Австралийские парижане
Австралийские деятели искусств любят периодически напоминать прочей материковой географии о пустынной обречённости своих земель. Сумчатые бегуны, раскрашенные бушмены и шарообразные валуны из сучьев, то и дело, являют апокалипсис палящего солнца и цивилизационной заброшенности. Урбанистичный мир обычно умиляется атмосфере существующей дикой природы, в которой человек признан таким же хищником, как скажем, пантера или ящерица. На извилистостях неасфальтированной глухомани возможно всё. Но чаще всего возможны несчастные случаи с автомобилями. Яркий свет ослепляет водителей в ночном пути и груда металла смешивается с человеческой плотью. Может это не случайность, а коварный замысел обывателей проживающих в малюсеньком городке с гордым названием Париж. Без Эйфелевой башни и круассанов, но с повсеместными шляпами и деревянными постройками. Прямо деревенька из классического ковбойского фильма, только вместо копытного транспорта – железные кони. Атмосфера вестерна плавно перетекает в триллер, когда в одном из дорожных инцидентов выживает Артур – рохля и нытик, мучимый чувством вины за смерть брата в аварии. Мэр Парижа покровительствует Артуру. И вот тут сюжет вновь претерпевает трансформацию, теперь в сторону кафкианского кошмара. Несчастному выжившему никто не даёт покинуть городок, небольшое население которого действует заодно как в благостных поступках, так и в злодеяниях. Нужно смотреть до конца, до эффектного финала, дабы лучше понять название картины. Эстетический исход режиссёра сводится к хоррору, к ужастикам кормановского типа, в которых малый бюджет компенсируется фантазией и оригинальностью подхода. Чуть ли не буквальное поедание хилого Парижа с хилыми моральными устоями необычными автогибридами, отсылающих устрашающим видом к пришельцам из «открытого космоса» - один из самых стильных эпизодов австралийского кинематографа. «Машины» сняты до голливудской славы Питера Уира и до его же шедевра «Пикник у Висячей скалы», что придаёт им в контексте творчества режиссёра репетиционный характер. Темы и идеи, заявленные в этом недооценённом жанровом миксе, (по большей части ради внешней броскости) развернутся до масштабов мировоззренческого видения позже. Но и этой ранней, слегка наивной по замыслу, работе хватает амбиций в плане воплощения. В созвучной топонимии абсурдного захолустья с романтичной столицей Европы больше наглости, чем иронии. В сюжете напрочь отсутствует какая-либо любовная линия, да и женские персонажи на задворках. С каждым следующим фильмом Уир будет чаще рассказывать истории вокруг развития и столкновения характеров, но здесь сценарий сосредотачивает внимание на иных деталях. Пионеры - марионетки вместе со случайными «гостями» тонут в деталях ситуативного бреда. Режиссёр красит «страшный сон Артура», наделяет его вкусом и запахом. Отчего магия ирреального пространства естественно перетекает в фильм ужасов, в очередную битву добра со злом, оставляющей после себя руины. Питер Уир своим надуманным Парижем как бы отвечает за всех австралийцев киношников, продолжающих мечтать, несмотря на материковую обособленность. Сегодня Австралия опередила многие страны по качеству индустрии кинематографии, но когда-то она держалась на энтузиастах, вроде Уира и мыслилась «прогрессивным» сообществом декорационным казусом с фальшивым названием, с фальшивыми людьми, с фальшивыми монстрами. Но талант на то и талант, чтобы из декораций выстроить осязаемую реальность, в манекены вложить души, из вторсырья создать чудовище. А Париж… он и в пустыне Париж. Город как город. Слово как слово.
Посёлок Париж, его обитатели и машины из игры Carmageddon
В поисках работы герой фильма Артур Уолдоу и его брат Джордж поворачивают согласно указателю, ведущему к некому местечку под названием Париж. Однако через несколько минут их машина терпит крушение, перед этим они успевают увидеть, как кто-то машет фонарем. Джордж погибает, а Артур остается жить в этом маленьком городке (скорее поселке), любезно найдя приют в доме мэра. Уир рисует микро-социум, где люди живут настолько замкнуто от внешнего мира, что единственным способом выживания для них являются случайно забредшие в Париж машины, на которые они устраивают самую настоящую охоту. Машины разбираются на запчасти, туристы разграбляются, чудом выжившие попадают госпиталь, они настолько плохи головой, что там их называют овощи(vegetarian), а вовсе не вегетарианцы, как прозвучало в том переводе, что смотрел Я. Это настоящее маленькое государство, где есть своя мэрия, сенат(Артура назначают сенатором по парковкам), полиция, есть и местные хулиганы-бунтари. По сути дела, Уир создал антиутопию, где на примере маленького городка показал устройство общества и механизмы управления ими. Как сложится судьба Парижа и нашего героя Артура можно узнать, посмотрев фильм. Жанр фильма 'Автомобили, которые съели Париж' – это антиутопия, социальная сатира, а посему любителям простых ужасов, скорее всего фильм не придется по вкусу. А, в финале, вид автомобилей, армированных огромными шипами, заставляет задуматься, что именно из этого фильма, возможно, были позаимствованы некоторые машины из культовой компьютерной игры 90-х Carmageddon. Дебютная картина Питера Уира – не самая лучшая в его фильмографии, но, однозначно, оригинальная и по сей день.
Детская игра в машинки
Малоизвестная, дебютная лента Питера Уира, якобы претендующая на сатирическую притчу о 'городе будущего', в первую очередь отталкивает своим абсурдистским сюжетом, который не имеет ничего общего с чистейшей воды сатирой. После первых кадров, сразу не остается сомнений что эта псевдо-анти-утопия является всего-лишь типичным развлекательным трэшем, обычной игрой в машинки. Другой отрицательной стороной является ужасный монтаж, который полностью препятствует нормальному восприятию этого фильма, и вызывает пожалуй лишь гомерический хохот и недоумение. Складывается ощущение, что многие сцены смонтированы на скорую руку, и периодически появляются кадры не имеющие никакого отношения к происходящему действу. На протяжении просмотра так же чувствовался заядлый энтузиазм создателей, видимо рассчитывающих на нечто оригинальное и шокирующее. Ведь уже название фильма веет пафосным действом и явно нестандартной стилистикой фильма. Трудно не согласиться с тем, что основная идея фильма оригинальна, но воплощение оказалось до ужаса безобразным. Подобное глуповатое и наивное кино - это не более чем детская игра и воплощение крайне странных фантазий авторов на экран. 'Машины' вовсе не пугают, не шокируют, а оставляют огромный след негодования. Однако, эта дебютная режиссёрская работа может показаться не настолько плохой, если воспринимать её как заурядный киноэксперимент. 3 из 10
Автомобиль как цель и средство
Питер Уир - режиссёр с очень неровной и достаточно жанрово многообразной фильмографией, но даже в неё вписать 'Машины, которые съели Париж' сложновато. Название и время съёмок наводят на мысль о предельно дешёвом трэш-ужастике, какие обычно показывали double-feature c хардкорной эротикой, а имя режиссёра позволяет ожидать меланхолический фильм о поиске идентичности и фальши общества. На самом деле это ни то, ни другое, и в то же время - немного того, а немного другого. Я нарушу привычную для меня структуру обзора и начну с центральной идеи и темы фильма, как я их понял, так как вывести их аналитически из таких составляющих фильма, как сюжет и визуальные образы, как я поясню ниже, не так просто. В центре фильма стоят, без сюрпризов, автомобили, которые играют роль эдаких амбивалентных сгустков магической маны или даже духов: они воплощают и даруют могущество, но в то же время опасны и своенравны, потенциально разрушительны. Все жители маленького городка Парижа заворожены этой магией и живут ею, но при этом демонстрируют два противоположных подхода к ней: взрослые, особенно представители властных структур, уничтожают машин и разбирают их на составные части, таким образом конвертируя в менее могущественные и ценные, но более контролируемые формы, тогда как 'молодёжь' отдается всей мощи машин, отчасти теряя контроль над собой, но обретая могущество, в полной мере проявленное в финале фильма. Главный герой, Артур, в начале - своего рода автомобильный 'импотент', и его личная история - это рассказ об обретении этого автомобильного могущества, о покорении мифического зверя - машины. Но всё это - скорее интуитивное впечатление от фильма, так как, как я уже сказал, 'Машины, которые съели Париж' не могут похвастаться внятной структурой или вполне однозначным образным рядом. Безусловно, это сюрреалистическая история абсурда, поэтому многие вопросы - например, на чём всё-таки держится экономика Парижа и почему 'молодёжь', похоже, не имеет в городе родителей - задавать бессмысленно и не нужно; но есть и вопросы, важные для концепции фильма, ответа на которые всё равно нет (например, зачем Артура вообще оставили в живых и в своём уме и так старательно сохраняли), а также целые сюжетные линии, которые ни к чему не приводят, хотя им уделяют какое-то время немало внимания - я говорю в первую очередь про доктора и его эксперименты. Возможно, проблема тут в первую очередь даже не в сценарии, а в монтаже. 'Машины...' смонтированы ужасно. Зачастую тут вообще невозможно отличить переход между сценами и просто смену кадров в рамках одной сцены, монтаж аварий - центральных сцен фильма! - вызывает хохот, а главное - многие сюжетообразующие сцены почему-то вообще выброшены из фильма, и зрителю остается судорожно достраивать то, чего нам не показали. Я не знаю, недостаток ли это монтажа или Уир изначально почему-то не снимал принципиальные для истории сцены, но в любом случае решение было крайне неудачным и породило множество других проблем: вопросы к повествованию, неловкие диалоги, отсылающие к неизвестным зрителю событиям, рваный темпоритм... Вообще, при выразительной, в целом, режиссуре и небезынтересном сценарии техническая реализация 'Машин...' очень слабая. Операторскую работу можно охарактеризовать в лучшем случае как невыразительную (тут есть удачные видовые съёмки, но за них стоит благодарить скорее прекрасные местные ландшафты),а саундтрек, похоже, составили из записей в общественном доступе, причем страшную музыку можно было использовать лишь однократно, поэтому в напряженные моменты звучит что попало. Разве что тюнинг машин оказался действительно выразителен. Что до актёрской игры, то необходимо сразу отметить великолепную работу Джона Майллона в роли мэра - несомненно, самой яркой в фильме, радующей и полутонами, и сменой настроения; этот пугающий и странный персонаж - пожалуй, главная удача 'Машин...'. Уже ради одного мэра фильм стоит посмотреть. Также яркую игру продемонстрировал Крис Хейвуд, исполнивший роль санитара в госпитале и одновременно предводителя моторизованной 'молодёжи'. Терри Камиллери в роли Артура ничем особенно не запоминается - весь фильм он грустен и тревожен, лишь в финале показывает чуть больше ярких эмоций. 'Машины, которые съели Париж' - во всех отношениях странный, хотя также и любопытный фильм. Его сложно рекомендовать и непросто хвалить, его недоработки явно перевешивают интересные задумки, однако в итоге картина всё равно запоминается. 5 из 10
КОММЕНТАРИИ