Сегодня жить, умереть завтра

О, сколько их на полях! Но каждый цветет по-своему, - В этом высший подвиг цветка! Басё Нобору Канэ известен далеко не всякому российскому любителю японского кино, в отличие от Канэто Синдо. Между тем, это один и тот же человек, чьё первое имя было дано ему родителями, в то время как второе – творческий псевдоним. И даже если вы его случайно забыли, то хотя бы один фильм из двух с хвостиком сотен, над которыми он работал в качестве сценариста либо режиссёра, знаете наверняка. Да хоть «Историю Хатико» в двух её реинкарнациях. Не только о любви к братьям нашим меньшим и просто о любви снимал свои ленты классик мирового кино. Есть в его фильмографии и ужастики, и приключения. Но пепел Хиросимы стучал в его сердце, будучи одной из ведущих тем творчества. Другой, не менее важной, была критика острых социальных проблем японского общества в целом и послевоенного в частности. Возможно, этим он и полюбился советским функционерам от кинематографа, став не только завсегдатаем ММКФ, но и его неоднократным лауреатом. Очередным поводом явилась криминальная драма «Обнажённый девятнадцатилетний», переименованная в нашем прокате в «Сегодня жить, умереть завтра». Метаморфоза коснулась и хронометража. Дублированная версия оказалась короче авторской на семнадцать минут. Очевидно, причина в том, что Синдо называл себя социалистом, но он же заявлял, что невозможно представить его фильмы без фрейдистского влияния. Такая вот дилемма, легко решённая несколькими взмахами ножниц, поскольку не было в СССР секса и не будет. К счастью, пришли иные времена, и полная версия с русскими субтитрами пока вполне доступна. Жанровая принадлежность фильма неоднозначна. Это и роуд-муви, и экзистенциальная драма, но, по факту, и байопик об известном в Японии серийном убийце Нагаяме Норио. Канэто Синдо написал сценарий на основе горячих газетных статей, а вовсе не по книге самого Норио. Книг было аж девять, но позже, поскольку первая из них вышла из печати лишь спустя год после премьерного кинопоказа. В центре внимания фильма трагическая судьба юноши, закончившего обучение в школе и отправленного по правительственной программе трудоустройства молодёжи в Токио. Благие намерения – перераспределение трудовых ресурсов с целью преобразования Японии консервативно-аграрной в современную, индустриальную державу, обернулись тяжёлым испытанием для многих неокрепших юных душ. Большой город, неисчислимые соблазны. А молодёжи, с её максимализмом, всегда свойственно хотеть всё здесь и сейчас. Чего не способна была обеспечить предложенная низкооплачиваемая работа. Увольнение за увольнением, переезд из города в город, и вот уже низшая ступень карьерной лестницы: для девушек - панель, для юношей – криминал. Не избежал сей участи и главный антигерой. Тем более что фильм начинается с кражи дамского револьвера из опрометчиво оставленного открытым домика на американской авиабазе. А дальше, совсем как в «Макарове» Владимира Хотиненко, человек становится не хозяином, а рабом оружия, меняющего его психологию. Если первое убийство было случайным, то последующие – преднамеренными и корыстными. Причём зачастую жертвами становились те же лузеры, что и стрелок, ибо кто же ещё, будучи в здравом уме, наденет форму блюстителя закона. Да и в таксисты идут далеко не от хорошей жизни. Фоном событий, происходивших в фильме, стали студенческие волнения в столице и в крупнейших городах. Режиссёр смонтировал почти документальные кадры с художественными. Довольно неожиданным стал фактически фильм в фильме – продолжительный флэшбэк, погружающий в историю многодетной семьи будущего серийного убийцы, начинающуюся ещё до его рождения. Тяжелейшая послевоенная жизнь на грани выживания, на фоне семейного (и не только) насилия. Фактическая безотцовщина при живом отце – картёжнике, пьянице и гуляке, любившем делать детей. Мать, вынужденная надолго оставлять совсем крох на попечение старших почти без денег, в поисках работы в другом городе. Сестра, сошедшая с ума на глазах маленького мальчишки, будучи дважды изнасилованной за день. Во всём этом автор искал корни будущей трагедии, но было бы наивным считать, что он давал готовые ответы. Даже принимая во внимание то, что был он великим манипулятором (и вновь промелькнула тень акита-ину), знавшим где у зрителя та самая кнопка. Здесь не тот случай. Автор далёк от лобового нарратива. Он не давал категоричных оценок, а приглашал зрителя к размышлению, выступая не столько адвокатом дьявола, сколько адвокатом божьим. Если он кого и обвинял, то разве что государство: вынуждавшее людей бороться за выживание, превращавшее молодых людей в «волчат». Удивительно, но, даже пережив тяжелейшее детство в остром дефиците любви и еды, юноша, уже работая в Токио, произнёс слова: «Я не думал, что так тяжело жить!» Да, что прошло, то стало милым. Но всё прошедшее оставило свои незримые, но неизгладимые борозды в душе. Продажная любовь не способна компенсировать недополученной любви родительской. Приучившись выживать во враждебном мире, сложно начать просто жить. И всё же, в хорошем кино, как и в жизни не бывает одномерных персонажей. Задумайтесь о словах, сказанных много веков назад мудрой женщиной Мурасаки Сикибу. Каждый устроен по-своему, и нет человека, который был бы законченным злодеем. Нет и таких, кто сочетал бы в себе все достоинства: красоту, сдержанность, ум, вкус и верность. Каждый хорош по-своему, и трудно сказать, кто же действительно лучше.