Львы для ягнят

Роберт Редфорд в своем остро-политическом фильме всячески остроумничает и с удовольствием ставит на повестку дня целый ворох вопросов, основные из которых: “Почему все так плохо?” и “Как это исправить?” Четыре главных героя фильма – это шаблоны политического кино, олицетворяющие в себе ту или иную политическую позицию. Герои делятся на пары и распределяются по комнатам, чтобы весь фильм вести споры, азартно отстаивая свои позиции. Первая комната – кабинет политика. В этом помещении речь идет о внешней политике США, конкретно в Афганистане. Один герой – Том Круз – классический политик, жаждущий великих свершений, власти, торжества мира во всем мире под эгидой США, лишенный всяческих представлений о нормах морали, а так же сочувствия по отношению к своим собственным соотечественникам. Оппонент – Мэриил Стрип – классическая демократка, из тех, что вечно в оппозиции, да еще и политическая журналистка. Она за гуманность ко всему живому, против войны где бы то ни было, за вывод всех войск отовсюду. И она классно умеет подкалывать правительство, которое не право везде, куда ни посмотри. Вторая комната – кабинет профессора политологии в одном из американских университетов. На приеме у профессора талантливый студент. Он не ходит на занятия. Профессор хочет знать почему. Ему дается честный ответ: политология – чушь собачья. В политике выживают только те, кто играют не по правилам, худшие из худших. На выборах приходится выбирать между клизмой и дерьмом. Профессор огорчен. Он пытается студента переубедить, так как видит в нем задатки политика. С чего вдруг такая идея? С того, что перед нами третий тип – идеалист. Профессор – Роберт Редфорд собственной персоной – образован, подкован в спорах, острит через слово, но при этом твердо верит в Америку, демократию, декларацию независимости, всеобщее светлое будущее и так далее. Оппонент – молодой студент – Эндрю Гарфилд – это, скажем так, ироничный, критически настроенный, очень интеллигентный пессимист-пофигист. Он не верит в Америку, демократию и светлое будущее. Он верит в продажность политиков при любой политической системе и в универсальный путь к успеху: забить на политику, заниматься финансами, завести семью. А подлецы, тем временем, пусть жалят друг друга, как скорпионы в банке и делают свое черное дело. Остановить их все равно невозможно. Итак, два диалога и два спора. У одного узкая тема, у другого широкая. Первая тема – внешняя политика США. Она неправильна, это ясно всем. Нехорошо лезть в дела чужих стран, нехорошо оставлять в этих странах военный контингент на семь лет, нехорошо губить мирных жителей этих стран и своих солдат… В связи с этим острым разговором возникает множество сложных проблем и вопросов. Надо ли отвечать на зло насилием? Как далеко может зайти правительство для защиты своего народа? Применимы ли вопросы морали в военной ситуации? А если применимы, то до какого предела? Вопросов может возникнуть тьма. И, заметьте, ни на один из них не существует твердого ответа. Притом, что задавались они многими людьми. Задавались очень часто. В книгах, фильмах и даже в компьютерных играх. Вторая тема – политика вообще, как таковая. Как феномен. Это плохо или хорошо? Существует ли демократия? Существует ли демократия в США? Правда ли, что высокоморальному принципиальному человеку, парню, вроде мистер Смита из фильма Фрэнка Капры, в политике делать нечего? Это тоже вопросы без ответов. То есть, ответить на них можно. Но, например, если ответить: да, высокоморальному человеку в политике делать нечего, то тебя немедленно забросают камнями идеалисты. Весь фильм идет словесная борьба. Политик против журналиста-демократа, идеалист против пессимиста. У всех замечательно подвешен язык. Все горазды на колкости и подначки. Они пытаются подловить друг друга, выиграть спор. Хотя и знают, что это практически невозможно – надо учитывать очень высокий интеллектуальный уровень всех спорщиков. Но самое главное – что все спорящие имеют свои аргументы, и все претендуют в той или иной мере на симпатии зрителя. С самого начала становится понятно, за кого Роберт Редфорд – за идеалиста и демократку. Но политик и пессимист не мальчики для битья. Круз докажет любому, что Ближний Восток это Зло, и против него надо бороться, не жалея сил. А пофигист готов привести десятки замечательных аргументов в свою пользу. Если бы фильм состоял только из этих двух споров, участники которых расходятся из комнат, вроде бы, оставшись при своих мнениях, фильм бы заслужил мои симпатии. Тогда бы это была бы неплохая публицистическая листовка. Режиссер и сценарист подняли проблемы, выдали разные точки зрения по ним, а дальше пусть зритель переваривает, что услышал. Пытается сформировать или усовершенствовать своё собственное мнение по этим вопросам. Тогда бы можно было простить фильму камерность, из-за которой лента больше напоминает телеспектакль. Но, увы, кроме двух споров, в фильме есть еще третья сюжетная линия. Военная. Она связана с обоими спорами. С первым – тем, что нам показывают современную афганскую войну. Отряд солдат выполняет хитрый план Тома Круза по победе над террористами. Ко второму спору её привязывают двое солдат – бывшие ученики профессора Редфорда. Разумеется, они идеалисты. Ко всему прочему один из них мексиканец, а другой – афро-американец. Политкорректность здесь надежно держит свои позиции. Что политическому кино никогда не на пользу. Коротко говоря, всё в этой сюжетной линии плохо. Война снята неразборчиво. Действие происходит в темноте. А тут еще план Круза проваливается, и идеалисты погибают. Субъективные точки зрения героев-спорщиков, дополняются псевдо-объективной информацией, способной склонить сердца некоторых зрителей на сторону определенных героев. Тем не менее, я мог бы простить этому кино даже военные сцены, если бы ни финальный кадр, грубо и недвусмысленно намекающий на то, что спор идеалиста и пессимиста закончился победой первого. Нас, зрителей, не только самым наглым образом пытаются подчинить чужой воле, но еще и намекают на то, что идеализм восторжествовал. Это уже совсем нехорошо. Редфорд, который умеет снимать и сниматься в политическом кино, на этот раз провалил свой проект. Он мог вплести проблемы в интересный сюжет или поведать их посредством изящной аллегории. Но вместо этого он ринулся напрямую, забивая зрителю в мозги тонны политических разговоров и проблем. Видимо, у Редфорда просто наболело в душе, и сказать ему хотелось так много, что он не стал заморачиваться и выложил в фильме все, что думает, открытым текстом. Фильм мог бы получиться объективным. Но у сценариста и режиссера не хватило на это сил, и они дали победу в споре тем, кому симпатизировали.