно другими... Это и есть магия кино. 'Где два, там и три...' Отличное полотно о подвигах, смелости и доблести, трусости и коварности... О войне. Клинт Иствуд, настоящий режиссер, он снимает ради идеи, он вкладывает частичку себя в свои проекты, из за этого, их реально интересно смотреть и пересматривать в дальнейшем. Спасибо за очередное, качественное и интересное полотно, моя оценка фильму 'Письма с Иводзимы': 10 из 10 Приятного просмотра.

Я заранее могу сказать, что некоторым людям этот фильм не понравится. В частности, он может откровенно не понравиться китайцам, как красным, так и белым, и немудрено: японцы 1893-го года насиловали их страну, безраздельно хозяйничая в её северо-восточной части. На тот момент, когда происходил штурм Иводзимы, Маньчжурия всё ещё находилась под гнётом Квантунской армии, относившейся к местным жителям, как Гитлер - к евреям, не говоря уж о деятельности 'отряда-731'. Однако, в этом фильме речь идёт о битве, случившейся на японской земле, и здесь акценты несколько меняются. В этом фильме освещаются две вещи: во-первых, бессмысленность жестокости на войне и военщины в целом, исчерпывающих примеров этого по всему фильму - величайшее множество, они проявляются даже там, где войны-то, собственно, и нет, хотя это - только первые сорок минут фильма, а, во-вторых, уважение к противнику. Его проявляют как японцы в самом фильме, так и американцы, хотя в фильме это заметить труднее, однако, сам факт того, что американский режиссёр показал бойцов страны Оси, воевавшей на стороне нацистской Германии, устраивавшей геноцид на оккупированных территориях...героями. Как и Манфред Грегор в своей книге 'Мост', а после него - режиссёры Бернхард Викки в 1959-м и Вольфганг Панцер в 2008-м - в экранизациях этой книги. Такое вот противоречие складывается во время повторных просмотров 'Писем'. Достаточно вспомнить, как лично для себя я отметил, что отношение к Сайго, мирному пекарю, насильно мобилизованному на империалистическую войну, у меня менялось: во время первого просмотра его позиция во время спора о контратаке на гору Сурибати мне казалось логичной и понятной, и я ему вполне сочувствовал, когда же я просматривал второй раз, у меня возникло чуть ли не отвращение к этому персонажу. Впрочем, я уже как-то говорил, что бывают такие люди, каких даже за своих близких да за родной клочок земли калачом сражаться не заставишь. Иное дело - генерал Курибаяси. Кэн Ватанабэ вообще гениален, как актёр. Сам его вид мужественного и умудрённого опытом человека говорит о том, что он рождён для таких ролей: самоотверженных и отважных лидеров, готовых идти до последнего, которые 'всегда будут в первых рядах' (с), как и в 'Последнем самурае'. Разумеется, жирный плюс фильму - за него. Жаль только, что в подходящий момент мысль о том, что лучше учиться чистить винтовки, чем драить сапоги всей роте, он не озвучил вслух, хотя чин позволял. Правда, я одного не понял: почему у японцев нет ни одного пистолет-пулемёта? Конечно, 'Type 100' выпускали ограниченными партиями - не более одного миллиона штук (для сравнения, пистолет-пулемётов Томпсона вышло свыше трёх миллионов штук разных моделей во время войны), но у офицеров они точно должны были быть, не говоря уж о том, что в войсках использовался, в основном, иной тип пистолета Намбу, который в фильме не освещён, зато в любом китайском фильме о войне этот пистолет стал столь же известен, сколь 'люгер-парабеллум' - в руках нацистских офицеров в советских и американских фильмах. Ну и советский ГАЗ, мелькнувший в одном кадре, куда ж без него? Хотя, в каком-то смысле, это достаточно символично... Иными словами, фильм - шедевр. Это надо уметь: гармонично совместить антивоенную мысль с общим патриотическим настроем ленты...но для японцев. В этом и заключается идея: показать, что с той стороны тоже были герои, вернее, те люди, которые, согласно 'Флагам наших отцов', вдохновляют своими поступками, подобно Курибаясь, тех, кто не всегда способен на подобное, как Сайго. Возможно, японцы и были плохими. Но не когда противник ступил на их родную землю, и они поняли все те ужасы, какие ощутили народы оккупированных Японской Империей территорий. И уж эти - точно не злодеи, хотя, как показывает чисто человеческая практика, таковые среди них есть. 10 из 10

Знаете, когда я посмотрел «Письма с Иводзимы» во мне будто что-то перевернулось. Мы привыкли к тому, что каждая страна нахваливает в первую очередь себя, если мы русские, значит Россия всегда и во всем была лучшей, у американцев та же самая логика. Не признавая своих ошибок, каждая сторона сильно льстит себе. Клинт Иствуд сделал смелейший режиссерский шаг, он (между прочим ярый патриот своей страны) показывает события разворачивающиеся на Иводзиме с японской стороны, где не уделено ни малейшего места американцам. По сути «Письма с Иводзимы» - это вторая часть иствудовской дилогии о войне (первая называется «Флаги наших отцов»). Фильм рассказывает о сражении за остров Иводзима. Этот остров - стратегически важный пункт. На Иводзиму прибывает генерал Курибаяси, некогда проходивший стажировку в Америке. Он сразу же выбирает оборонную тактику и большое место уделяет общению с собственными солдатами. Его нетрадиционные подходы в тактике и общению с солдатами вызывают негодование командиров. Так же в фильме рассказывается история жизни одного из солдат по имени Сайго, который ненавидит эту войну и хочет по скорее вернуться домой к жене. Все герои картины знают, что обречены на смерть. в «Письмах» нет никого кроме японцев, американцы здесь в роли массовки. Фильм представляет собой грустное произведение, где герои за ранее обречены на смерть. «Письма с Иводзимы» плохо показали себя в прокате, это печально, потому что видно такое кино уже никому не нужно, а если и нужно то только самим японцам, которые назвали творение Иствуда - великим фильмом. Никто и никогда не снимал ленту про врагов, про то, что ими движет, что они чувствуют и за что они сражаются. У этого фильма нет аналогов, это новое явление не только в современном кинематографе, но среди классики. Я сомневаюсь, что вы видели нечто подобное, потому что такое снять еще ни у кого не хватало смелости. Как все таки символично, что именно Иствуд стал режиссером, подарившим нам такой фильм. Легенда Голливуда, признанный мастер своего дела и просто личность с большой буквы снимает самый противоречивый американский фильм, где впервые Америка уходит на второй план, а на первом доминируют ее враги. Кто-то может скажет, что Клинт Иствуд заигрался с темой войны, я же считаю, режиссер при всей глубине своих фильмов придает им некий шарм, где даже убийства и кровопролитие смотрятся завораживающе. Каждый кадр, как собственное воспоминание режиссера, так тонко он снял эту картину. При всем при том, что «Письма с Иводзимы» - жестокий фильм, я думаю будет не лишним показать его ребенку и привить с самого детства правильное мнение по поводу войны и ее значимости. Для Иствуда было не простительно как бы то ни было оскорбить чужие ценности, для него каждый японец - это самурай, ординарная личность, обладающая честью и стальным характером. Фильм выглядит почти черно-белым, это еще больше придает ему статус современной классики. Режиссер отводит большое место прорисовке образов, мы узнаем очень много даже о второстепенных личностях. «Письма с Иводзимы» - это лента, заставляющая заново переосмыслить слово патриот. Это дань уважения врагу, Иствуд снял фильм о противнике и не осквернил его честь, а наоборот возвысил в ранг достойных и даже в чем-то превосходящих американцев, особенно это заметно в сравнении с «Флагами наших отцов». Правдивый и глубокий фильм, доказывающий, что Клинт Иствуд - это человек чести. 8 из 10

Во втором фильме своей военной дилогии об Иводзиме Иствуд дает знать, что он – американский режиссер, критикуя японский милитаризм и делая протагонистами картины американофилов. Как это не странно, «Письма с Иводзимы» - более идеологический фильм, чем «Флаги наших отцов», авторская позиция здесь названа и явна: не стоило Японии начинать войну с США, не стоило измываться над своими гражданами, навязывая им патриотизм, не отличимый от милитаризма. Однако, подобный моральный вывод картины не делает ее менее талантливой. Несмотря на кажущийся проамериканский патриотический пафос она имеет столько несомненных эстетических достоинств, что те затевают ее недостатки. Проникновенный трагизм истории поражения японской армии, усиленный как музыкально, так и визуально, делает «Письма с Иводзимы» одной из лучших лент Иствуда и столь же мощным антивоенным фильмом, как «Бирманская арфа» или «Полевые огни» Кона Итикавы. Впервые у Иствуда голос разума и гуманности синхронизируется с пораженчеством, а бесчеловечность – с патриотизмом. Страшные портреты японских офицеров-фанатиков, одержимых танатофилией и обрекающих на смерть своих солдат, напоминают отличные фильмы о Второй Мировой, снятые в странах германо-японского блока, например, «Бункер» Хиршбигеля, где последние дни Гитлера и его штаба показаны впервые не как агония изуверов, а как общенациональная трагедия для Германии. Схожим путем идет и Иствуд, делая одним из героев генерала-западника, другим – барона-чемпиона, также американофила и третьим – рядового, мечтающего о дезертирстве. Из «Писем с Иводзимы» становится понятна косвенно подразумеваемая Иствудом альтернатива японскому милитаризму – американская демократия, с которой герои знакомы шапочно и о которой мечтают (а ведь именно ее изнанку, превращение всего и вся в шоу, режиссер показал во «Флагах наших отцов»). Тем не менее по степени чуждости штампам военного кино (больше половины экранного времени – это не бои, а разговоры и ожидания) «Письма с Иводзимы» ближе всего к «Тонкой красной линии» Терренса Малика – выдающемуся пантеистическому обвинению войне. Но если у Малика сама природа отрицает и отторгает войну как чисто человеческое дело, то у Иствуда пейзажи – будто фотографии потустороннего мира, в котором все уже решено. Если «Флаги наших отцов» - кино военное о предательстве памяти, то «Письма с Иводзимы» - кино антивоенное, пацифистское, не зря вспоминаются картины Кона Итикавы, в которых ужас каждодневного выживания на бойне стоит его героям здоровья не только физического, но и психического. Генерал-западник щадит своих солдат, ибо, по мысли Иствуда, ему не чуждо западное понимание ценности человеческой жизни, которого нет в Азии. Другие же офицеры-фанатики с промытыми мозгами – просто шестеренки в маховике гигантского обезличенного военного механизма. Чем-то напоминая героя Жженова из «Горячего снега», он – наследник толстовских рефлексирующих офицеров, для которых человеческая жизнь – высшая ценность: он стремится вести войну по правилам, слишком поздно понимая, что на войне правил нет. Рефреном фильма становятся письма двух военных своим семьям – генерала и солдата-интеллигента, в которых надежда на возвращение оказывается не убиваема никакими реалиями. Фильм Иствуда – не только о Второй Мировой, он – о самой сущности войны, даже освободительной, с которой нормальному человеку хочется побыстрее удрать. Схожие мысли в свое время обуревали Бардамю на передовой Первой Мировой – главного героя романа Луи-Фердинанда Селина «Путешествие на край ночи», с которым также можно сравнить «Письма с Иводзимы», столь велико в них разочарование в человеческой природе, одержимой самоубийственным импульсом. Несмотря на физиономические особенности представителей монголоидной расы, которые кажутся европейцу все на одно лицо, Иствуду и его сценаристам (среди которых были и японцы, на книге ветерана Второй Мировой фильм и основан) удалось сделать личности большинства исполнителей запоминающимися и различными. Характеры героев «Писем с Иводзимы», как в любом хорошем произведении искусства, меняются по ходу повествования, война срывает маски (аксиома любого текста или фильма о войне): фанатик-офицер оказывается трусом, американофил идет до конца, борясь с американцами, главные герои обоих фильмов лежат ранеными на носилках рядом. Именно в этом, последнем акценте сказывается общий смысл дилогии Иствуда, хотя они и о разном: ведь и Штаты, и Япония показаны в них весьма неприглядно, а значит – выхода из военного противостояния нет ни для кого. Одни волей случая становятся героями, ими делают их волчьи замашки дельцов, другие не хотят быть героями, но становятся ими против своей воли. В «Письмах с Иводзимы» - возможно, наиболее гуманистичном фильме Иствуда, он рассчитывается с ницшеанством окончательно: именно сверхлюди, фанатики и милитаристы развязывают войны, в которых погибают другие, слабейшие, они же тем временем делают на ней деньги и шоу. Именно так стоит понимать всю дилогию: японские милитаристы и американские шоумены – из одного теста, ибо и тем, и другим плевать на людей, и те, и другие не способны жертвовать собой, как безымянные герои Иводзимы, американцы и японцы.

По замыслу иконы всея Голливуда Клинта Иствуда, кинокомпании Warner Bros. Pictures (в содружестве с рядом других) и продюсера Стивена Спилберга (в содружестве с рядом других) в 2006-ом году вышла военно-биографическая дилогия про битву за Ивоздиму, произошедшую во времена Второй мировой войны между американцами и японцами. Суть дилогии складывалась в том, что первая часть дилогии 'Флаги наших отцов' (премьера прошла 9 октября) рассказывает события битвы глазами американских солдат, причастных к водружению флага, оказавшегося на фотографии, быстро ставшей национальным достоянием. Официальный же релиз второй части - как раз 'Писем с Иводзимы' - случился 15 ноября, то есть спустя лишь календарных месяц и одну неделю. Подобный подход к созданию военных драм не нов и сразу же появляются ассоциации с 'вьетнамской трилогией' Оливера Стоуна, где картина 'Рожденный четвертого июля' (1989) рассказывала о ветеране американских войск, а 'Небо и земля' (1993) показана глазами вьетконговской девушки. Вернёмся к 'Письмам с Иводзимы'. Платформой для сюжета послужили записки генерала японской армии Тадамити Курибаяси, командовавшего войсками при битве на Иводзиме. Как характерный солдат императорской армии он целиком и полностью подчиняется принципиальному военному кодексу, существовавшему в рядах армии испокон веков, но в своё время Тадамити Курибаяси проходил стажировку в США, за что некоторые подчинённые смотрят на него искоса. Генерал понимает, что битва заранее проиграна, но не в характере японцев сдаваться, поэтому они готовы, так сказать, к самоубийству. Но Тадамити Курибаяси не собирается так просто сдаваться и отдаёт внезапные приказы по обороне побережья. Это вызывает ропот, но именно действия Тадамити Курибаяси позволили японским солдатам ещё долгое время сдерживать натиск во много превосходящих американцев. И речь не шла о добровольной сдаче, здесь речь шла именно о битве, которая, правда, унесла множество жизней. Жизней даже тех ребят, которые не умели и не хотели воевать - эта сторона фильма показана рядовым Сайго, который в мирной жизни был обычным пекарем. Если рассматривать критический взгляд на 'Письма с Иводзимы' сравнивая при этом с 'Флагами наших отцов', то как раз 'Письма...' оказались более признанными, хотя оба фильма неплохие. Да и зрители выше оценили японскую часть дилогии, если исходить из оценок на 'КП' (средний 7,6 на данный момент против 7,0 у 'Флагов...'). К тому же на церемонии 'Оскар' 'Письма...' получили награду в категории 'Лучший монтаж звука' и имели ещё три номинации, когда 'Флаги...' только две и побед не сыскали. И надо понимать, что все шансы победы на 'Оскаре' у 'Писем...' были представлены в технических номинациях и это правильное решение коллегии жюри, ведь в этом плане 'Письма...' действительно смотрятся эффектно и атмосферно. А вообще в судорожном воздухе, тишине и накале, в пронзительных звуках и безжизненности острова Иводзима подкожно ощущается страх, страх боли и смерти, ощущается вкус, вкус страха и горечи. Совсем недавно покорителем подобного формата стал фильм 'Дюнкерк' (2017) Кристофера Нолана, однако источником вдохновения и прототипом вполне можно считать как раз 'Письма с Иводзимы'. Для исполнения роль генерала Тадамити Курибаяси Клинт Иствуд и иже с ним позвали Кэн Ватанабэ, пожалуй, одного из самых харизматичных японских актёров, многим запомнившегося по роли даймё Кацумото в батальной исторической драме 'Последний самурай' (2003). Ватанабэ убедительно воплотил образ генерала. Он ни секунды бы не сомневался, если требовалось бы отдать свою жизнь в обмен на жизнь его солдат. Он прекрасно понимал, что многие на острове - необстрелянные бойцы, у которых впереди могли бы быть долгие и счастливые годы, но безлюдная Иводзима, созданная вулканическими породами, без живности, растительности и воды станет для них последним пристанищем. Герой Ватанабэ с горечью это понимает, но не позволяет пройти упадническим настроениям, возбраняя совершать ритуал 'сэппуку' и его производные. Но всё равно самоубийства происходят и эта сцена - одна из самых жестоких, ужасных и печальных в фильме (кстати, косвенно она была задета и во 'Флагах наших отцов'). Тадамити Курибаяси даже размышляет о победе, хотя остаётся только горько успехнуться в ответ его утопическим мечтаниям. А чтобы более внятно понять, что на уме и в желаниях солдат императорской армии, то это нам помогает сюжетная линия про Сайго (Кадзунари Ниномия) и становится искренне жаль самого Сайго и тех ребят, которые волею войны оказались на печальном и бездушном острове Иводзима. Грамотный с технической точки зрения фильм, где Клинт Иствуд вновь показал себя одним из самых мудрых и талантливых кинематографистов за всю историю существования такого вида искусства. Клинт Иствуд не показал японцев страшными убийцами, здесь смысл того, что по обе стороны воевали достойные люди, но только многим из них пришлось сложить голову в бою. И, признаться, как по мне, то 'Письма с Иводзимы' надо рассматривать как отдельный фильм, не связывая в сюжетном плане его с 'Флагами наших отцов'. И если Вам по нраву военно-исторические драмы, то эта картина как раз для Вас. 7 из 10

Военная драма Клинта Иствуда 'Письма с Иводзимы' - одна из двух частей дилогии (или, если хотите, диптиха), вместе с фильмом 'Флаги наших отцов', 2006 стала необычным и непривычным повествованием об одной из трагических страниц в истории второй мировой. Основана на опубликованном сборнике писем генерала Тадамити Курибаяси, погибшего в боях с американскими войсками на японском острове в 1945 году. Писем, которые боевой офицер и военачальник писал своим близким, не имея возможности отправить их по адресу. Письма найдены во время раскопок в пещерах горы в наше время и отсюда начинается флэшбэк в февраль-март 1945. Режиссёр не ставит целью объяснять причины военных действий между США и Японией в 1941-1945, не напоминает о Перл-Харборе в декабре 1941, об имперских амбициях японского руководства в отношении северных, южных и заокеанских соседей. Он рассказывает о войне словами и глазами солдат, окопавшихся у горы Сурибати в чёрных песках острова Иводзима, и образами их далёких любимых родных. Такую войну, а не трибунный пафос, видели не только японцы. Её видели американские солдаты, поливавшие чужую землю своей кровью и возвращавшиеся домой в гробах. Такую войну видели советские солдаты, начиная с озера Хасан в 1938, затем на реке Халхин-Гол в 1939, и наконец в августе 1945. Иствуд создаёт образ окопной правды. Страшной, кровавой, ужасающей, абсолютно бесчеловечной. Может быть, впервые он так натуралистичен. Он показывает то, о чём никогда не говорили настоящие ветераны боевых действий стран-участниц второй мировой своим детям, своим семьям, своим близким. Но они пережили этот ад на земле. И ловили хотя бы одно слово, сказанное или написанное по-человечески, от сердца. Плакали, думая о своих маленьких детях дома. Плакали над телами своих боевых товарищей. Молча сглатывали комок, узнавая из радиограмм о том, что помощь не придёт, выполняя циничные приказы высшего командования исполнить воинский долг и с честью умереть. В последние дни и часы своей жизни кто-то смог действовать не по кодексу самурая или камикадзе, а по совести. Хочется отметить удивительный подбор актёров. Роль генерала Курибаяси филигранно исполнил Кэн Ватанабэ, показывая прекрасного боевого военачальника-аналитика, его умение воодушевлять своих солдат, сохраняя верность долгу, самоотверженно вести их в атаку, а также трезвое осмысление ситуации, своей роли священной жертвы в тактических играх высшего командования, осознание масштаба неизбежной трагедии, искреннее человеческое стремление поддержать бойцов, нежность и горечь чувств к своей семье, достоинство в безысходности, достоинство перед уходом. Пекарь Сайго - роль Кадзунари Нинамия. Совсем юный призывник. Вчерашний мальчик. Тонкий, хрупкий, неловкий, скромный. До дрожи небоевой вид. Со всех сторон упрёки и пинки. Мысли о юной жене и родившейся уже в его отсутствие дочери, которую он так и не увидел. Ужас в глазах от искалеченных тел вокруг, страх от обстрелов и взрывов, передаваемый судорожными, скрюченными движениями. И неожиданная, безумная, безудержная ярость во время пленения, когда увидел в качестве трофея за поясом американца кольт своего генерала. 'Ты настоящий солдат'. Почему-то думаю о своём родственнике, от которого осталась только одна фотография. О 18-летнем Германе, младшем брате моей бабушки Евдокии, которого в 1944 году призвали в Красную Армию сразу после окончания школы. Жил на Камчатке в семье своей старшей сестры, потому что родители уже умерли за 6 лет до того. Служил на Дальнем Востоке, принимал участие в боевых действиях августа 1945 года в ходе советско-японской войны. Погиб в 19 лет. Как было написано в похоронке 'от рук японских камикадзе'. Бабушка, прочитав, потеряла сознание. Уходил на войну мальчиком. Ушёл в вечность воином. Война - трагедия для всех сторон. Эту трагедию Клинт Иствуд показал в чёрно-белых, графитно-серых оттенках, на которых очень резко видны яркие вспышки взрывов, огонь, кровь и бело-красный японский флаг. Красное и чёрное - цвета траура. Могут найтись любители покритиковать графику. Но по-моему, оно того не стоит. Саундтрек, написанный Кайлом Иствудом совместно с Майклом Стивенсом, в тонкой, аккуратной аранжировке Ленни Ниехауса вплетается в повествование напоминающей о себе старой раной, а в финале звучит нежно и печально, как память об ушедших любимых, с каплями слёз на ресницах. Я давно отказываюсь смотреть фильмы о войне, не хочется видеть современные фэнтези на очень горькую тему. Дилогия Клинта Иствуда 'Флаги наших отцов' и 'Письма с Иводзимы' - исключение из моего правила.