Подручный Хадсакера

Идет снег. Мать припеваючи достает из раскаленной духовки индейку. Дети развешивают игрушки на елку и по-дружески толкаются. Отец с улыбкой на лице запаковывает подарки, предвкушая грядущий праздник. Рождество. Нет ничего лучше, как семейное единство, окруженное радостью и счастьем. Все занимаются одним и тем же. Постойте! Один странный чудак открывает окно сорок четвертого этажа (не считая мезонина) и норовит прыгнуть вниз. Что подтолкнуло его на столь отчаянный шаг? Вот так, в самом начале фильма Братья Коэны задают зрителям риторический вопрос. Впоследствии, на него буден дан развернутый ответ. После оглушительного успеха криминальной сатиры 'Перекрестка Миллера' талантливые режиссеры вновь решили окунуть себя в комедийный жанр. Коэны всегда насмехаются в своих фильмах над человеческой глупостью. На сей раз они немного отдаляются от своих ключей и пытаются доказать в принципе часто мелькающую у себя проблему - пристрастие к деньгам. Деньги людей портят, что наглядно показано в картине. И выглядит это наравне со сказочной атмосферой превосходно. Искусное сочетание рождественской комедии с легко отдающим привкусом криминала. Постоянно появляющиеся загадки, на подобии мятого листка, который хранится в ботинке главного героя. На нем изображен круг, называемый гениальным изобретением за всю историю человечества. Догадаться сложно, что же это за прибор такой. Или начальный эпизод, с летящим вниз с того же сорок четвертого этажа (не считая мезонина) пухлячка. С чего бы ему уходить в мир иной? Доброе кино всеми корнями углубляющееся в простой нравственный урок: деньги - всего лишь деньги, и не нужно поддаваться наваждению и быть у них в плену. Они способны не только сделать из добряка алчного буржуя, они вполне могут изменить целый мир. Хотя, почему могут? Раньше люди были людьми, а теперь, зеленые бумажки сделали свое дело. И кроме них, в нашем мире почти ничего не ценится. А вокруг есть более важные вещи: любовь, семья, дети. Счастье. Вот что в жизни главное, а не толстый кошелек и тщеславие.

В 1948 году Уолтер Фридерих Моррисон придумал первую игровую «летающую тарелку», в дальнейшем переименованную во фрисби. Десять лет спустя Ричард Кнерр и Артур Мерлин создали хула-хуп на основе бамбукового физкультурного обруча австралийцев. А в 1975 году с сорок четвёртого этажа нью-йоркского небоскрёба MetLife Building выбросился Илай Блэк, генеральный директор United Brands Company. И если первые два изобретения легко увязать между собою благодаря их причастности к компании Wham-O, то инцидент с самоубийством здесь выглядит, казалось бы, чужеродным. Однако, в мире кино возможно если не всё, то многое, и в 1994 году знаменитые братья Итан и Джоэл Коэны, впервые впустив в свою творческую мастерскую третьего, но отнюдь не лишнего Сэма Рэйми, используют эти три события для их фильма «Подручный Хадсакера». Он повествует о чудаковатом провинциале Норвилле Барнсе, волею случая ставшим почтовым курьером в корпорации «Хадсакер Индастриз», а из-за неожиданного суицида её главы и авантюр правящих акционеров, вскоре занявшим пост председателя совета директоров. Причудливый мир крупнейшей компании Нью-Йорка показан в виде капиталистической преисподней с многоступенчатой иерархией, суматошной беготнёй служащих, назойливыми телефонными трелями и гигантскими стопками документов. Благодаря отзывчивой натуре, тяге к изобретениям и альтруистичным помыслам, новичку удаётся улучшить атмосферу в коллективе, стать успешным бизнесменом и принести фирме доселе небывалую прибыль. Популярность подставного начальника привлекла внимание молодой газетчицы, ставшей секретаршей Барнса, чтобы разведать секреты его успеха. Они быстро сходятся, но необдуманные действия девушки и происки окружающих коллег рушат его набирающую ход карьеру. Создатели этой картины связали воедино свойственную им постмодернистскую манеру, изображение, визуально напоминающее стилистику комиксов, и бессчётные отсылки к американским лентам. И выдали достаточно яркое, динамичное и увлекательное действо с впечатляющими спецэффектами, жанровой градацией от сатирической антиутопии до эксцентрической комедии и уникальной атмосферой, объединившей волшебство новогодней сказки с тревожностью прозы Франца Кафки. Экранный 1958 год Коэны смело населили киногероями из 1930-х гг., с их подчёркнуто искусственными образами, стремительными разговорами и растиражированными шутками. Уделяя особое внимание, как мельчайшим деталям постановки, вроде двойного шва на брюках, так и масштабным декорациям в духе монументальной архитектуры Альберта Шпеера и «Метрополиса» Фрица Ланга. И прекрасно чередуя театральность отдельных эпизодов с чарующим стилем ретро, а чёрный юмор с гротеском. Фильм таит в себе множество образов, но центральным символом здесь является круг, форму которого можно увидеть в пятне от кружки кофе на судьбоносном объявлении о вакансии, в циферблате и механизмах часов на главном фасаде здания, в контурах изобретений Барнса и даже в светящемся ангельском нимбе над головой почившего Хадсакера. Да и сама история постоянно выделывает коленца, раскручиваясь словно хула-хуп. Кстати, «ангельская» тематика явно подсмотрена режиссёрами в «Этой замечательной жизни» Фрэнка Капры. Сюжетная конструкция «Подручного» напоминает его же «Мистер Дидс переезжает в город» и «Гражданина Кейна» Орсона Уэллса, а абсурдность бюрократической офисной атмосферы «Бразилию» Терри Гиллиама. Карьерный взлёт маленького человека «Квартиру» Билли Уайлдера, а образ удачливого простака идейно перекликается с центральным персонажем «Форреста Гампа» Роберта Земекиса. К сожалению, за витиеватым кружевом аллюзий и изысканной стилизацией под классические студийные картины Голливуда, большинство критиков не увидели в ленте ожидаемой глубины содержания. Да и посетители кинотеатров не оставили ей ни единого шанса и многомиллионный амбициозный проект благополучно провалился в прокате. Причиной тому стало и достаточно неблагозвучно звучащее для американцев название фильма, завуалировано высмеивающее недалёкость представителей показанной бизнес-элиты. И крайне урожайный на шедевры год выпуска, среди которых достаточно упомянуть «Побег из Шоушенка», «Криминальное чтиво», «Легенды осени» и «Леона». И неопределенная целевая аудитория картины, в которой детям не хватило сказочности, а взрослым серьёзности, и первые расстроились, а вторые остались в недоумении. Хотя и казалось, что лента идеально подходит для семейного просмотра. И лишь спустя годы фильм «распробовали», он обрёл заслуженную любовь зрителей и занял почётное место в фильмографиях всех его создателей. И немудрено, ведь Коэны здесь просто в очередной раз поиронизировали на тему таких людских слабостей, как глупость и жадность, доступно поведав нам о том, как деньги губят человека, и подав это всё в формате рождественской истории. В характерном для себя пародийном саркастическом стиле они продемонстрировали зрителю всю изнанку кабинетной жизни финансовых воротил, выдав, по сути, тонкую сатиру на общественное мнение и глобализм. И показали своеобразное воплощение американской мечты, намекнув, что, верить увиденной сказке совсем не обязательно, достаточно просто поверить в себя и вовремя разглядеть свой шанс, который всегда есть у каждого.

Норвилл Бэрнс, безработный паренёк из провинции, приезжает в Нью-Йорк в поисках работы. Благодаря счастливому стечению обстоятельств, его зачисляют в число клерков крупнейшей компании. С этого момента Бэрнсу начинает тотально везти, и в результате чиновничьих интриг он оказывается в кресле председателя компании. Такой поворот событий резко меняет жизнь Бэрнса… После Каннской победы «Бартона Финка» Коэны целых три года шли к своему следующему проекту, который также был представлен в конкурсе Канна. Но на этот раз они отбыли с Лазурного берега не солоно хлебавши. Компания «Уорнер Бразерс» решила вложить в братьев, до того работавших на независимых студиях, весьма солидную сумму, а они её взяли да и «растранжирили», поскольку и в прокате фильм с треском провалился. Похоже, нью-йоркские интеллектуалы не смогли снимать под диктовку боссов с большими кошельками, которые не позволили им привнести на экран слишком много интеллектуального стёба. И всё же эта картина по всем показателям выбивается из типовой голливудской продукции. Новое ретро изобилует куда большим количеством технических трюков, нежели предыдущие проекты братьев. Но лучшие сцены фильма – не самые дорогостоящие в финансовом плане. Главной удачей надо признать фантасмагорический мир корпорации Хадсакера, представленный в образе капиталистического ада. На первый - «самый адский» - её этаж как раз и попадает на работу Норвилл Бэрнс. По сути, Коэнам удалось воспроизвести здесь мир Кафки, вступив в заочное соперничество с «Процессом» Орсона Уэллса и его же «Гражданином Кейном». Гиперболой потребительского идиотизма предстаёт главное изобретение Бэрнса - хула-хуп, который раскупается за считанные минуты, поскольку становится объектом культа. Сатирический взгляд на империю «дяди Сэма», даже будучи подогнанным под ранжир рождественской сказки, был всё же адресован умной публике, которая читала, если не Кафку, то хотя бы Драйзера. Но и при помощи облегченной формы, и существенно большего бюджета, братьям не удалось расширить круг почитателей. Поэтому со своим следующим проектом они снова вернулись в лоно независимого кино. А главным голливудским дураком 1994-го года стал не Норвилл Бэрнс, а Форрест Гамп.

Интересное наблюдение: если смотреть на часы изнутри, будет казаться, что время идет вспять. А если долго смотреть на часы изнутри, ощущение течения времени и вовсе теряется, замыкая смотрящего в какой-то бесконечно повторяющийся цикл. Вокруг этого образа – кольца и непрестанных повторений – построена эксцентричная и невероятно стильная рождественская сказка за авторством мрачно-ироничных братьев Коэнов. «Изнанка» часов встречает перепуганного главного героя в кабинете директора Hudsucker Industries. Черт знает, чем занимается эта компания с сомнительным названием (hudsucker можно перевести как «тот, кто ведется на всякий мусор»), но такого простака как Норвилл Барнс тут на ладонь положат, второй ладонью прихлопнут, и мокрого места не останется. Профессиональный изобретатель колеса, Барнс с гордостью демонстрирует всем встречным аккуратно вычерченный на листке бумаги круг и в ответ на недоумение на лицах собеседников с удовольствием поясняет, что это «ну, вы понимаете... для детей». Для иных сказка – это волшебно-сиропная история с монохромно добрыми и злыми героями. Коэны же сотворили на основе базового голливудского шаблона капиталистическую антиутопию, ехидно высмеивающую все традиционные американские ценности крупным оптом. Основной удар направлен на бездушный и бессовестный мир большого бизнеса, гротескно воплощенный в небоскребах, верхние этажи которых теряются в облаках, и противоестественно механизированных подсобных помещениях, один вид которых парализует волю и разум запертого в них технического персонала. Шрапнель же от этого большого взрыва заметно ранит и рыночную экономику с ее всеобъясняющей концепцией спроса-потребления, и свободную журналистику – свободную продаться тому, кто больше заплатит, – и столь лелеемую американцами идею сплоченности маленьких городов, жители которых так рады встретиться в сердцевине «большого яблока», населенного коварными пройдохами. Увлекшись такого рода крупной формой, авторы подзабыли о глубине прорисовки персонажей и ситуаций и буквально воспроизвели классическую схему «золотых лет» Голливуда, прославленную Фрэнком Капрой. В «Подручном Хадсакера» что не герой, то типаж – исключительно колоритный, но без выраженной индивидуальности, и поступают они в строгом соответствии с тем, что зритель ожидает от них увидеть. Впрочем, если иным шпилькам и сюжетным ходам порой и недостает оригинальности, это с лихвой компенсируется актерским мастерством, в первую очередь сумасшедшим обаянием Тима Роббинса, и эксцентричным художественным оформлением. Театр абсурда в детально проработанных декорациях, высмеивая все пороки мира, одновременно относит их в слишком уж условное и даже слишком стерильное прошлое, вполне позволяя зрителю вдоволь повеселиться, но почти лишая его возможности искренне проникнуться трагедией героя, что и предопределило провал фильма в прокате. Прелесть в том, что время все-таки идет вперед, и зрительское восприятие склонно меняться. И как для Коэнов обращение к голливудской классике было в определенном смысле данью ушедшему золотому веку и попыткой переосмыслить ставший уже классическим сюжет, так для нас сегодня «Подручный Хадсакера» – один из ранних (и не вполне типичных) фильмов признанных мастеров и уже часть кинематографической истории. Решив порассуждать о цикличности мира, авторы не могли придумать ничего лучше ретро-стилизации: их сказка в каком-то смысле заставляет прошлое повториться в настоящем, которое тоже станет прошлым с очередным оборотом стрелки огромных башенных часов. Колесо катится только вперед, но одни видят в его движении лишь непрестанное повторение одних и тех бед, а другие прозревают надежду на второй шанс и на то, что жизнь не совсем еще потеряна. История эта, как и изобретение героя, ну, вы понимаете… для детей – в том числе и для тех, которые просыпаются во многих взрослых в ожидании нового года и нового шанса. И даже саркастичные Коэны не смогли просто так взять и выкинуть в окно эту наивно-новогоднюю надежду.

Честное слово, никогда бы не подумал, что коротенькая аннотация, располагающая больше к лёгкой комедии с ярким колоритом Америки 1950-х, в которой молодому, но удачливому и талантливому, пареньку повезёт запрыгнуть в карьерный лифт, несущийся на стремительной скорости к верхним этажам всесильной корпорации, будет предварять столь разноплановое произведение. 'Но ведь всё так и есть' - скажите Вы, и будете правы. Есть, правда, маленькая загвоздка: у лифта нет тормозов, а комедия - это всё-таки не единственный жанр, присутствующий в киноленте. Итак, тот самый молодой неуклюжий Норвилл Барнс (Тим Робинс) с большим трудом находит себе работу обыкновенного курьера, что с его способностями к самоорганизации и 'запредельной' внимательностью кажется издевкой судьбы... Внезапно Лахесис разматывает нить, и наш герой оказывается в нужном месте и в нужное время, так что в следующую минуту уже усаживается в директорское кресло. Но как Вы думаете, всему виной идея на миллион долларов с рождённым в мучениях хула-хупом, или же кому-то срочно понадобилось фиктивное лицо для понижения стоимости акций компании?.. И в наше время этот вопрос не будет столь неразрешим. Небезызвестные братья Коэн не могли снять простецкую комедию, юмор здесь зачастую преисполнен чёрными, как смоль, красками, высмеивая и 'больших шишек', и везунчиков, становящихся чуть погодя 'большими шишками', и злую душу мегакорпорации, являющуюся олицетворением самых меркантильных и низких мыслей персонала. Тим Роббинс и Дженнифер Джейсон Ли потрясающе перевоплотились в своих персонажей. Юноша, одурманенный деньгами и славой, впоследствие расхлёбывающий заваренную им же кашу, и холодная журналистка, надевающая маску стервы, чтобы скрыть ранимое нутро - великолепная работа, к которой не может возникнуть никаких значимых претензий. Подручный Хадсакера - отличное кино, балансирующее на стыке жанров. Оно может показаться немного тривиальным, если посмотреть на изгиб сюжетного русла, а также вызвать искреннее удивление, при выходе на сцену ирреальных фигур, но игнорирование картины, из-за таких мелочей, не перестаёт быть тяжким преступлением. 8 из 10

Братья Коэн всегда были и будут очень жанровыми режиссёрами и настоящими ремесленниками, способными, кажется, на что угодно. Любая тема, жанр, да даже временной период им подвластен. Далеко немногие режиссёры могут похвастаться в своей фильмографии такой пестротой десятилетий. Депрессивные тридцатые? - 'О, где же ты, брат?'; Военные сороковые? - 'Бартон Финк'; Музыкальные и деловые пятидесятые? - 'Внутри Льюина Девиса' и 'Подручный Хадсакера'. Этот список можно продолжать долго. Но самое главное, что у братьев всё выходит совершенно естественно, будто они самолично проживали микро-эпохи своих персонажей. Одним из важнейших орудий постановщиков является ирония, во всех её проявлениях. Неряшливая и сумасбродная в 'Воспитании Аризоны', циничная и интеллектуальная в 'Бартоне Финке' или добродушная и наивная в 'Большом Лебовски'. И это совершенно тот случай, когда содержание соответствует форме, ведь каждый из этих эпитетов вполне применим к главным героям прилежащих картин. Где-то ирония мягко подшучивает, а где-то заставляет испытать тревогу и жуткое беспокойство. И, пожалуй, только братья Коэны так естественны и честны перед собой и зрителями, что могут позволить себе снять после сюрреалистичного и экзистенциального 'Бартона Финка', рождественскую сказку про круглого дурака, взлетевшего до небес, пройдя через классический путь препятствий, спадов и взлётов. Не только сюжетно, но и сценарно. Норвил Барнс - безработный молодой человек, недавно приехавший из провинциального городка покорять мегаполис. Но удача свалилась к нему с небес, чего даже такой простофиля как он, не ожидал: директор крупнейшей корпорации, - Хадсакер, выпрыгнул с 44 этажа своего небоскрёба, разочарованный личной жизнью и упущенным счастьем, не смотря на растущие графики прибыли и производства. Мистеру Хадсакеру принадлежали практически все акции компании, а завещание он не оставил, поэтому акции будут выставлены на открытые торги, где любой дурак сможет приобрести многомилионную фирму. Чтобы не допустить такого развития событий, совет директоров начинает поиск подставного лица, которое воссияет во главе компании, распугивая своим блеском, неопытностью и глупостью всех акционеров, активы которых, 'под шумок', скупит совет директоров. А тем временем, Норвил устраивается в подвал того самого небоскрёба простым доставщиком писем, который за один день взлетает по карьерной лестнице на самую вершину, прямиком на 44 этаж. Типичная история про взлёты и падения, ошибки и веру в себя. Довольно клишированная и предсказуемая, но не становящаяся от этого хуже. Здесь действительно сложно к чему-либо придраться. Поскольку это рождественская сказка, то в конце не обходится и без чуда. Всем знакома фраза - от любви до ненависти один шаг, и если поменять ключевые слова местами, то мы с лёгкостью охарактеризуем всю любовную линию фильма. А такого кривляющегося Тима Роббинса вы не увидите нигде. 'Подручный Хадсакера' - не самый лучший и выдающийся фильм братьев Коэн, но тем не менее, всё ещё очень стройный и ладный, настоящая новогодняя сказка.

И вправду, данная картина несколько отличается от привычных новогодних и рождественских фильмов. Кажется, что она шире освещает человеческие проблемы. Чрезмерно преувеличенное бюрократическое предприятие, живущие по старым законам, являющееся неким срезом современного общества со своими небожителями, рабочим классом и своеобразными 'лифтёрами', за секунду становящимися легендами и столь же стремительно теряющие свое высокое положение. Язвительный журналист в исполнении блистательной Дженнифер Джейсон Ли втирается в доверие главного героя (Тим Роббинс), который советом директоров во главе с героем легендарного Пола Ньюмана был назначен на пост президента этого самого предприятия в связи с неожиданным самоубийством основателя компании мистера Хадсакера, чтобы разузнать как обычный простофиля не имеющий опыта в какой-либо работе взлетел так высоко за месяц до наступления Нового года. Девушка конечно же влюбится в незадачливого простака, который сумеет запустить в разработку суперпопулярные изобретения. Однако сможет ли он остаться всё тем же причудливым малым или же резкий взлёт развратит его незапачканную душу?.. Братья Коэн в этой картине невероятным образом вознесли своих кумиров-постановщиков, таких как Ховард Хоукс ('Воспитание Крошки', 'Только у Ангелов есть крылья' и 'Его девушка Пятница') и Фрэнк Капра ('Это случилось однажды ночью', 'Мистер Смит едет в Вашингтон' и 'Эта замечательная жизнь'), взяв всё самое лучшее от их фильмов. Героиня Дженнифер Джейсон Ли так вообще основана на персонаже Розалинд Расселл из 'Его девушки Пятницы' и ничуть не хуже воплощена на экране. Тим Роббинс продемонстрировал великолепную комедийную игру, закрепив успешный для себя 1994-ый год, в котором вышел любимый фильм самой широкой публики из возможных 'Побег из Шоушенка'. Пол Ньюман в очередной раз доказал свою творческую состоятельность, воплотив на экране крайне негативного персонажа. Как итог, 'Подручный Хадсакера' - замечательная альтернатива изрядно наскучившим и не раз пересмотренным новогодним картинам, демонстрирующая увлекательную и очень поучительную жизненную историю.

Смотря эту комедию, не мог отделаться от мысли, что, видимо, в жизни каждого творца наступает момент, когда ему почему-то начинает казаться, что кому-то будет безумно интересно, на каком именно контенте он вырос, после чего в свет выходит что-то с морем только ему понятных отсылок. Традиционно до просмотра старался знать о фильме минимум, однако буквально с первых сцен стало понятно, что это какая-то весьма мудреная сборная солянка, но мудреная не в плане смысла и архитектуры, а в части огромного количества источников заимствования и попытки формирования на их основе чего-то оригинального, но происходящее даже в режиме просмотра абсурдной комедии постоянно вызывало кучу вопросов, в первую очередь к внутренней сюжетной логике. В частности, открывающая сцена прямо говорит, что действие происходит в 1957 году, однако общий визуальный стиль и модель дикого капитализма явно не менее прямо отсылают к 30-м годам ХХ века, где в силу реалий Великой депрессии выжившие работодатели могли творить что хотели. Более того, в той же открывающей сцене главный герой в новогоднюю ночь явно планирует попрощаться с жизнью, а на одном из постеров картины (который в том числе светится на Кинопоиск) в руках у него находится легко узнаваемый предмет, не очень понятный чертеж которого является чуть ли не основным движущим элементом первого акта, но дальше — больше... Инициирующее событие истории происходит где-то на 10-й минуте, и из него зритель узнает гениальный и надежный, как швейцарские часы, план руководства компании. Сложив его с начальной сценой и предметом с постера, складывается четкое ощущение, что далее ничего кроме какой-то едкой сатиры на дикий капитализм быть не может. Собственно, с такой экспозицией, как выясняется к концу, ничего другого быть действительно не может, но вместо того, чтобы прописать внятный сценарий, создатели решают наполнить даже не сюжет, а скорее хронометраж каким-то нереальным количеством отсылок ко всякому разному, причем явно не первой свежести даже по меркам года выхода фильма, что само собой вызывает вопрос доступности понимания этих отсылок широкой аудитории. Чтобы убедиться в том, что у меня не случился острый приступ синдрома поиска глубинного смысла, после просмотра заглянул на страницу Википедии фильма, где (по крайней мере в её англоязычной версии) идет плотный список фильмов, который в том или ином виде цитировали создатели. Возможно, конечно, при знании всего списка первоисточников (бОльшей частью относящихся к 30-50-м годам ХХ века) фильм способен заиграть как-то по-другому, но крайне сомневаюсь, что даже на момент его выхода в 1994 году даже на его родине набралось бы сколь-либо значимое количество людей, которые видели бы всё то, на что ссылаются авторы, в виду чего хотелось бы вернуться в начало рецензии, где писал, что, видимо, у каждого творца наступает момент, когда он решает экранизировать свой богатый внутренний мир, но в результате почему-то получается что-то весьма странное и очень сильно для своих. Конкретно эта комедия вроде как в каких-то кругах считается культовой, однако, как мне кажется, она еще и является отличным примером того, как что-то обрастает культовым статусом задним числом. Понятно, что если разобраться с большинством отсылок, то, возможно, получится задним числом воспроизвести если не исходные смыслы, то хотя бы в режиме «автор мертв» сформулировать что-то своё, но зачем? Лично я вышел на фильм, двигаясь по фильмографии братьев Коэн, и после просмотра лично у меня создалось ощущение, что главная заслуга этого фильма состоит в том, что приступ нарциссизма у братьев, а вместе с ними и у Сэма Рэйми, случился относительно рано, и, возможно, именно благодаря ему они вовремя сделали правильные выводы и далее больше не наступали на подобные грабли. Если говорить о технической стороне проекта, то тут, бесспорно, всё на высшем уровне. К визуальному ряду и актерской игре нет никаких вопросов, но у фильма нет главного – внятной и, что не менее важно, целостной истории. Тут сатира на капитализм отдельно. Сюжетные арки героев, причем очень рваные и местами откровенно притянутые за уши, отдельно. Новогодняя, а по сути, рождественская история с её откровенным фэнтези отдельно. А еще красной нитью даже не через сюжет, а скорее через хронометраж фильма проходит своеобразный аналог игры «угадай источник заимствования», суть которой заключается в том, что на экране постоянно происходит что-то явно выбивающееся из базового повествования, что в большинстве случаев наверняка является отсылкой, но, как уже писал выше, даже не представляю, каким знатоком американского кинематографа надо быть, чтобы иметь возможность считывать это дело в режиме онлайн, а учитывая, что в 1994-м году еще и близко не было возможности оперативного приза пояснительной бригады, то лично мне совершенно понятны причины столь посредственного зрительского интереса к фильму. Относительно оценки этого дела сложно в виду очень большого разрыва между формой и содержанием. К внешней составляющей проекта лично у меня нет никаких претензий, ровно как и к актерской игре и отдельным фрагментам истории, но глобальное сведение сценария с его валом отсылок — это одно большое «что это было?!». Т.к. в фильмах в первую очередь ценю истории и смыслы, с которыми тут беда, то лично от меня при всем уважении к авторам с большим натягом «хорошо». 7 из 10