Рыжая Соня

Найти своего героя – важнейшая задача для каждого кинематографиста, особенно – для нацеленного на коммерческий успех. Хотя рассказать хорошую историю по-прежнему важно, это акт одноразовый, а кушать хочется всегда. Согласитесь, гораздо проще придумать новые приключения для понравившегося аудитории персонажа, чем каждый раз начинать с нуля. Любимец публики – настоящая золотая жила, его можно отправить в космос или на дно морское, переизобрести, дать новые способности или погрузить в новые отношения, заменить актеров, а он с определенной степенью вероятности будет приносить деньги. Героев нынче – пруд пруди, но из мира меча и магии – настоящая редкость. Обращение к фэнтезийному жанру и так риск, а выбор в качестве героини Рыжей Сони – двойной, поскольку образ воительницы в кольчужном бикини может казаться как исчерпанным, так и устаревшим. Чтобы чем-то зацепить публику, видевшую, наверное, все, авторам нужно найти что-то особенное, но сказать, что с этим они справились достойно, нельзя. Значительную часть экранного времени «Рыжая Соня» вызывала если не отторжение, то серьезное недоумение из-за выбора двух антагонистов, точнее, даже не персоналий, но их ключевых характеристик. Двое бывших рабов, обретших свободу и власть благодаря исключительно личным качеством, будь то целеустремленность или ум, представляют собой людей, сделавших себя самостоятельно – достижения, обычно поддерживаемые, но никак не осуждаемые. Более того, образ императора-изобретателя, декларирующего стремление к построению городов и прогрессу, может быть ассоциирован с научным знанием: странно подобного персонажа делать отрицательным, особенно в контексте его противостояния, по сути, с необразованной дикаркой. Однако, «Рыжая Соня», неожиданно, не так прямолинейна. Фильм разрушает образ успешной леди-воительницы не только нашептывающими ей на ухо гадости голосами, но самим пониманием их правоты в свете ее жестокого прошлого, что делает эту женщину, пусть и добившейся успеха, но шедшей по головам, что одобряемым быть не может. В отношении императора картина действует еще жестче, причем, дело не столько в том, как именно этот человек распоряжается собственной одаренностью, предпочитая творению жизни причинение смерти, сколько во вторичности его изобретений, явно следующих не из его таланта, но из другого ключевого для него источника, что превращает героя не в ученого, пусть и злобного, но лишь в лаборанта. Подобный подход снимает ненужный здесь конфликт науки и дикости, позволяя, пусть лишь к финалу, спокойно воспринимать злодея – злодеем, а героя – героем. Некоторое принижение способностей антагониста в глазах зрителя не противоречит декларируемой идее, что наука не должна и не может служить злу, поскольку зло не может творить, следовательно, само знание для него бесполезно. Возможно, в действительно хорошей речи Сони в финале есть далеко не все вышесказанное, но основное – присутствует, что является одним из немногочисленных достоинств фильма. Однако, несмотря на сглаживание ненужного конфликта, само противостояние условного добра безусловному злу с идейной точки зрения продумано не очень качественно. Поскольку свою силу антагонист черпает в научном знании, используя его во вред, противодействовать ему должно так же знание, но примененное во благо. Учитывая происхождение знания, а также самой заглавной героини, можно было бы предположить некое его средоточие в ней хотя бы к финалу, но в картине этого нет. Несмотря на жизненную цель Сони в поиске своего племени, она остается, по сути, одиночкой, идентифицирующей себя с лесом больше, чем с оставленным когда-то народом. Таким образом, Соня по манере поведения остается дикаркой, суть, варваром, противостоящей, пусть и порочной, но цивилизации. Исправить эту ситуацию, избавившись от ненужной ассоциации, было бы совсем несложным, развивай сценаристы значимость правильного использования знания и примени именно его в ключевой перемене Сони, предпочтя его чуду, однако, этого делать не стали. В условии угрозы со стороны агрессивной, но внешне прогрессивной империи, фильму было крайне необходимо продемонстрировать альтернативу, показать, что при помощи науки можно спасать, а не убивать, строить счастливую жизнь, а не нести смерть. Показать, что развитие цивилизации вовсе не означает отказ от традиций, от самобытности, а также то, что правильно использованное знание также способно защитить и спасти. К сожалению, ничего подобного фильм не предлагает, предпочитая отвечать на удар ударом, противостоять грубой физической силой, а знание оставить накопленным, но не примененным. Думаю, это не лучшее решение. Обычно одной из ключевых претензий к фильмам подобного толка является недостаточность действия в совокупности с множеством пустых разговоров, но к «Соне» это не относится: у нее свои недостатки, причем, ровно противоположные. В «Соне» событий слишком много, настолько, что хватило бы на небольшой сериал, следствием чего предсказуемо становится общая непроработанность сюжета, скачущего «галопом по Европам» со скоростью напуганного зайца. Кроме того, герои действуют, вроде, правильно, но как-то слишком формально, различные сцены соединены между собой очень грубо, что создает впечатление набора иллюстраций на заданную тему, а не цельной и последовательной картины, какой должен быть любой фильм. Стоит ли упоминать, что побочные сюжетные линии раскрыты из рук вон плохо, максимум, намеками, настолько условно, что во всем множестве персонажей «Сони» запомнить реально, максимум, человек пять, включая саму героиню. Это довольно огорчительно, поскольку потенциал у второстепенных выглядит значительным, включая, кстати, пару злодеев. Пожалуй, стоит отдельно остановиться на образе самой Сони, поскольку отношение к нему у меня весьма неоднозначное. С одной стороны, исполнительница главной роли Матильда Лутц настоящая молодец, путь ее героини от просто верящей во все хорошее против всего плохого девушки до циничной воительницы виден невооруженным глазом. Но с другой, то, что касается внешнего, весьма сомнительно, иногда даже нелепо. Понятно, что создатели картины хотели подчеркнуть красоту и стройность актрисы, но стальное бикини в качество брони – это жесткий перебор. Помимо того, что, как метко сказала Соня, это ничего не защитит, еще и банально холодно (сарказм). Думаю, подобный подчеркнуто сексуализированный образ воительницы выглядит устаревшим, он не про силу и не про красоту, но про вульгарность, в которую Соня не скатывается, возможно, только благодаря неплохой работе актрисы. Возможно, у «Рыжей Сони» был бы ненулевой шанс на успех, будь она не полнометражной картиной, а сериалом, в рамках которого можно было бы достойно раскрыть не таких уж примитивных антагонистов, трагедию новых друзей Сони, наконец, ее отношения с одним из встреченных ею мужчин. Однако, выбранный ошибочно формат обрек фильм на клиповость, поспешность, зачастую, непоследовательность. Думаю, даже относительно адекватно сформулированная и показанная идея ситуацию не спасает из-за неудачи со второй ее гранью. Неудачный, даже пошлый, юмор – вишенка на торте недостатков картины. Помогает ей только Матильда Лутц, а также оператор: картинка неожиданно хороша.

Конечно 'Рыжую Соню' нужно было заново осмыслить, предложить современную кинематографическую версию. Не зря над этим проектом ранее работали такие мастера зрелищного кино, как Роберт Родригес и Саймон Уэст. И вышедший фильм сразу же привлек мое внимание. Кто бы мог тогда предположить, что это будет лишь мираж, милое возвращение в никуда. Выбор Матильды Лутц, одной из самых уверенных претенденток на условное звание 'королевы ужасов', обещал задать истории новое звучание. Хрупкая фигура актрисы в сочетании с ее решительной внешностью могли покорить массового зрителя и сорвать 'джек-пот'. Но не задалось. Матильда пусть и была убедительна в образе юной плененной воительницы, но она ее исполнение явно не пойдет на цитаты. Сам фильм неявно отсылает нас к небезызвестному 'Варягу' Эггерса. Начнется все вероломным нападением, кровью и жестокостью. Потом рабство, выступления на арене и долгий поиск личной независимости... В заданных координатах финал ленты было нетрудно предвосхитить. Другое дело, что авторы не сделали ничего, чтобы действительно сделать яркий 'переворачивающий' финал. Не 'выстрелили' и боевые сцены. Один из самых ярких моментов в которых Матильда-Соня за считанные секунды смогла убедить опасного монстра помочь ей выглядит комично. И вправду, как так получилось, что разъяренное чудовище смогло за пару мгновений переформатировать весь свой гнев? Неужели все дело в убедительности Сони? Таких неувязок в фильме будет немало. Ну а визуальные эффекты вкупе с изображением локаций и интерьеров не создадут особого измерения. Увы, перед зрителем будет лишь красочная синтетическая фантазия, искусственность которой будет постоянно напоминать о себе. Конечно в этом фильме все было вторично. Параллели ведут не столько к картине с Арнольдом Шварценеггером, сколько к 'Играм престолов' и упомянутому 'Варягу'. Посмотрев 'Рыжую Соню' совсем не интересно размышлять о ее продолжении. Куда более она вдохновляет к тому, чтобы пересмотреть упомянутые прототипы. Вот уж, где действительно атмосферно, харизматично и неподдельно жестоко. 4 из 10