Долгий уикенд

«Долгий уикенд» словно создан для того, чтобы нестандартным способом объяснить людям их ошибки в отношении к себе и миру. В негромкой режиссёрской карьере Колина Эгглстона, обращённой по большей части к жанру триллера, этот фильм чуть ли не самый любопытный и субъективный, хотя бы потому, что вызывает целый ряд смешанных чувств. О греховности человеческой природы написаны целые трактаты и вряд ли существует такая область знаний, которая была бы свободна от этого компонента. Эгглстон предлагает свой вариант с материалистичным сюжетом, изначально предполагающим конфликтные условия в замкнутой среде. Муж и жена на грани развода. Он – достаточно энергичный человек с диктаторскими задатками, применяющий их в том числе в личной жизни. Она – нервозная особа, пытающаяся сопротивляться давлению мужа и не преминет самоутвердиться за счёт его недостатков. У Питера своя, чётко обозначенная система грубых ценностей, зачастую расходящихся с привычными нормами. Если ему захочется подстрелить птицу без причины – он наверняка сделает это с тем же чувством, как во время секса, ведь оба этих явления – суть подчёркнуто азартного отношения к жизни. Правда, Марсия с её психологическими проблемами вследствие аборта и неуравновешенным настроением идут наперекор его стилю реальности, поэтому совместным решением они отправляются к побережью океана с надеждой благополучно провести там совместный уикенд. Именно естественная среда оказывается тем фактором, который предопределяет дальнейшие события в судьбе этой несчастливой пары. Природа сама по себе – идеальное средство исцеления души, если только в основе обращения к ней нет заведомо искажённых целей. Неизвестно, к чему же всё-таки стремились Питер и Марсия, но на фоне своего временного примирения они из просто неидеальных людей превратились в уродливые карикатуры современного общества, которое со времён съёмок данного фильма ничуть не изменилось. Они нашли свой способ самовыразиться, хотя вряд ли полностью отдавали себе в этом отчёт. Больше всего преуспел в этом, конечно, Питер, чувствовавший себя чуть ли не самым счастливым человеком в момент глумления над представителями флоры и фауны. В фильме очень точно подмечен универсальный механизм подобных проявлений: между недокуренной сигаретой, брошенной в траву, решением срубить дерево, якобы чем-то мешающее отдыху и конфронтацией по отношению к себе подобным почти нет разницы. Вот только человеку свойственно осознание собственных ошибок, и кажущаяся беззащитность первозданного мира, в звуковых проявлениях которого скрыто больше, чем кажется, для Марсии и Питера становится сигналом к неизбежной катастрофе, в которую превращается их короткая дуэль с природой. В поэтически красиво отснятых сценах дикой местности большинство, конечно, услышит справедливый голос режиссёра о неизменном равенстве прав людей и животных, однако столь же справедливо будет поставить мучающий многих зрителей каналов BBC и аналогичных им вопрос: сколько ещё природе нужно приносить себя в жертву во имя снижения темпов уничтожения её людьми? Эти поучительные фильмы ведь тоже своего рода большая игра, где несчастные животные предстают лишь живыми пешками.