Наследство

Беги! Убегай быстрее! Беги! Нет! Не делайте этого! Не стреляйте! Не стреляйте! Не стреляйте… Примерно полтора года назад, мне попалась очень интересная статья об этом фильме. Он меня сразу заинтересовал. Хотел сразу его посмотреть, но потом прошло время, и я забыл об этом фильме. А недавно я играл на этом сайте в “угадай фильм по кадру”. И мне попался кадр из этого фильма. Я сразу вспомнил, что хотел его посмотреть еще давно. И два дня назад это произошло… НАСЛЕДСТВО (я люблю этот фильм) Мне этот фильм очень сильно понравился. Я до сих пор вспоминаю моменты из этого фильма. Это на сто процентов авторский фильм. Франко – грузинский режиссер Гела Баблуани и его отец Темур сняли очень глубокий и сильный фильм, с точки зрения построения драматургии. Этот фильм идет 1 час и примерно 12 минут. Это удивительно. Ведь это очень мало для полнометражного фильма. Не каждый режиссер сможет за это время показать и рассказать в красках, про что все-таки данная картина. Однако режиссерам удалось сказать все что хотелось. Они это сделали со своим неповторимым национальным колоритом. Этот фильм сбивает с ног. А последние пятнадцать минут вообще невозможно смотреть без комка в горле. Когда один из героев фильма в самом конце начинает танцевать с девушкой, в голову закрадывается страшная мысль. В этом мире, к сожалению, ничего не изменится, живешь ли ты в Грузии или во Франции или в России. Когда я посмотрел до конца этот фильм, я прибывал в каком-то странном состоянии. Я все думал, ну как же так? Почему все так случилось? Это не передать словами, этот фильм нужно обязательно посмотреть хотя бы один раз. Что же такое НАСЛЕДСТВО? У каждого оно свое. Для кого-то это полуразвалившийся дом в Грузии. А для кого-то это воспитание. Это фильм о том, что человек всегда делает плохо, даже если хочет сделать хорошо. Человек очень любопытен по своей природе. И иногда, это любопытство может привести к большой трагедии. Спасибо. 10 из 10

Старенький пазик, подпрыгивая на ухабах, медленно движется по горному серпантину. Судьбе было угодно сделать его местом столкновения двух культур. Именно там молодые французские путешественники были шокированы встречей с аксакалом, добровольно едущим на смерть в сопровождении внука. Оставлявшая кровавый след на протяжении жизни нескольких поколений грузинских семей родовая месть предстала перед глазами давно забывших о подобных явлениях европейцев во всей неприкрытой жестокости. Что же делать: спасать, не вмешиваться, рассказать о варварстве миру? И даже переводчик не может подсказать, как поступить. Ведь он застрял меж двух цивилизаций, пытаясь приобщиться к ценностям обеих. В каком-то смысле Гела Баблуани, снявший фильм вместе с отцом Теймуразом, и есть тот самый запутавшийся интерпретатор, оказавшийся меж двух огней. Несмотря на заметную европеизированность, в душе он все еще грузин, не растерявший впитанных с молоком матери принципов. Хотя Франция, куда режиссер уехал в смутные времена, одарила очень многим, в том числе известностью в достаточно молодом возрасте в связи с выходом дебютного фильма «13», ощущается, как непросто ему сделать выбор. Пожалуй, самым правильным будет попытаться взглянуть на происходящее непредвзято. Наблюдая за человеком, идущим навстречу ожидающей его пуле, для того чтобы сравнялось количество убитых у обеих враждующих сторон, первым делом отмечаешь дикость ситуации. Но при этом нельзя не увидеть и великую жертву старика, великодушно отдающего свою жизнь ради наступления мира и спасения детей и внуков. Его движения исполнены достоинства, прощальный взгляд, брошенный в зеркало, говорит об уверенности в принятом решения. Невольно вспоминается «Последнее солнце» Уолтера Саллеса, где таким же самоотверженным поступком поразил зрителя самый младший в роду. Франко-грузин Баблуани не пытается приукрасить происходящее в родной стране. Разруха, пьянство, грабеж средь бела дня и пустые разговоры нищих о демократии показаны честно и отстраненно глазами иностранца. Но вместе с тем настоящие любовь и уважение внутри семьи мы видим глазами истинного горца. И не нужно думать, что грузины кровожадны, и спят и видят - как бы убить соседа из-за пустяка. Они точно так же как и наблюдатели-иностранцы хотели бы прекращения смертей, но для этого требуется достаточный с их точки зрения повод. Что поделать, если им может стать лишь отданная в дар жизнь. Обычай - такой же закон. Конечно, хочется это прекратить. Конечно, видеть это невыносимо. Но стоит задуматься о том, позволит ли вмешательство извне изменить ситуацию коренным образом. Не окажется ли так, что благие намерения приведут к тому, что появится новая мишень на поле битвы с открытой датой возмездия. Не буду с пафосом заявлять о том, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Не исключаю того, что новые люди способны привнести новые позитивные веяния. Но прежде чем рискнуть что-то менять в чужих укладах, следуют, как минимум, попытаться понять принципы их устройства. Вполне вероятно, что влияние будет взаимно полезным.

Французский режиссер с грузинскими корнями - этим многое сказано. Вот и фильм получился самобытным, находящим отклик в душе именно своей неприкрытой реалистичностью. Столкновение двух чуждых культур и мировоззрений, намеренно прорисованная пропасть между ними, мастерски прописанные характеры держат в напряжении до последнего кадра. Наследство тут рассматривается в двух контекстах. Первый понятен - наследница получила замок или то, что от него осталось. Этот момент не вызывает особых эмоций, даже у наследников это банальный интерес. Здесь мы не увидим 'возвращения к истокам' или особых душевных переживаний. Приехали-посмотрели-уехали. И еще - успели пройти по краю чужой судьбы, вмешавшись в историю и изменив ее исход в сторону трагедии, сами того не ведая. Второй контекст - более глубокий. В нем наследство - это законы горцев, которые не подвержены времени, у которых нет срока давности. Это наследство настигает, как злой рок. Хотя настигает - не совсем верное определение. Целые поколения живут с осознанием необратимости расплаты за когда-то совершенное кем-то из их рода преступление. Уже мало кто точно помнит, что случилось на самом деле, но все твердо знают - кровь нужно уравнять кровью. Никаких компромиссов, никаких уступок, никакой жалости - даже малейший ее проблеск моментально гасится зовом долга. Смотреть тяжело - знание, что завтра вот этот конкретный человек будет принесен в жертву в угоду обычаям, и ничего нельзя с этим поделать, угнетает. Но эта история окажется намного более трагичной по воле случайности. В принципе, я не ждала хэппи-энда (прививка Tzameti оказалась действенной). Но вот такой финал заставил сжать кулаки от несправедливости и вопиющей дикости происходящего, учитывая, что на дворе 21-й век, и происходящее на экране не вписывается в нормы мышления среднестатистического цивилизованного человека. Как раз тот случай, когда обычаи определенной культуры вызывают отторжение своей неоправданной жестокостью и не вызывают никакого уважения к чужому монастырю. И как страшный сон - оказаться перемолотым жерновами подобной культуры, где человеческая жизнь имеет своеобразную цену. 9 из 10