Дружеское увещевание

Я увидел этот фильм в трех измерениях, лишь частично связанных друг с другом. Поэтому, дифференцировав их, я приступлю к описанию: #1. Измерение первое - зритель Перед нами весьма и весьма заурядное кино. Привычная для американского кинематографа затянутая структура 'южного' вестерна упирается в неожиданное отсутствие стрельбы на протяжении большей части фильма. Все дело в том, что семья владельцев имения, вокруг которых и строится повествование, придерживаются много лет простой заповеди - 'не убий'. На фоне разгорающейся войны между Севером и Югом, все их традиции могут показаться реликтовыми, но Уайлер не станет ничего пропагандировать. Расскажет лишь историю. Очевидно, что вся монотонность вела нас к сцене стрельбы - молодому наследнику династии придется познать войну. Справится ли он со своим первым боем? Дорого ли дастся ему первый выстрел? А что, если ему суждено погибнуть? Тут то и развернется настоящая интрига, правда фильм уже будет подходить к концу. Все герои окажутся перед нелегким выбором. Идеалы пацифизма сама жизнь поставит под угрозу. Другое дело, что вся динамика начинает происходить минут за двадцать пять до конца картины. Это и вызывает самые большие вопросы. Концовка конечно разыграна безупречно, что сглаживает картину. Но едва ли тут можно говорить о чем-то выдающемся. #2. Измерение второе - фестиваль Этот фильм получил широкое признание после получения Гран-При в Каннах. Ко многому обязывает. Однако, по всем уважении, едва ли кино может быть само по себе интересно. Конечно интересно поразмышлять о войне и мире, идеалах любви к ближнему, смотря на мужественных героев Гэри Купера и Энтони Перкинса, но все ведь весьма поверхностно и прямолинейно. Сама жизнь так складывается, что убежденные 'толстовцы' вынуждены применять силу. В тот год в Каннах были похоже куда более интересные работы: 'Канал' Вайды, 'Ночи Кабирии' и 'Приговоренный к смерти' Брессона. И это я еще не упомянул про 'Седьмую печать'. Так что, не иначе как к недоразумению к этом Гран-При я и не могу относиться. #3. Измерение третье - в рамках кинематографических архетипов Если проложить параллель между ролью в этом фильме и другой, самой известной работой Энтони Перкинса, то получится очень интересная связь. Заметив ее я даже поднял фильму оценку. Посудите сами. Если представить, что мы видим молодость Нормана Бэйтса, то все выходит более чем пикантно. Грозная фигура отца, которая уравновешивается весьма властной и своевольной матерью. Строгий запрет на насилие, который семья в сущности не соблюдает (как выясняется по итогам фильма). Ну и, разумеется, первое убийство, которого герой Перкинса противился. Видно, как разум борется с инстинктами, а Ид с Супер-Эго - именно в 'Дружеском увещевании' Перкинс показал нам того самого Нормана Бэйтса. Лучше и не придумаешь. 6 из 10