Ребенку дают слабительное

'Ребенку дают слабительное' - первый звуковой фильм великого Жана Ренуара, любимого режиссера Орсона Уэллса и Франсуа Трюффо, экранизация популярной пьесы Жоржа Фейдо, автора небезызвестных комедий 'Дамский портной' и 'Ключ от спальни' (экранизированной Рязановым). Ренуар, снявший почти десяток немых кинокартин, как-то самокритично сказал: 'За это время я снял всего один фильм - 'Нана'; остальное - это спорт и коммерция'. Фильм, в котором сюжет крутится вокруг мелкого спиногрыза, отчаянно не желающего принимать слабительное, можно отнести и к разряду коммерческих безделушек, и просто картин, снятых из спортивного интереса. Ренуар только учился работать со звуком, и для подобного эксперимента пьеса Фейдо вполне подошла. Рук мастера, создавшего гениальную 'Великую иллюзию' здесь не чувствуется, да и не должно, пожалуй, и комедию эту вполне мог поставить любой ремесленник, но поставил Ренуар, обеспечив к ленте определенный интерес и даже места на полках отчаянных киноманов. Самое удивительное, что удалось Ренуару - это обмануть почтенных зрителей, уверив, что перед ними, во-первых, фильм, а, во-вторых, фильм звуковой. По форме - это типичный водевиль, построенный на разницах характеров и комичных попытках преодолеть некое обстоятельство, коим и выступает злосчастный десятилетний обормот, который никак не может, пардон, облегчиться. По сути - абсолютный театр, снятый безыскусно и просто, без особых операторских и режиссерских изысков, как снимают телеспектакли, уделяя все внимание актерам. Локация одна, актеров в кадре 6, 5 штук (считая мелкого), в качестве подсобного материала, раскрывающего сложные взаимоотношения в семье и вызывающее вылезание всех скелетов из шкафов, выступают ночные горшки и слабительное, которые по старой водевильной привычке обязательно выпьют все, кроме виновника торжества! В общем, пьеса достаточно смешная, и, скажем так, с не имеющим срока годности юмором - простоватым, но действенным. Актеры играют по-театральному широко, как в немом кино, стремясь к немыслимо активной жестикуляции и преувеличенной внешней выразительности. Поэтому я и сказал, что Ренуар обманул всех, подсунув по сути немой фильм в качестве звукового. Мизансцены тоже нарочито театральны, но яркие характерные актеры разыгрывают свой водевиль весьма неплохо, и не раз дают повод посмеяться над глупостью и нелепостью своих персонажей. В 19-м веке правилом хорошего тона считалось делать водевили в качестве бенефиса какого-нибудь известного актера. Этот фильм, по сути, стал бенефисом восхитительного Мишеля Симона, который, хоть и не делает ничего особенного, просто настолько хорош в роли глуповатого увальня-рогоносца (к тому же играет тоньше и без театральщины), что затмевает собой отчаянно гримасничающих главных героев. Маргарита Пьерри в роли хамоватой грамогласной еврейской мамаши, дефилирующей по дому в халате и спущенных чулках и шпыняющей своего мужа, Жак Лувиньи - в роли неугомонного бизнесмена, пытающегося продать армии миллион ночных горшков из небьющегося фарфора, который для небьющегося слишком хорошо бьется и даже Фернандель сверкнул своей лошадиной улыбкой в эпизодической но весьма забавной роли любовника жены героя Симона. На всю эту суету вполне имеет смысл смотреть при любви к пьесам Фейдо (а они смешные), при желании постичь развитие карьер Ренуара, Симона и Фернанделя и при желании посмотреть короткий, глупый, но смешной и добродушный диалоговый водевильчик - абсолютно ненавязчивый и необязатлеьный. Ренуар в фильме полностью отделился от французского киноавангарда, с которым его в то время, в основном, связывали, и позволил себе расслабиться, основное внимание уделив работе со звуком. Самой же лучшей наградой этому фильму стал смех зрителей, который нет-нет, да и пробивается через толщу времени и экрана к своим 'виновникам'. 7 из 10