В прокуренной кухне
Когда сидишь глубоко за полночь в крохотной кухне старой «хрущёвки», в старом гранёном стакане липко поблёскивает травяной бальзам, ухваченный по скидке, а от сигаретного дыма разъедает глаза, разговор, рано или поздно, обязательно зайдёт об искусстве. Иначе какой смысл сидеть на старой табуретке со сколотым отслаивающимся верхом и пить? Тот самый человек, который стоит между холодильником с магнитиками и заваленной грязной посудой и очистками раковиной с непочиненным «кап-кап», вспомнит недавно просмотренный фильм какого-нибудь эксцентричного и одиозного режиссёра, пересказывая тонкости сюжета, свои, безусловно важные, эмоции, сдабривая их порою даже приличной аналитикой. Если вы сейчас вглядываетесь в непонятную буроватость садко-горького бальзама, то потребуйте у хозяина квартиры ноутбук и в продолжение начатой темы включите «Бойню блюющих куколок» Люцифера Валентайна. Фильм, равно как и вышеописанная кухня, рассчитан исключительно на любителя подобного времяпрепровождения. Вы не будете спорить о сюжете, о героях, о музыке, об эстетической составляющей, в общем, обо всём том, о чём обычно спорят. Главный бой разразится вокруг двух тезисов: глубинный экспериментальный артхаус VS позёрская безвкусица. Итак, раунд первый. Вспоминаем, имя режиссёра. Люцифер – падший ангел, символ сопротивления высшему Творцу, отождествление дьявола и прочие прелести. Валентин же, наоборот, – любовь, открытки-сердечки, плюшевые мишки, шоколадные конфетки. Считайте: тот же Мерилин Мэнсон, только «в лоб». Гонг прозвенел, победное очко присудите сами. Раунд второй. А почему бы не поговорить о музыке? Все час-одиннадцать-минут мы слышим звуки зажёванной кассеты, скрипы-скрежеты, вежливо вырезанные из миллиарда подобных фильмов, и звуковые эффекты в духе советских фантастических фильмов. Кажется, вот-вот посреди всего безобразия выскачет Алиса Селезнёва и унесётся вдаль, держа миелофон в потных ладошках. Но это было бы слишком хорошо для правды. Слышите песню, под которую главная героиня исполняет стриптиз… Не она ли играла на кухне полчаса назад, когда вы потянулись за второй пачкой сигарет? Очко… присуждается или нет? Третий раунд. Чем стоит наполнить артхаус, дабы зритель нервно вздохнул, не веря счастью? Во главе истории поставим блудницу с выражением лица Саши Грей и любовью к саморазрушению Курта Кобейна. Добавим к деве историю с наркотиками, дешёвым алкоголем, ночными трассами, детскими мечтами танцевать, вылившимися в стриптиз, снабдим булимией, покажем жестокость, кровь, каннибализм, насилие, других проституток. Попросим хриплым голосом словно в бреду повторять, что не знает, где она, кто она, почему это происходит. Мало? Тогда возьмите чистые детские воспоминания, обнажённое тело в цепях, молитвы к Богу, перемежающиеся с признанием в изнасиловании, сожжении церкви и любви к Сатане, много крупных планов первичных и вторичных половых признаков и съёмку любительской камерой с замашкой на эффект присутствия. Гонг! Четвёртый раунд. Здесь мы выпустим биться режиссёрскую мысль. Итак, детишки, добрый дядя режиссёр расскажет, что проституция – это плохо, и наркотики, кстати, – тоже плохо, а ещё отдаваться за бухло – плохо, и вообще бухло – это плохо. А знаете что ещё плохо? Убивать людей с особой жестокостью. Не любить себя и вызывать нескончаемую рвоту – ТОЛЬКО ПРЕДСТАВЬТЕ СЕБЕ! – снова плохо! Звон гонга. Этот раунд был коротким. Раунд пятый. Замолвим слово об операторской съёмке. Смотрим на работу камеры… вас не укачало? Мне на пятой минуте захотелось потянуться за «Дротаверином» – вестибулярный аппарат не выдержал. Если вы думаете, что эта «фишка» всё же закончится и за ней последует привычное спокойное кино, то спешу разочаровать: до титров вас ждёт весьма жёсткий «полёт». Снова гонг. Рефери объявляется шестой раунд. Но разве что-то ещё осталось? Да вот разобрать хронометраж, пожалуй, не мешало бы. Хорошо, что в видеоплеере есть функция ускоренного и ещё более ускоренного воспроизведения. Из-за желания господина Валентайна «зажевать» особо ценные моменты (70% фильма), приходится механически гнать видеоряд, иначе даже чёрный кофе, сваренный в старой дедушкиной турке, не спасает от скуки. Что мы видим за 71 минуту? Голая героиня показывает тело, голая героиня сжимается на кровати, голая героиня занимается сексом, одетая героиня вызывает рвоту, кого-то режут, маленькая девочка на кассете и… всё. Эти шесть сюжетов играют в салки, гоняюсь друг за другом: кого осалили, тот и выходит на первый план, остальные ждут хаотичной очереди. И… финальный гонг! Бой закончен. Теперь сделайте глоток из стакана и подсчитайте количество очков. Пока занимаетесь этим неблагодарным делом, можете перекурить, помыть посуду или починить протекающий кран. Но даже если боец по имени Глубинный экспериментальный артхаус победит, то ни в коем случае, не показывайте фильм своим друзьям, которые не имеют привычку сидеть на подобных кухнях.
TN
tg-канал notonlytrash
Кинокритик
Негативный отзыв
Любительщина #4
Фильмы ужасов – древнейший жанр, призванный пугать зрителя. И далеко не каждый будет бояться того, что предлагает очередной хоррор – именно от этого обсуждения таких фильмов почти всегда строятся на вечном конфликте «страшно или нет». Кто-то боится призраков, кто-то будет кричать от зомби, кому-то подавай бессмысленную и беспощадную расчлененку. Время идет, и в двадцать первом веке можно выбрать себе расчлененку на любой вкус – от мейнстримной «Пилы» до подпольных немецких и японских снафф-муви. Однако, в 2006 году на прилавках с DVD-дисками появилось это. Правда, весьма в ограниченном количестве но все же. Итак, перед нами (слушайте, я в этот раз даже жанр подобрать не могу – арт-хоррор? видео-инсталляция? что это?) Люцифера Валентайна «Бойня блюющих куколок». Кто такой Люцифер Валентайн – знает только Люцифер Валентайн, ибо никаких подтвержденных данных на этот счет нет. Есть только две устоявшиеся версии – что это сама исполнительница главной роли Амеара ЛаВей (тоже псевдоним), либо какой-то внезапно вылезший мужичок из ЮАР. Споры ведутся до сих пор, но ни одного вменяемого подтверждения я найти так и не смог. Почему-то хочется ставить на Амеару, потому что в 2017 году она трагически погибла, и как раз с тех пор ничего не слышно и о Люцифере. Грустное совпадение, но наталкивает на некоторые мысли. Сюжет фильма практически невменяемо вертится вокруг какого-то мужика, который убивает проституток. Да и вообще, честно говоря, сюжет тут отходит на пятый, а то и на шестой план, ибо на первые места выходит визуализация и звуковое сопровождение. Нить сюжета любым зрителем потеряется уже минуте на десятой, когда начнет происходить всякого рода вакханалия, более подробно о которой ниже. Так что на сюжет и мы положим большой люциферский болт. С самого начала фильм дает нам понять, что он не из самых простых ребят, предлагая нашим ушам непонятное звуковое сопровождение, к тому же зареверсированное. Что ж, первые минут 5-7 мне даже нравилось это смотреть – необычно, гипнотически – сложно признать, но мне такое нравится. Создается впечатление, что не от мира сего, что-то в этом духе. Но, к большущему сожалению, ничего нового этот фильм за 71 минуту так и не предложит. Валентайн будет накручивать только градус жестокости, но почти полтора часа подряд музыка на реверсе и бешеная камера – это не так круто, как первые 10 минут. Это скучно. Возможно, вы сейчас подумали, как можно говорить «скучно», если это омерзительно и жутко невыносимо? Тут я согласен, очень многим данный фильм действительно покажется мерзким, противным и попросту непонятно зачем снятым. Но либо у меня иммунитет уже к графическому насилию, либо еще что – выдержал все вполне спокойно. Но это не значит, что выдержат другие – как я писал в первом абзаце – каждому свое. Я вот такое действие спокойно под пачку чипсов посмотрю, а вот на хорошем фильме про призрака или зомби могу и понервничать: ) А так по факту – ну глаз вырезают минут 5 – привет, «Хостел» (если мейнстрим разный брать). То, что герои блюют постоянно – ну всяк бывает, как будто никто такого никогда в жизни не видел. Что там еще – в середине фильма мужик блюет в стакан и выпивает это, а потом повторяет? Я вас умоляю, еще скажите, что Пахом в общеизвестном фильме настоящим обмазывался. Да даже если тут и настоящее – упор делается на само присутствие шок-контента, а не на его реализацию. Мол, посмотрите, он блевотину пьет. Посмотрели. А дальше что? По факту, кино пытается сыграть чуть ли не на всех сценах сразу (ну кроме комедии), потому что среди всей этой крови и рвоты главная героиня толкает довольно банальные речи о том, что проституция – это плохо. Как социальный ролик против торговли телом все это видео выглядит вполне ок – 5 минут разговоров о том, что это плохо, 5 минут резни, 5 минут рвоты. И повторить, пока не пройдет 71 минута. По пути можно попробовать найти смысл в этом всем – мол, душа через ад проходит у проститутки или еще что-нибудь банальное. Вот поэтому я в самом начале и написал, что это видео-инсталляция, которую надо показывать на какой-нибудь тематической выставке современного искусства. Так что имеем мы классический пример попытки выделиться, сыграть на эпатаже. Согласитесь, Валентайну удалось. Кино отталкивает, и это факт. Плюс такого удовольствия режиссера от съемок рвотных масс я еще не видел, тут явно эметофилия у Валентайна. А, может, просто выпендривается, кто его знает. Ясно одно – как эпатажная короткометражка это бы смотрелось. Как полотно на 71 минуту – реально очень скучно. Плюс попытка протянуть какую-то жизненную линию главной героини явно не удалась. Не знаю, буду ли смотреть вторую часть, там вроде каких-то кальмаров приплюсовали, но первой даю красный свет. И не из-за идеи, не из-за мерзости. Я за любые эксперименты в фильмах, в этом и заключается уникальность кинематографа. Валентайн поступил смело, такое «дерьмо» действительно сложно найти (говорю исключительно о начинке фильма), но скучно. Понимаю, что адекватный сюжет здесь бы сильно помешал, но все же… лучше так, чем поглядывать все время на часы. Спасибо за внимание 3 из 10
Поэзия мрака
Хочу сказать сразу, что я не люблю gore или так называемый псевдо-снафф. Я не досмотрела 'August Underground', мне не понравился претенциозно-глянцевый 'Murder-Set-Pieces', 'Guinea pig' не вызвала во мне какого-либо интереса, за исключением последнего кадра второй части, а после 'Нику Дарума' настроение было испорчено надолго, несмотря на всю его запредельную трешевость. Но, иногда что-то в этих фильмах притягивает, что-то заставляет найти и досмотреть до конца, как, я подозреваю, и многих других зрителей, написавших после гневные отзывы. От меня гневных отзывов не будет. Начну с того, что не отношу этот фильм к псевдо-снаффу и не понимаю, на каком основании это делают некоторые рецензенты. Объясню. Действие, происходящее в псевдо-снафф видео, претендует на реалистичность, в идеале, зритель должен засомневаться, что происходящее на экране - игра актеров! Валентайн же ни в каком месте не претендовал на реалистичность и даже, напротив, с подчеркнутым гротеском и театральностью поставил все сцены убийств! Можно сказать, что это крепенький gore, так как видео изобилует кровью, мясом, убийствами, слезами-соплями жертв, пытками, а, ну и блевотиной, конечно. Не стану лукавить и говорить, что смотреть было не противно. Довольно противно, а в некоторых моментах еще и скучно. Так что, если вы чувствительны ко всякого рода физиологическим мерзостям, велика вероятность, что вы возненавидите этот фильм. Я посмотрела фильм два раза и должна признать, что, не будь этого второго просмотра, моя оценка была бы крайне низкой. На момент первого просмотра я была также не готова к такому обилию однотипного рвотоизвержения и мясорубки, затягивающихся порой до пятнадцати минут. С трудом досмотрев это, я запрятала его в дальнюю папку и подумала, что лучше уж ничего подобного больше не смотреть. Но время шло, а фильм висел где-то на подсознании незакрытым образом. В конце концов, по неизвестным мне самой мотивам, я таки решилась пересмотреть его. Я не могу сказать, что фильм мне понравился. Мне, как относительно здоровому человеку, не доставляют удовольствия мучения и патология. Так и это зрелище не принесло положительных эмоций. Но, я не всегда ожидаю от искусства положительных эмоций, и такое мое отношение, на мой взгляд, приносит свои плоды. Я получила специфическое удовлетворение от принятия видения режиссера, от включенности в созданную им атмосферу. Когда это принятие произошло, я поняла для себя и весь фильм! Многое уже было сказано о философии, скрытом смысле и подтексте. Многого из сказанного я не увидела, как и не увидела какой-то последовательной философии. Я вообще не стала бы употреблять это слово здесь. Скорее, я назвала бы это фантазией, размышлением, игрой образами. Я заметила, что почти все, кому фильм понравился, воспринимают его совершенно по-разному. Это интересный феномен, на мой взгляд, и, я думаю, это прорыв режиссера, который смог заставить размышлять над !gore! фильмом. Я понимаю, что порой мы ищем смысл там, где его нет и выдумываем подтексты. Но, во-первых, уже хорошо, если есть, что выдумывать. А во-вторых, над абсолютной пустышкой и думать никто не будет. Но, за себя скажу, что я искренне вижу в фильме эмоциональный и содержательный посыл. Да, в провокационной форме, да, с претензией на сомнительную гениальность, да, он такой. Не будем выкручиваться, режиссер хотел спровоцировать. Но сделать это можно по-разному. Я чувствую здесь его заинтересованность, и фильм не кажется мне пустым. Он просто не такой. Он грязный и неприглядный, противный, нудный, мерзкий. Но все это не делает его пустым. И вот еще. Сюжет. Здесь. Есть. Уж не знаю, насколько мое представление соответствует задумке режиссера, как я уже говорила, все поняли по-разному! Добавлю в копилку и свою версию. Я восприняла это так: убийства - страхи главной героини. Либо, если говорить о сюрреализме, то, что происходит с ней в неком параллельном пространстве. Это подтверждается, если внимательно отслеживать сцены. Посмотрите: героиня танцует стриптиз и в следующих сценах танцующей стриптезерше перерезают горло (с перерезанным горлом она продолжает танцевать стриптиз - кто там что говорил о псевдо-снаффе?), героиня приходит к клиенту в странную квартиру с огромным мачете. В следующей сцене женщину убивают в этой квартире этим мачете. И так далее. Нет никакой разницы, воспринимать ли это как страхи, сны или параллельную реальность. В этом есть странная атмосфера сюрреалистичности и мрачности. Если проникнуться ею, она по-настоящему завораживает. Это что касается убийств. Далее образ самой героини. Он депрессивный, мрачный, грустный, и, я бы даже сказала, поэтичный. Ее появление в кадре было для меня отдушиной в блевотной и грязной атмосфере фильма. Не знаю, как это объяснить, но она притягивала к себе, не смотря на всю свою отвратительность и порочность. И я не согласна, что Валентайн хотел показать справедливое возмездие проституткам. Мне кажется, что он, осознанно или неосознанно, сочувствовал своей героине и убаюкивал ее, как ребенка. Ее самоубийство было проникнуто печалью и трогательностью на фоне муторности и жесткости всего остального. Ну, и я надеюсь, все поняли, что маленькая девочка в телевизоре - это главная героиня в детстве. В общем, чтобы далее не растекаться мыслю по древу, кратко подведу итог: Сюжет есть. При желании можно проникнуться атмосферой и тогда он станет интересным. Монтаж и звук мне нравятся. Главная героиня очень симпатичная. Претензий к технической стороне нет. Противный, мерзкий, грязный, блевотный. Хотя я думаю, любопытных зрителей этим все равно не остановишь. Главное, помните: режиссер Люцифер Валентайн, актриса Лавей, производство самого ада, название содержит одновременно 'бойню' и 'блевотину' - ничего хорошего от фильма не ждите! Когда перестанете ждать, может быть, что-то получите. Можно мне без оценки? P.S. Создатели большие молодцы, что не побоялись подключить малышку девочку к этому проекту. Без нее пропала бы половина атмосферы. P.P.S. Смотреть не советую.
Ад проституции, потонувший в блевотине
Сначала смотреть жутко. Потом муторно. Потом противно. А потом и вовсе скучно. 'Бойня блюющих куколок' - это полнейший антипод фильму 'Красотка' и книге 'Одиннадцать минут'. Здесь тема проституции доведена до абсурда. Во время просмотра мне не хотелось верить, что всё это правда - но самое страшное и омерзительное, что это правда. Во все века проститутки считались помойкой для спермы, а определение 'жрицы любви' - лишь пафосное прикрытие непрощаемого греха сношения. Вот только для одних половое сношение - определённая грань желания. Дальше можно не идти. Другим мало - и они прибегают к насилию, подчинению. А вот третьи... третьи именуются изощрёнными маньяками-извращенцами, не знающими боли и страха на себе, но активно пробующими предугадать это в других. Для таких зверей (люди?) жертвы - как муравьи, которых кто-то из нас имел смелость сжигать в детстве. Достоинство 'Бойни...' лишь в одном - она даёт поразмышлять, уйти в философские дебри, утонуть в депрессии. Но для меня и многих других этого мало. Мало, потому что погребено под литрами блевотины, крови и слёз. Возникает ощущение, что режиссёр (и сценарист, и продюсер, и монтажёр в одном испачканном лице) из всех примеров на свете отобрал самые несносные от своей безысходности, что он просто отсеял всё хорошее, удовлетворительное, плохое из мира и оставил только ужасное. То, чему нет объяснения. Он не задал зрителю вопросов и, соответственно, не придумал на них ответов. Просто показал всё самое ужасающее. Если маньяк - то ого-го какой маньяк, если садистские наклонности - то в крайней мере, если 'девушка по вызову' - то самое несчастное существо, ставшее подопытным кроликом всех видов боли. Ни капли надежды, ни капли оправдания, ни капли человечности. Черти в Аду сморщатся, увидев такое... Я не отрицаю, что в духовном плане фильм задел, даже очень задел. Возможно, после его просмотра я уже смотрю на мир совершенно другими глазами. И тут, конечно, существенный, ощутимый плюс. Однако... Однако я бы на месте Валентайна просто убрал все дико шокирующие сцены из хронометража (девяносто процентов). Не потому, что они неприятны (ещё мягко сказано). Потому, что они не нужны. Они и составляют ту самую бойню блюющих безумцев, сделавших своим хобби 'два пальца в рот - и весёлый свист'. На самом деле фильм о другом. О проституции, в конце концов. Незачем пилить кого-то на части, вырывать глаза и гадить ртом в унитазы. Это было лишним. Это уже как навязывание, как смакование слюней, соплей и прочей гадости. Издевательство над арт-хаусным жанром, над трешевой направленностью, в конце концов. А ведь можно было создать отличный псевдодокументальный проект! Первые и последние кадры 'Бойни...' вполне шедевры по отдельности от остального бессюжетного 'повествования'... Но мальчик по имени Люцифер Валентайн (чур меня, чур!) увлёкся не на шутку - и получилось месиво. Печаль, большая печаль... И знаете что? Блевать от фильма хочется. Причём в самом плохом смысле. 1 из 10
Welcome to Vomit Gore Hell
Вы хотите узреть самый настоящий Ад? Увидеть нечто столь запредельное и невыразимое, что любой ночной кошмар будет подобен невинной детской сказке? Утвердительный ответ предполагает многое и поэтому сейчас перед Вами будет разворачиваться дикий и кровавый хаос из рыхлых тел молодых (и не очень) проституток, которые в прямом смысле захлебнуться в обилии самых неприятных выделений тела. Как собственных, так и чужих - гулять так гулять. В кадре — уродливые, искаженные гримасами невыносимой боли, женские лица, с размазанной косметикой, с блуждающим в никуда взглядом пустых, ничего не выражающих глаз с окаменевшими чёрными зрачками. Агония человеческой ничтожности. Резкая смена плана — неудержимые потоки рвоты, вперемешку со слизью и кровью, сочащийся из ороговевшего от постоянных избиений эпителия смрадный пот, жирные грязные тела, купающиеся с оргиастическим сладострастием в собственных и чужих телесных выделениях. Кошмарные прелюдии. Очередная ломка кадра — крупный план, медленная расфокусировка — заливаясь густым багровым дождём крови, корчась в болезненных конвульсиях, человеческое лицо буквально растворяется, лишаясь скальпа. Дурманящий запах свежей крови бьёт в нос, ударяет своей терпкой сладостью, но это лишь начало. Но что присутствует вне этих нелицеприятных кадров? Кажется, что столь с наслаждением демонстрируемое кровавое месиво, испачканное для вящей мерзости максимальным количеством рвоты, отрицает вообще любые предпосылки не то что к предыстории, но даже к внятному нарративу. Минимизировав внутреннее, притаенное, лишь упомянутое вскользь перед тем как экран зальется кровью, спермой и прочей нутряной начинкой, Валентайн упирает на сугубо внешнее, обессмыслив нарратив в угоду всему дионисийскому, хтоническому и в сущности нигилистически отрицающему любые рамки обыденного кинематографического пространства. То есть назвать «Бойню блюющих куколок» фильмом тяжелее всего, так как режиссером попраны все основы киноязыка; его бесхитростный вокабуляр обсценен, антикультурологичен за счет тотального диктата гуро. Всеобщая смерть кинематографа произошла именно здесь, на фоне десадианской резни, сублимировавшей хаос в нечто не поддающееся никакому осмыслению. Креативность или психотика, революционность или ничтожность — бескомпромиссность мнений вокруг сего кинематографического выродка всего лишь подчеркнула тот факт, что «Бойня блюющих куколок» довела эстетику хоррора до тотальной низменности; это фильм-перевертыш, в котором от искусства ужаса не осталось ни искусства, ни ужаса, а сартровское понятие отвращения, социальной «тошноты» стало настолько физиологически зримым, что фильм в итоге лишь дико кривозеркалит той таящейся в недрах маргинального междумирья реальности, что она срастается плотью своей с вощеной лощенностью показного «большого мира». Проститутствующий расчлен от недосатаниста Валентайна играет адом в ещё больший ад, что существует на задворках общества, сводя весь экстремальный и экстремистский метанарратив к тривиальным десятии заповедям, нарушать которые, само собой, чревато. Та кинематографическая эстетика, на которую опирается в своём скандальном режиссерском дебюте «Бойня блюющих куколок» 2006 года некто нарекший себя Люцифер Валентайн, по сути своей столь очевидно иррациональна и экстремальна, что нуждается в определённых интертекстуальных прояснениях, без которых это отчасти лубочное вомитопорно будет восприниматься как исключительно неадекватная провокация, истинная цель которой не то что неясна, но и совершенно непонятна. Очистившись от шелухи чрезмерной выразительности, «Бойня блюющих куколок» кажется эдакой весьма нетривиальной попыткой передачи языка венского акционизма и ситуационизма на не лишенный нарочитой абстрактности язык радикального gore и извращенного порно. Доведя эстетику кровавейших акционистских дивертисментов до уровня абсурда, Люцифер Валентайн тесно увязывает своё творение как с японской манерой кинематографической трансгрессии, непрямо отсылая к агрессивно-перверсивным кунштюкам Шодзина Фукуи и Тамакичи Анару, их, впрочем, не превзойдя, так и с европейскими психоделическими шмурдяками Берроуза, Пи Орриджа и Monte Cazazza, ведь в общем-то кардинальных различий между псевдодокументальной дилогией «Настоящая кровь» и всей трилогией Валентайна практически нет. А значит нет и особой ценности по гамбургскому счету даже для андеграунда; неприкрытый анархизм Валентайна становится патологически инфантильным, а кроваво-сексуальный кошмар отдельно взятой проститутки из опустившихся институток вызывает во рту кислый привкус гаженной вторичности, преподнесенной в эстетике хтонически изощренного и хронически извращенного понимания самого шаблонного жанра из всех существующих
О какой философии вы говорите?
Посмотрел фильм только из интереса, ведь никогда еще не видел так называемые 'псевдо-снафф муви'. Конечно и во время, и после просмотра я пребывал в неком шоке. Такого отвращения не вызывал у меня еще ни один фильм, хотя я не слабонервный и смотрел раньше трэш, но уж это перебор товарищи. Сюжет, умещается в одном предложении: маньяк, более всего, страдающий кучей комплексов, вызывает к себе проституток с намерением медленно и очень жестоко их убить. И здесь нет никакого потаенного смысла, читать между строк нечего. А философией, о которой многие упоминают в своих отзывах, здесь совсем уж не пахнет. Снято в довольно смелом экспериментальном ключе. С конвульсивной манерой съёмки, постоянными перескоками и безумными вставками. Может кому-то это нравится, но меня ужасно раздражало. Нам постоянно показывают просмотренные ранее эпизоды, какие-то моменты, пытаясь увеличить хронометраж. Адски скучно! Актеры удивили уже тем, что согласились играть в этом ужасе, ведь мало кто согласится засовывать руки себе в рот чтобы вызывать рвотную реакцию, вам не кажется? 3 из 10
Он вскроет вам мозг… Но иногда это полезно…
Человек живет в подобии капсулы. Сознание тщательно оберегает наш мозг от разрушительных воздействий извне. Окружающий мир в нашем видении - это свое рода проекция - преломление объективной реальности через линзу нашей внутренней цензуры. Люцифер Валентайн взламывает эту самую естественную защиту и заставляет лицом к лицу столкнуться с явлениями о которых мы не знаем и не хотим знать. Просмотр этого фильма сродни изнасилованию зрителя, где воедино смешаны боль, страх, отвращение, беспомощность, страсть... На сколько такое проникновение разрушительно, каждый решает сам. Но по сути у зрителя нет выбора - или открыть для себя что-то новое, что не только имеет право на жизнь, но и существует где-то рядом в 'параллельных мирах' и не просто открыть, а еще и прочувствовать каждой клеточкой или выключить фильм. Однозначно - это авторское кино, заслуживающее внимания. Однозначно имеет смысл попробовать посмотреть - если вы увлекаетесь кино и хотите открыть для себя что-то новое. 5 из 10
Эстетика хтонического
Вы хотите узреть самый настоящий Ад? Увидеть нечто столь запредельное и невыразимое, что любой ночной кошмар будет подобен невинной детской сказке? Утвердительный ответ предполагает многое и поэтому сейчас перед Вами будет разворачиваться дикий и кровавый хаос из рыхлых тел молодых (и не очень) проституток, которые в прямом смысле захлебнутся в обилии самых неприятных выделений тела. Как собственных, так и чужих - гулять так гулять. В кадре - уродливые, искаженные гримасами невыносимой боли, женские лица, с размазанной косметикой, с блуждающим в никуда взглядом пустых, ничего не выражающих глаз с окаменевшими чёрными зрачками. Агония человеческой ничтожности. Резкая смена плана - неудержимые потоки рвоты, вперемешку со слизью и кровью, сочащийся из ороговевшего от постоянных избиений эпителия смрадный пот, жирные грязные тела, купающиеся с оргиастическим сладострастием в собственных и чужих телесных выделениях. Кошмарные прелюдии. Очередная ломка кадра - крупный план, медленная расфокусировка - заливаясь густым багровым дождём крови, корчась в болезненных конвульсиях, человеческое лицо буквально растворяется, лишаясь скальпа. Дурманящий запах свежей крови бьёт в нос, ударяет своей терпкой сладостью, но это лишь начало. Но что присутствует вне этих нелицеприятных кадров? Кажется, что столь с наслаждением демонстрируемое кровавое месиво, испачканное для вящей мерзости максимальным количеством рвоты, отрицает вообще любые предпосылки не то что к предыстории, но даже к внятному нарративу. Минимизировав внутреннее, притаенное, лишь упомянутое вскользь перед тем как экран зальется кровью, спермой и прочей нутряной начинкой, Валентайн упирает на сугубо внешнее, обессмыслив нарратив в угоду всему дионисийскому, хтоническому и в сущности нигилистически отрицающему любые рамки обыденного кинематографического пространства. То есть назвать 'Бойню блюющих куколок' фильмом тяжелее всего, так как режиссером попраны все основы киноязыка; его бесхитростный вокабуляр обсценен, антикультурологичен за счет тотального диктата гуро. Всеобщая смерть кинематографа произошла именно здесь, на фоне десадианской резни, сублимировавшей хаос в нечто не поддающееся никакому осмыслению. Креативность или психотика, революционность или ничтожность - бескомпромиссность мнений вокруг сего кинематографического выродка всего лишь подчеркнула тот факт, что 'Бойня блюющих куколок' довела эстетику хоррора до тотальной низменности; это фильм-перевертыш, в котором от искусства ужаса не осталось ни искусства, ни ужаса, а сартровское понятие отвращения, социальной 'тошноты' стало настолько физиологически зримым, что фильм в итоге лишь дико кривозеркалит той таящейся в недрах маргинального междумирья реальности, что она срастается плотью своей с вощеной лощенностью показного 'большого мира'. Проститутствующий расчлен от недосатаниста Валентайна играет адом в ещё больший ад, что существует на задворках общества, сводя весь экстремальный и экстремистский метанарратив к тривиальным десяти заповедям, нарушать которые, само собой, чревато. Та кинематографическая эстетика, на которую опирается в своём скандальном режиссерском дебюте 'Бойня блюющих куколок' 2006 года некто нарекший себя Люцифер Валентайн, по сути своей столь очевидно иррациональна и экстремальна, что нуждается в определённых интертекстуальных прояснениях, без которых это отчасти лубочное вомитопорно будет восприниматься как исключительно неадекватная провокация, истинная цель которой не то что неясна, но и совершенно непонятна. Очистившись от шелухи чрезмерной выразительности, 'Бойня блюющих куколок' кажется эдакой весьма нетривиальной попыткой передачи языка венского акционизма и ситуационизма на не лишенный нарочитой абстрактности язык радикального gore и извращенного порно. Доведя эстетику кровавейших акционистских дивертисментов до уровня абсурда, Люцифер Валентайн тесно увязывает своё творение как с японской манерой кинематографической трансгрессии, непрямо отсылая к агрессивно-перверсивным кунштюкам Шодзина Фукуи и Тамакичи Анару, их, впрочем, не превзойдя, так и с европейскими психоделическими шмурдяками Берроуза, Пи Орриджа и Monte Cazazza, ведь в общем-то кардинальных различий между псевдодокументальной дилогией 'Настоящая кровь' и всей трилогией Валентайна практически нет. А значит нет и особой ценности по гамбургскому счету даже для андеграунда; неприкрытый анархизм Валентайна становится патологически инфантильным, а кроваво-сексуальный кошмар отдельно взятой проститутки из опустившихся институток вызывает во рту кислый привкус гаженной вторичности, преподнесенной в эстетике хтонически изощренного и хронически извращенного понимания самого шаблонного жанра из всех существующих.
Скорее не блюющие куколки, а блюющий мужик
Только что посмотрел сие творение Люцифера Валентайна. Ну что ж сказать... Фильм скучный, вялый, неинтересный и совершенно не противный, а тем более не страшный, как говорили тут многие. Во время просмотра я даже посмеялся из-за дешеых и некачественных спецэффектов. Это даже не фильм, это видео, весьма дешевое, которое нельзя причислить к числу ужасов. Это какая-то психологическая драма, с уклоном в блевотно-кровяно-мясной слэшер с долей сатанизма. Главный минус этого фильма - сюжет. Главной героине (Анжеле Абердин), страдающей булемией и еще каким-то нервным расстройством, снятся сны и видятся галлюцинации о том, как какой-то жирный мужик решил избавится от своего веса хорошенько проблевавшись. А вызвать рвотные массы он решил убийством стриптизерш-проституток (коллег главной героини). Бред? О, да! И все это приправлено дешевой искусственной кровью и блевотиной. А вот звук меня очень порадовал. Этот скрежет, крики жертв и музыка создают особую атмосферу, которая заставляет досмотреть этот фильм до конца. Отдельное спасибо за голос главной героини. Создается впечатление, что в нее действительно вселился дьявол. Операторская работа грубая, камера трясется; монжаж грубый и рваный, но это только придает фильму определенный шарм. Отлично со своей ролью справилась Амеара Лавей. Анжелу действительно жалко. По ее убедительным и правдоподобным жалостливым репликам я скучал, когда показывали сцены казни. Анжела Абедин - это лучшее что есть в этом фильме. Крайнее отвращение вызвал маньяк. Жирный, жестокий, с каннибальскими повадками, который уничтожает девушек физически и морально (сцена с гитарой). Я так понял, Люцифер Валентайн хотел показать, что человечество живет в пучине ада. Что сатана (маньяк), вершит судьбами людей. Он забирает тела проституток и наказывает за их грехи. А самоубийство Анжелы говорит о том, что в этом мире не осталось ничего доброго и светлого, что весь мир теперь это ад. В общем не знаю, что поставить фильму... за Анжелу, за маньяка и за мораль, а так же за звук, камеру и монтаж я ставлю: 6 из 10 P.S. Думаю с бюджетом в 100000$ фильм получился не плохим.
Фильм с самым честным названием или Weicome to the Vomit Gore Hell
Вы хотите узреть самый настоящий Ад? Увидеть нечто столь запредельное и невыразимое, что любой ночной кошмар будет подобен невинной детской сказке? Утвердительный ответ предполагает многое и поэтому сейчас перед Вами будет разворачиваться дикий и кровавый хаос из рыхлых тел молодых(и не очень) проституток, которые в прямом смысле захлебнуться в обилии неприятных выделений тела. Фильм 'Бойня блюющих куколок', снятый в 2006 году американским режиссером, скрывшемся под сатанинским псевдонимом Люцифер Валентайн. на данный момент стал культовым в узким андеграундных кругах. Определенный своим достопочтенным создателем жанрово как 'vomit gore', данный фильм представляет из себя самый настоящий психоделический аттракцион из сцен насилия, предельно жестких и натуралистичных, как для картины с бюджетом в 100000 долларов, приправленных к тому же обилием рвотных масс. от лицезрения которых нормальный зритель устанет(видеоряд фильма все-таки довольно однообразен, хотя и подкреплен сумасшедшим и весьма эффектным монтажом) и от дикого отвращения просто перестанет смотреть данное творение. По сути Люцифер Валентайн показал в своей картине самый настоящий Ад, в котором вынужденно обитают жрицы любви. изрядно все утрировав и доведя до кровавого абсурда все происходящее. Оценивать такие аспекты фильма, как актерская игра или режиссура, довольно сложно, ибо, за редким исключением, персонажи говорят мало и полную бессмыслицу, а все остальное время и без того непродолжительного хронометража 'Бойни блюющих куколок' составляет тот самый 'vomit gore'. 'Бойня блюющих куколок' - это скорее антикино, пример антиэстетики в показе насилия, еще одно из проявлений псевдоснаффа, столь распространенного сейчас и приобретающего все большую известность и популярность. Поклонники и даже ценители такого кино имеются, поэтому именно им я и рекомендую этот фильм и, думаю, Вы получите незабываемые ощущения. 6 из 10
КОММЕНТАРИИ