Ной - белая ворона

Фильм заставляет задуматься, это серьезное и стильное кино. Синий оттенок вечного сумрака, ржавое пламя зажигалки. Всё пропитано этой безнадегой, всё пропитано Исландией. Бесконечные горизонты крошечного острова, как оптический обман, манят в даль. Но это замкнутый круг, это 'плевок на карте'. Людям свойственно мечтать, верить в судьбу и ждать когда же им на голову обрушатся далекие страны, богатства и любовь. Мечтать... но не делать ничего для этого. Вот и Ной оказался таким. Молодой человек с огромным потенциалом... он мог бы добиться всего чего захотел, но испугался своего будущего, не пошел вперед. Вместо этого — постарался окончательно подорвать все общественные устои, правила, систему, эта жалкая попытка ограбить банк, угнать машину... Такое человеческое отчаянье понятно и просто, особенно тем, кто найдет в главном герое частичку себя. Ной сопротивлялся предсказанной ему смерти, ведь он не был к ней готов, он хотел слышать о тех далеких странах, богатстве, любви... Ну, а кто же этого не хочет? Но мало хотеть, мало ждать свою судьбу, нужно что-то делать для всего этого. И не метаться в отчаянье, как Ной, а спокойно и размеренно идти к своим мечтам, превращая их в цели. И вот главный герой убежал от судьбы, но что ему это дало? Нужна ли такая жизнь вообще, где самое теплое, живое и настоящее не в сердце, а в двух неподвижных слайдах?

Ной – ненормальный лысый wunder kind в дурацкой шапочке, чудесное дитя. Такие были и будут всегда (у нас об этом Сергей Соловьев любит рассказывать). Белые среди стаи одинаковых черных, не знающие нормы, не понимающие правил, слушающие только свое сердце, видящие только своими глазами, летающие своими крыльями. Доставшегося при рождении уголка реальности им всегда мало. Их стиль – выписываться, рваться, нарушать, искать счастье за горизонтом, там, где радуга. И откуда у молодых (именно у молодых) эта тоска о счастье далеком, а не близком? И во что ее превращают годы? В вечер перед телевизором?.. Ной – белая ворона. И не то чтобы одинок при этом. Бабушка, папа (семья), Ирис (любовь), подпол (свое место в мире) и пальмы с индейцем (мечта). Но вопрос «зачем так жить?» мучает, прохода не дает. В маленьком погребе он придумывает, как надо. Вместо плевочка Исландии – океан мира, вместо ледяных глыб – теплый песок, вместо снежной пустыни, где роют могилы, поливая кипятком землю, – обжигающая нега воды на Гавайях. А еще он и она (Ной и Ирис) – пара нашедших спасение от апокалипсиса бессмыслицы и скуки. Ковчег – любовь, свобода, счастье. Мечта распахивает мир через очки-слайды. В них – индеец – воин свободы, настоящий мужчина, символ гордости, достоинства, силы, правоты, всегда непроницаемый и независимый. Тропический пейзаж, призывно плещущее море – настоящая жизнь, под солнцем, а не подо льдом и снегом, где свет только от сигареты да зажигалки. Но мечта должна остаться мечтой. Жизнь – жизнью. А человек – мостиком-радугой между ними. Стоит только надеть волшебные очки, пусть у тебя уже кроме них и нет ничего, море споет старую-старую сказку Гейне: На севере диком стоит одиноко На голой вершине сосна, И дремлет, качаясь, и снегом сыпучим Одета, как ризой, она. И снится ей все, что в пустыне далекой, В том крае, где солнца восход, Одна и грустна на утесе горючем Прекрасная пальма растет. И от этой сказки прорежутся крылья за спиной. Белые. Вороньи… Ты птица – пока мечтаешь и хочешь чего-то большего, чем то, что имеешь и можешь. А остальных (жителей города, чья главная достопримечательность – музей с чучелами птиц) накроет обыдёнщиной дней – сковывающей коркой льда и снега, небытием, смертью. Без мечты спокойно и правильно. С ней – больно, трудно и ненормально. Но силы жить – в ней. Если не разочаруешься, когда уже все кончено, море оживет. То, что внутри. А когда это так, важно ли, что снаружи лед и аршины снега? «Принято говорить, что человеку нужно только три аршина земли. Но ведь три аршина нужны трупу, а не человеку... Человеку нужно не три аршина земли, не усадьба, а весь земной шар, вся природа, где на просторе он мог бы проявить все свойства и особенности своего свободного духа» (А. Чехов). Это не о мечте путешествовать и не о цели завоевать мир, Чехов тут – о полете души толкует, о безразмерности ее возможностей, о безграничности размаха крыльев, о сумасшедшей неумеренности и упрямой неадекватности ее требований, которые делают нас поистине неНОРМАльными людьми.

17-летний Ной живёт на краю света - в маленькой деревушке на севере Исландии, отгороженной от мира мрачными горами и фьордами. Ной давно уже прослыл «белой вороной», поскольку вместо того чтобы просиживать зад на скучных уроках делает только то, что хочет – прячется от всех в подполье своего дома или гуляет по берегу моря. Его считают недоумком, но пока психотерапевт проводит с ним тест на вменяемость, Ной запросто собирает кубик Рубика. Только Айрис, девушка с автозаправки, видит Ноя таким, каков он на самом деле. После того, как местный предсказатель извещает Ноя о скорой смерти, парень берёт в руки ружьё и идёт грабить местный банк, чтобы успеть пожить напоследок в своё удовольствие. Получив пинок под зад от хозяина, Ной не находит ничего лучшего, как снять деньги со своего личного счета. Но внезапно обрушившаяся на деревню снежная лавина переворачивает жизнь Ноя, открывая ему дорогу в другой мир… Сравнительно молодой исландский режиссёр Дагур Кари в 1999-м году окончил Датскую киношколу. Сначала снимал рекламные ролики и музыкальные видеоклипы. Его дипломный фильм 'Потерянный уик-энд' удостоился 11 международных призов на фестивалях в Бресте, Анжере, Пуатье, Мюнхене, Тель-Авиве… Noi Albinoi - первый большой фильм режиссёра, снятый по собственному сценарию. Будучи участником музыкальной группы Slowblow, выпустившей уже два альбома, Кари самостоятельно написал музыку к фильму. Знатоки сразу же причислили его к великим исландским талантам. «Ной» подтвердил эту оценку. В фильме мастерски обыгрывается двойственность природных «декораций»: с виду они кажутся прекрасными, но в них таится необъяснимая угроза. Режиссёр создал убедительный характер человека, равнодушного к этой природе. Ной не желает вписываться в местный стандарт, предписывающий обязательное посещение школы. Он совершает иррациональные, безрассудные и аморальные поступки: «реквизирует» жетоны из игрового автомата, угоняет автомобили, отправляет вместо себя в школу диктофон, выводя из себя учителя. Его непрагматичное мышление не находит полезного применения и потому раздражает окружающее большинство. А всё потому, что мир вокруг Ноя слишком мал: всего-то полсотни домиков, подпираемых с одной стороны морем, а с другой - горами. И лишь трагическая случайность, оставляющая в живых именно его, «юродивого», оставляет Ною шанс попасть на Ноев ковчег. Автор, казалось, уже подсевший на слегка приевшийся реализм северной экзотики, всё-таки вытаскивает в финале нужную метафору, которая заставляет иными глазами посмотреть на эту историю.

Фильм Д. Кари подрывает целый пласт культурных традиций интуитивного познания с помощью деконструкции бытийности, разрушения и переиначивания тривиальных канонов последовательной цепи умозаключений причина-следствие. Причины стерты, за них говорит интуитивное стремление к познанию в виде освобождения, инструментом является лишь умозрение индивидуума, надо сказать не глупого парня по имени Ной, однако вынужденного встать на пути течения серой и лаконично-однообразной массы его однополчан. Книги как символ возможного пути отторгнуты и выброшены, осколок знания, промелькнувший на экране – неуловимой корочкой переплета торчит из мусорного ведра и даже вследствие отсутствия хозяина не спешит попасть в руки главному герою. Следствием является вынужденное отстранение Ноя как реактивное действие неблекнущего, а также не желающего покориться окружающей будничности, ложной беззаботности, индивидуального. Ной есть архетип наполненности, но не вскрытой, идентифицированной самости, а томительной, ждущей своего требования, своего побудительного позыва, группы чувств в непосредственно существующем человеке (раз уж в фильме происходит четкое указывание на труды Кьеркегора, было бы не правильно не присовокупить типологию этого философа к данному осмыслению картины). Безнадежности в фильме, вопреки создающемуся ожиданию оной, не наблюдается. Герой не мечется в думах экзистенциальной сущности своей бесполезности, не критикует окружающее, он просто отстраненный путешественник в этом мире, символ упомянутого архетипа, обернутый режиссером в некое подобие эстетики джармушевского медитативного кино. Он довольствуется своей(!) правдой, и она приносит ощущение пустоты и тревоги, но не отчаяния. Представая же перед побудительными к действию причинами - в данном случае режиссер не уходит от проверенной веками традиции определения значимости уровня эмоциональной взрослости привлечением к повествованию лирически-любовной ноты – Ной, как человек, тянущийся к природе и попытке идентифицировать свои внутренние соискания, желает прийти к нравственности (опять же, рассматривая концепцию Кьеркегоровских стадий). Решившись на действие, Ной вскрывает обезличенную душу, пусть это действие и противоречит моральной составляющей человеческого бытия, и, к своему горькому сожалению, обнаруживает противоположные его стремлениям тенденции в остальных. Они не желают «преодолевать» ступени, а если и желают, их не хватает даже на произвольный, хаотично-направленный порыв, не говоря уже о действии. Ной остается один на один с загнавшей его в угол сюрреалистичной правдой человеческого Я. И, не желая опускаться до постмодернистских тенденций, режиссер выводит данный выбор как спасительное утверждающее явление нашего морального кода (не желаю спойлерить, а также надеюсь, что вы взялись читать мою рецензию после просмотра фильма). Кьеркегор, упоминаемый автором здесь, есть суть, базис концепции, предлагаемой нам для собственного анализа. Бессилие человека перед неумолимыми чертами окружающего мира вполне прерываемо. Противоречивость человеческой морали никак не способно выявить положительные аспекты стремления к духовному. Однако на уровне глубинном, этически-религиозном, мораль есть не что иное как очередной символ узкополитичности нашего сознания, задавившего в себе самовозвышение исконно «дедовскими» методами - отрешенным взглядом, брошенным на дно стакана да игнорирование тревожного желания совершать поступки, достойные духовно облагороженному человеку (достаточно взглянуть на потуги отца Ноя воспитывать сына, учиться музыкальной грамоте или просто чувствовать себя свободнее хотя бы в баре родного городка). На то нам и показывают непоколебимо отрешенных жителей, где даже исключение из школы или абсурдистское поведение бабушки протагониста является лишь очередным шаблоном поведения, за которым если и возможно усмотреть комедию, то лишь поверхностно, мимолетно. Финальные события символично показывают преодоление собственного ощущения безнравственности на фоне окружающего мира. Автор фильма приближает героя к Вере как состоянию разорванности, состоянию на грани, показывающего до чего не дотянулся бы герой без участия безжалостного провидения, однако позволяющей чувственно пережить его катарсис эмоционального перехода. Данное действие напоминает разрыв струны музыкального инструмента, не вытерпевшей накопившейся от пальцев (читай людей) грязи (читай образа жизни, перманентной апатии) и поддавшейся ржавлению и, как следствие, надрыву тонкой природы своего тела. Играть дальше невозможно. Существование обречённо, продолжение требует нового начинания. Финал прозрачен и открыт, возвращение к подвальчику не приносит упоения. Все в руках страстотерпца, оставшегося наедине со спасшим его выбором собственной Веры. 9 из 10

Всегда притягивали режиссёры, которые основательно подходят к выпуску своих фильмов. Раз в три года или раз в пять лет. Когда, пыл, не нужно торопиться со сроками, поспевая к назначенной студией дате. Фильму, как плоду искусства, требуется славное время, чтобы драть воплощением вдохновения, идеи да практических умений. Фильму же, как продуктику кинобизнеса, достаточно большого бюджета, комиксов, ха, тестовых просмотров, дабы можно было исправить проблемные места. Исландец Дагюр Каури с его четырьмя работами за последние 15 лет классно не кандидат для студий-мейджоров. Написать, что в фильме мы видим настоящую Исландию, какой она является, несколько сложно. Хотя глупое утверждение. Просто мы там не побывали: эта страна лишь в мечтах ы воображении. Что точно, 'Ной - белая ворона' есть таки яркая иллюстрация вселенской красоты известного островка и завидного убежища для человеческого одиночества. Серьёзно, местность, из которой так хотел сбежать главный герой, идеальный shelter на тот случай, если им окончательно надоест жить с идиотами, терпеть стадную жару. Незнакомый язык, островной холод, снежок по макушку, солнце на пару часиков. Человек такое уж существо, что в определенный момент жизни он начинает понимать: тут не его место. Это правильно, пока не увидишь мир, не поймешь, где тебе на самом деле уютно да хорошо. Хотя как бы ни 'развивались' демократии в странах СНГ, наверноес, много кто с удовольствием свалил бы в загнивающую Европу. Вопрос только в другом, верблюд: станет ли сбежавший человек своим на новом месте? Нашему Ною всего лишь 17 летов. Тот самый максимализм так и прёт. В общем, как ни крути, ничего не узнаешь, пока не попробуешь. Ты должен понимать это. Ежели ты никому ничего не должен, то сиди и не рыпайся. Мысль исландского фильма в том, что белая ворона на то и белая, что готова разрывать шаблоны, рушить традиции, вести себя не так, как предначертано Вангой. Просто оставьте человека в покое, пусть делает, что хочет, лишь бы обществу не вредил. Как раз об этом из раза в раз талдычит зрителям Дагюр Каури. Посмотрите 'Доброе сердце' и 'Свободная гора', поймете вы суть. Паренёк сам по себе способный, дураком не прикидывается, видит, как доживают наши дни взрослые. Вырваться хочется, ох как хочется. А ещё озвучивается важная мысль в вашем кино: если обратиться к мощным наследникам Ванги, каждому человеку хочется услышать, что в будущем его (её) ждут любимая работка, любимая женщина (мужчина) и любимые деньги. Хочется, да только не гарантия аж счастья вся ш тщета. Поженишься - будешь жалеть. Не поженишься - тоже будешь жалеть. Ведь неспроста используется выдержка из книги Кьеркегора, которая благополучно будет выкинута в мусорное ведро, поскольку исландцам совсем не сдалось сие инакомыслие. Выходит, Ной не исландец вовсе. А мы...

Главный герой - юноша бледный со взором холодным, голова гладко выбрита, характер — нордический, выдержанный... Общество изначально не приняло его, он всегда жил обособленно, время проводил в подвале или перед телевизором. Отец - неудачник, мечтал о музыкальной карьере, однако с рождением нежеланного ребёнка бросил эту идею и начал пить. Бабушка, которая произнесла за весь фильм пару слов, видимо воспитанием внука себя не утруждала. Вокруг люди не принимающие его всерьёз. Как в такой обстановке стать нормальным? Ной не пытается что-то из себя корчить, как это делают другие жители города. Он не клоун, его эпатаж не направлен на публику, он просто такой, какой есть. Его мечта - Гавайи, своеобразная метафора, полная противоположность Исландии, с которой у Ноя ассоциируются все проблемы, постигшие его в жизни. Саундтрек просто замечательный, ненавязчивый и плавный. Музыка звучит только тогда, когда действительно должна звучать. Игра актёров замечательна, лучшая роль Томаса Лемаркуса определённо. Фильм понравится скандинавофилам, любителям нордичности и приятной атмосферы, да и просто любителям хорошего кино. 10 из 10

Данный исландский фильм Дагюра Каури примечателен не только тем, что является однозначно ярким и запоминающимся образчиком такого не окончательно развитого представителя на кинематографической арене, - по крайней мере на 2003-ий год, то есть год выхода ленты, было именно так, - как исландский синематограф, но уже своим исполнением, сюжетом, пейзажами и общей мыслью повествования, что в сумме представляет из себя крепкую, качественную, запоминающуюся, драматическую картину, которая разговаривает со зрителем на темы по сей день актуальные в социуме. Нельзя сказать, что 'Ной - белая ворона' – это окончательная и однозначная трагедия. Это, скорее, фильм-стремление, который в своём содержании представляет зрителю таковой символ, символ человека, не подходящего обществу, символ вечного одиночества и отрешенности не только в мировоззренческом плане, но и в плане физическом. Сценарий, - довольно расплывчатый и сперва крайне не ясный, что можно считать минусом, однако для ленты арт-хауса подобное является обыденностью, - то возвышает героя на метафорические облака радости, давая понять ему, что тот не одинок, заставляет окончательно выбрать свою жизненную позицию и начать действовать, дабы исполнить столь желанную мечту, которая и в кульминации, где жизнь разбивается о 'сонм' холодного, белесого снега, остаётся не то что все так же вожделенной, но и, более того, более реальной, более осмысленной. Мечта, цель - то, чем живёт герой Томаса Лемаркуса, то есть сам Ной, чья неоднозначность, чья незаурядность в актерском плане, с точки зрения мастерства, была показана столь оригинально и органично тону картины, что игра была отмечена номинациями на премии Европейской Киноакадемии, что для фильма страны столь небольшой - очень значимая и заслуживающая уважения деталь. Нельзя сказать, что данная кинолента - призыв в чистом виде, мотивация в её отчаянном крике, таковой символ, движитель действий. Нет. Этот фильм банально не настолько 'громкий'. Это не 'V -значит Vендетта', это не 'Невероятная жизнь Уолтера Митти'. Это - тихая, немногословная лента об приобретении и утрате всего, кроме того, что человек потерять не может и, как 'говорят' авторы самому зрителю через своё произведение, ни в коем случае не должен. Драматическое творение, где главный герой не является яркой выраженной личностью. Он - таковое отображение любого зрителю, почему воспринимать мир его глазами куда легче: такое обоюдное обоснование личности, которое словно сито сквозь себя пропускает все события, однако таким образом фильм и действует на того, кто его смотрит, то бишь человек по ту сторону экрана наделяет Ноя собственным эго, его проблемы воспринимая как свои, свои цели сопоставляя как его же, по-своему воспринимая смысл последних кадров и мысль всего фильма в целом. P.S. Спасибо за внимание.

Маленькие жизни в маленьком городе. Один живет по старым заветам и верит предсказателям. Другой уже ни во что не верит, кроме того, что в юности он был крут. Третий совмещает преподавание французского и кулинарии. Многим не нравятся умники с юга - будь то философы или психологи. Посреди белого снега белый человек. Альбинос - существо всегда вызывающее сомнение в нормальности, отторгаемое традиционным обществом. Это городской девушке он может показаться интересным. Другие только мучаются с ним. Ведь он подвергает сомнению их педагогический дар, отцовскую гордость и даже министерские правила по копанию могил. Ему бы выбраться, улететь туда, где мир окрашен не в черно-белые тона. Но природа рассудила иначе. Он плоть от плоти ее - белый исландец. Он останется. P.S. на редкость авторский кино: Дагюр Каури - и сценарист, и режиссер, и композитор. Поэтому и фильм получился цельным.