Хозяйка гостиницы

«Проклятущие вы бабы!» – восклицает главный герой роскошным голосом Михаила Названова. Действительно, ну за что она его? Постоялец приличный, платежеспособный, да вот беда: не волочится за хозяйкой гостиницы, как два его соседа. Вот и заело Мирандолину. Попробуй пойми этих женщин: пристаёшь к ним – возмущаются, не пристаёшь – обижаются… Любители классики, перед вами отличная олдскульная экранизация известной комедии Карло Гольдони. Хозяйку гостиницы сыграла Ольга Викланд, чей искрящий темперамент и заманчивая пышность форм с лихвой компенсируют некоторое несоответствие возрасту героини. Жертву её козней – кавалера Риппафрату – обычно изображают этаким болваном-солдафоном, который вполне заслужил хорошую трёпку. Но Названов (он знаком многим зрителям по фильмам «Иван Грозный» и «Гамлет») рисует нам другой портрет: неглупый, интересный мужчина с чувством юмора. Правда, ноль внимания на женщин, но, видимо, были в его жизни прецеденты… вроде той же Мирандолины. И в конце фильма даже хочется пожалеть и утешить невинно пострадавшего. Изящно и азартно разыгранный дуэт главных героев, добротность старой театральной школы, традиционная постановка – ладно скроено, крепко сшито. И с удовольствием смотрится. Классика, одним словом. 8 из 10

В мою жизнь Михаил Названов, этот Великий коллега по знаку зодиака - тоже Водолей, как и я, вошёл в глубоком детстве после аудиоспектакля 1953 года 'Приключения Чиполлино' (на пластинке), где блистательно (если не сказать круче!) исполнил роль Кавалера Помидора (а кого ж ещё, Кума Тыкву или Адвоката Гороха, что ли, озвучивать такому, как выше тут написали, роскошному голосу?). Да так и остался он для меня навсегда в этой красно-пурпурной шкуре, в этом мощном трагикомическом образе. Потому как роскошный не только был голос, но и человек. А образ именно что трагикомический. Какую роль Названова ни возьми - и смешно, и в итоге непременно грустно. И всегда-то он терпит поражение, и всегда с треском. Вот и здесь: казалось, превзошёл всех своих соперников на несколько голов, сиял-блистал-гремел-рычал, ан нет - вертушка-пышка Мирандолина (красавица Ольга Викланд - это его супруга, чудеснейшая была пара) дала ему от ворот поворот. Хотя и тем двоим плюгавым тоже отказала (и правильно сделала). А кого же избрала? И вот тут вновь (1956 год на дворе стоял, не забываем) срабатывает советско-коммунистический агитационный момент - по типу 'честной бедности' пошла наша вертихвостка: простому слуге своё сердце вручила. Честно говоря, не очень осведомлена, как там у Карло Гольдони, но наверняка не совсем так, ибо без этой традиционной для всех советских произведений развязки (даже несоветского происхождения, как здесь - Италия) фильм наверняка был бы 'зарублен' и на экраны вряд ли б вышел. Тем паче, что Названову по жизни и так досталось от родной советской власти - 8 лет лагерей с 1935 по 1943 годы. И арестовали его по иронии судьбы 30 апреля (только год другой) - точь-в-точь как другого моего любимца и тёзку - Михаила Танича. А голос - это да: говорят, на спектаклях с его участием зрители первых рядов чуть с мест не вскакивали. Сейчас пытается Валдис Пельш его грешным делом кой-когда скопировать. И иногда получается! Это радует.

Эта постановка тот случай, когда великолепное сочетание двух сопрягаемых искусств дало весьма замечательный результат. Конечно я имею в виду театр и кино. И если с кино всё ясно, дополнительные возможности по монтажу, по укрупнению сцен и т.д. были выполнены не выпячивая свою сторону, не мешая театральности действия и прекрасно дополнили всё то ощущение, о котором ниже. Театральность. Она в картине представлена своими лучшими образцами. Здесь есть все элементы: обращение к зрителю, обыгрывание партнёрами взаимодействия, высказывание вслух мыслей 'про себя' и танцевальные па для подкрепления мысли, и конечно 'театральная' жестикуляция рук - так жестикулируют только на сцене. Нет только театрального наигрыша для подачи в зал. Всем театральным инструментарием артисты действуют настолько тонко и органично, не переходя на фальш и кривляние. Несколько раз чувствовалась эта граница и привык видеть на сцене 'вживую' и в теле- и кино- спектаклях как эта граница весело и непринуждённо пересекается, вызывая смех в зале, ожидал увидеть это же и здесь, внутренне начиная готовиться к неправде. НО! Именно - НО! Здесь этого не происходило. Все артисты ходили по этой границе, где чётко ты понимаешь, что смотришь театральную постановку, но никто из них не пересёк грань шутовства и гротеска, даже тоном не давая понять, что зритель не сопричастен к постановке. Т.е. это не был театр снятый на плёнку. Но это и не было кино по сюжету пьесы. Это именно кино-театр, где всё самое-самое вкусное из театра - а это и игра актёров, и приёмы этой игры, было предложено авторами зрителю при помощи телекамер, создав некую синергию на стыке двух способов подачи сюжета. 7 из 10