Небо в алмазах

Сюрреализм девяностых. Мешанина из видов Москвы, перестрелок, мафии, смертей с загробными вставками, чернокожего младенца в коробке и духовных исканий криминального, но неоднозначного, романтизированного и, конечно же, скорее хорошего, чем плохого главного героя. Превращающийся в ракету фонтан и фантастическая опера с толпой омоновцев на скамьях. Гафт в роли несимпатичного заместителя министра. Наверное, в прежние годы в этом искали драму, смысл, глубину. Но я увидела, прежде всего, конвульсии погибающего, уже погибшего Советского Союза, на останках которого, с его фонами и символикой, стали взахлёб снимать фильмы о ночных бабочках и киллерах. И обязательно — ёрничество, претендующее на философию: Чехов, его друг Коперник, карикатурная полиция (милиция тогда ещё), Аэлита и Ихтиандр — герои великих писателей-фантастов… да плюс Шариков-Толоконников в высокопоставленной роли. И неслучайно Шариков, потому что замах на булгаковщину (помним Берлиоза и Жоржа Бенгальского) здесь определённо чувствуется. Какой букет, какое амбрэ. Это не самый плохой представитель жанра, нет. В конце концов, в нём играют недурные актёры, из которых я, как ни странно, выделила бы Анжелику Варум. Ей отлично удался образ взбалмошной, не от мира сего женщины. К сожалению, только опера, изобретённая ею, подкачала: воплотили её довольно убого, а вот рассказывала Варум о музыке в своей голове очень хорошо. Сигалова — всё-таки не актриса, а балерина, в первую очередь, и это чувствуется, и хотя держалась она достойно, лучше всего ей удавались проходки и танцевальные моменты. Ещё понравился Сукачёв — может, он и играл собственный характер, но играл от души, с наслаждением. Есть нечто комичное в поднятом конфликте литератора и издателя — странно, почему вдруг режиссёра взволновало это, может, тут есть что-то личное — и наказании издателя от лица «литераторов». Занятно также, что добронравный поэт (кстати, симпатичный персонаж) поднялся в итоге, однако руководить ему в фильме не дали – остался в роли почётной прислуги. Порадовало, что несчастный случайный актёр уцелел благодаря достаточно остроумному ходу сценаристов. И, опираясь на эту ситуацию, можно сказать, что есть в фильме проблески добра. Но есть и отталкивающие сцены, от которых остаётся мерзковатый осадок – например, итоговый эпизод с любовницей Гафта-замминистра. Не всё осталось понятным мне в итоге. Почему Сигалова говорит по поводу издателя «Нас опередили?» Какое ей дело-то до издателя? И что за финт в конце произошёл с машиной, зачем, почему? И вроде бы счастливый финал. Или нет? Фильм с лёгкостью порхает от эпизода к эпизоду, производя впечатление калейдоскопа, но на самом деле сюжет вполне линеен. Сопровождается это очень уместным «классическим» музыкальным аккомпанементом. Странное это было кушанье, переварить его с непривычки непросто, и уж очень веет шальными девяностыми. Однако Сигалова, Варум и Сукачёв — плюсики к фильму. Ради них хотя бы стоило на него взглянуть.