Вокруг света под водой

Вдохновляющая и пугающая, открытая и загадочная, грозная и нежная, безжизненная и густо заселённая. Множество эпитетов всплывает на поверхность, когда хочется дать характеристику великой водной короны нашей матушки Земли. Но это обилие, даже взятое всем скопом, даст только самое примерное представление об огромных пространствах, давно облюбованных человеком для своих нужд, но при этом остающихся малоисследованными из-за многочисленных сложностей. Главная из них - отсутствие значимой мотивации, равнодушие и вечная самоуспокоенность, заставляющая людей довольствоваться малым. К счастью, во все времена находились подвижники, силами которых открывались новые способы покорять неизведанное, а великолепные мастера искусства воспевали находящийся рядом с нами дивный мир, способный поражать воображение бессчётное количество раз, пусть порой и выполняя страдательные функции во всех смыслах этого слова. О подобном техногенном «общении» человека и стихии рассказывает примечательная американская картина «Вокруг света под водой», много почерпнувшая из светлой хроники приключений и открытий Жюля Верна. Научно-фантастическая направленность ленты при этом поразительно соприкасается с произведениями советской фантастики «ближнего прицела» (или «ближнего предела»). Все признаки налицо - тут вам и замах на недалёкое будущее, основанный на уже имеющихся достижениях, и стремление разбудить интерес публики к научно-техническому прогрессу, и ставка на общее воздействие происходящих событий, а не тонкую проработанность образов. В этом отношении работа опытного режиссёра Эндрю Мартона, до того приложившего руку к военному эпику «Самый долгий день» и жанрово близким подземным пертурбациям в «Разлом земной коры» (1965), по-своему уникальна, идя вразрез с запросами Голливуда, постоянно требующего развлекать. Именно по этой причине рекламный постер фильма в свойственной кинодельцам манере откровенно манипулируют зрителем, хотя и отталкивается от реальных сцен. Без всяких лишних сантиментов и финтифлюшек, Мартон уверенно ведёт повествование, целиком сосредоточенное на миссии храбрых учёных, способной оказать неоценимую услугу человечеству, страдающему от непредсказуемых землетрясений, но и грозящей всевозможными рисками тем, кто за неё взялся. Не ищите здесь постоянных схваток с коварными врагами, полчищ кошмарных чудовищ, сверкающих подводных городов с прекрасными принцессами, и всего остального, что увело бы внимание от сути происходящего. Стараясь не размывать реалистичные черты, постановщик строит вторичную интригу на взаимоотношениях персонажей, некоторые из которых имеют различные особенности, способные испортить дело. Особенно в этом отношении выделяется электронщик-изобретатель в исполнении Дэвида Маккаллума, имеющий отдельный интерес в длительном подводном путешествии, и частенько заставляющий товарищей сомневаться в его надёжности. Ещё одним оживляющим сюжет элементом является героиня Ширли Итон, «золотой девушки» Джеймса Бонда из «Голдфингер». Вообще, такое явное погружение женского образа в мужской коллектив обычно выглядит искусственной стимуляцией истории, особенно такой, как эта, но Мартону удаётся сделать такой ход полностью оправданным. В конце концов, лёгкая интрига совершенно не мешает действию двигаться своим чередом, делая его чуть более ярким и менее односложным, что при почти двухчасовом хронометраже и отсутствии притянутого за уши экшена имеет важную значимость. Впрочем, без чудовища всё-таки не обойдётся, только вот при небольшом бюджете создатели выкрутились с ним по-простому, без изысков. К слову, сумма, выделенная на съёмки картины, претендующей на, как минимум, среднюю масштабность, неприятно удивляет, но гораздо больше удивления, и на этот раз с положительным зарядом, вызывает то, как грамотно и практически незаметно Мартону удалось скрыть этот изъян. Умелое использование антуража подводного судна, операторская работа Клиффа Поланда-младшего, включая замечательные подводные съёмки, которыми отдельно руководил матёрый специалист Рику Браунинг, когда-то в прямом смысле примеривший шкуру культового монстра из «Чудовище Чёрной лагуны», напоминают, что самым опасным в искусстве является не малое финансирование, а дешёвое отношение к делу. Единственной сомнительной слабостью картины является её стерильная нацеленность в сторону научного энтузиазма, предсказуемо оттолкнувшего значительную часть публики, ожидающую приключений ради приключений. Но может ли называться слабостью и наивностью вера в человеческий разум, заставляющая выдающиеся умы мечтать и создавать, расчищая путь плетущемуся далеко позади обществу потребления? Логика подсказывает, что главная слабость как раз среди плетущихся. Это означает, что «Around the World by the Sea», хотя и не является шедевром в частностях, безупречен в целом. А ещё он способен овеять добрым теплом всех тех, кто зачитывался и проникался романтикой странствий и свершений захватывающих романов Верна с его «Плавающим городом» и незабвенным «Наутилусом», Конан-Дойла с его «Маракотовой бездной», Александра Беляева с его «Подводными земледельцами» или «ближне-прицельных» классиков, таких, как Адамов и Охотников. Повстречать такое произведение среди полу-забытых картин само по себе дорого стоит, но ещё дороже несомое им послание о глобальной взаимовыручке и познании окружающего мира, которые только и способны сохранить человечество на плаву. 8 из 10