Первая встреча, последняя встреча

1913 год. Частный детектив Петр Чухонцев расследует убийство чудака-изобретателя. А вокруг - зимний Петербург, немецкие шпионы, спиритические сеансы и романс 'Утро туманное'... Нет, это не экранизация Бориса Акунина или кого-то из его подражателей. Режиссер Виталий Мельников и сценарист Владимир Валуцкий создали свою трагикомедию о гибели Российской империи на закате другой империи, советской, в год 70-летия Октябрьской революции. И, сдается мне, несколько опередили время. Если рассматривать 'Встречу' как чистый детектив, картина может вас разочаровать. Здесь и преступники не особенно маскируются, и сыщик Чухонцев - далеко не Шерлок Холмс и даже не Эраст Фандорин. Очевидно, детектив здесь -только форма. И главный противник Петра Чухонцева - не немецкие шпионы, а проржавевшая государственная машина. Страна катится в пропасть, но пока никто не хочет этого замечать. Вот это предчувствие Катастрофы в фильме передано великолепно. Еще один козырь 'Встречи' - шикарнейший актерский состав. Фильмы Виталия Мельникова ('Старший сын', 'Женитьба') всегда были этим сильны, но в данном случае, что называется, звезда с звездою говорит... Даже в эпизодах - сплошь народные артисты! Смоктуновский, Ефремов, Крючков, Куравлев, Шакуров... И это далеко не полный список. Приятно, что молодой актер Михаил Морозов, которому доверили главную роль, совсем не теряется в таком блестящем окружении. И напоследок одно занятное наблюдение. Действие фильма, напомню, происходит в 1913-м. Через 4 года рухнет Российская империя. Фильм Виталия Мельникова выходит на экраны в 1987-м. Через 4 года распадется Советский Союз. Что это? Случайное совпадение, или у настоящих творцов есть своя 'связь с космосом'?

Не видел этот фильм давно! Нигде не показывают. А жаль. Очередное доказательство того, как хорошие работы, снятые во времена СССР погружаются в забвение. А, между прочим, этот фильм один стоит всех криминальных сериалов которые сейчас пачками штампуют для того же НТВ. А фильм этот классика! И режиссуре и операторской работе современным киношникам следовало бы поучиться. И никаких компьютерных технологий. Только живые кадры. А музыка какая! Классический романс - уже шедевр! Советую найти и посмотреть. Пусть сюжет и криминальный, но - качественный. Таких фильмов, увы, немного. Вновь увидеть таких актёров, как Ефремов, Богатырёв, Смоктуновский, Крючков - это многого стоит. Лишний раз открыл для себя, что фильмы раньше строились на человеческом таланте. На таланте актёров, таланте режиссёра, оператора, композитора. Сейчас отдаётся дань современным компьютерным технологиям, а живого кадра, живой актёрской игры становится всё меньше. Тем ценен этот фильм и кинокартины подобные ему. Добавлю ещё, что сюжет фильма необычайно современен. И сейчас есть куча дел, куда простому энтузиасту-сыщику лучше не соваться. Добиться справедливости не получится, а бед на свою голову соберёшь немало. Так что годы идут, а ничего в лучшую сторону не меняется. Очень интересная самобытная внешность у актёра Михаила Морозова (исполнителя главной роли). Сыграл он здесь великолепно. И кадры зимнего Санкт-Петербурга, просто, потрясающие! Если немножко придраться и поискать ляпы, то они, безусловно, будут найдены. В первую очередь хотелось бы указать на несоответствие машин данному временному промежутку. Но если не знать об этом нюансе, а автомобили воспринимать просто как факт: средства передвижения, то этот недочёт не мешает совершенно. Видимо и в самом деле не нашлось тогда в автопарке 'Ленфильма' подходящих под начало ХХ века самодвижущихся агрегатов, а строить картину на одних только извозчиках режиссёр не захотел. Всё-таки век техники, транспорта, скорости. Вот режиссёр и заявил этот транспорт в сюжете. Пусть он немного из будущего получился - это не так страшно. Также, что реально зацепило: сколь круто экипирован, однако наш сыщик-энтузисат Петруша. Посудите сами: студент, у которого есть в наличии ультрасовременный по тем временам плёночный фотоаппарат KODAK с полным набором химии, плёнки и бумаги для печати. Целая фотолаборатория на дому (это в 1913-то году, когда в России повсеместно на большие фотоаппараты-гармошки с фотопластинами снимали). Более того, аппарат сей выдаёт необычную картинку: снимает с большого расстояния, а на фото - крупный план объекта получается. Шпионская техника. Не иначе. Кроме того, студент наш ещё и классный водитель. Где учился только? И ещё у него есть собственный пистолет с полным комплектом патронов (не револьвер, а именно пистолет). Экипирован, одним словом, наш Петруша, как профессиональный спецагент. Джеймс Бонд позавидует. Второй важный момент связан с неразберихой во времени. В начале фильма: Чухонцев встречается с изобретателем - Куклиным, идёт после этого в ресторан, где у графа уже в руках газета, где написано о самоубийстве Куклина по данному адресу. Петруша со всех ног бежит туда, а там ещё только следственная группа осматривает место происшествия. Странная оперативность газетчиков начала ХХ века. Даже в наше время информация о криминальном происшествии передаётся пресс-службами в СМИ только после осмотра места происшествия. А тут всё с ног на голову поставлено. И теперь на уровне домысла: а если этот Куклин так боялся за свою жизнь, и даже предсказал, как его будут убивать (проникнув через форточку), то, что ему мешало заколотить эту самую форточку? Чтобы её нельзя было открыть снаружи. Видимо, неразрешимая по своей сложности задача. И тем не менее, при всех этих недочётах (а подобные ляпы можно найти в сюжетах очень многих фильмов), повторюсь, 'Первая встреча, последняя встреча' - это отличный фильм. С удовольствием, посмотрю его ещё раз.

...Над омраченным Петроградом Дышал ноябрь осенним хладом... Исторический детектив от Мельникова разлива уже далекого 1987 года. И в чем усомниться, но не в таланте режиссера, прочно зарекомендовавшего себя многими кинематографическими удачами; и не в мастерстве любимых актеров; а значит, и «Встречу» можно внести в разряд качественного кино. Тем удивительнее то, что его практически не показывают каналы, так что он практически позабыт. А зря… Действие происходит в канун 1-ой Мировой войны, когда частный сыщик Петр Чухонцев оказывается втянутым в темную, запутанную историю чудаковатого изобретателя Куклина. И, ранее казавшееся игрой воображения изобретателя дело, становится слишком серьезным, перерастая в государственно-политическую важность… В общем, этот сюжет и будет развиваться, концентрируясь на личной ответственности героя за судьбу страны, таком образце патриотизма и неравнодушия, с которым и жить в одиночку нелегко, и достучаться до властей невозможно. Другими словами, объектом рассмотрения становится в большей степени воспринимающее сознание, нежели социальное явление. Детектив с добавлением лирической составляющей, а как же иначе, учитывая цветущий возраст героя и его романтическую натуру. Наивность героя, наивность события, как примета того времени, даже некая простота, кажущаяся такой несовременной, придают фильму особое очарование и теплоту. И больше, чем детектив, поскольку Петербург 19 века показан превосходно. Атмосферность города передана картинкой невеселой и тревожной, органично дополняющей само повествование, и главное дух того времени, когда остается совсем чуть до кровавой мешанины, которая и поставит последнюю точку в судьбах героев и самом сюжете.

К подобным фильмам хорошо припадать в предчувствиях государственных раздраев для накротически, ненадолго и нездорово успокающего 'всё это было, было, было, свершился дней круговорот, какая ложь, какая сила тебя, прошедшее, вернёт?' Он и снимался Мельниковым на излёте Перестройки, под стук судьбы, барабанящей в каждую дверь, и с высокой степенью точности предсказывал то, постсоветское, уже пережитое нами грядущее - оставаясь при этом одним из самых совершенных фильмов о русском Серебряном веке. Сценарий (как ни странно, оригинальный, написанный Владимиром Валуцким от себя, а не на основе какого-нибудь из забытых шедевров вроде 'Отравленной совести' Амфитеатрова и 'Страниц из дневника женщины' Брюсова, перенесённых на экран в то же примерно время) играет в нём на двух особенно чувствительных регистрах народного восприятия: хвастливой вере в собственные талант и моральную перед Отечеством правоту - и утробной уверенности, что всё это богатство русское, коренное, справное, непременно промотает, растранжирит, пустит псу под хвост предательская элита. Что если посреди тараканобоек и клопомерок на кладбище патентов затешутся действительно перспективные, могущие 'мощи и славе России' послужить изобретения? Что если кажущийся одержимым паранойей предскажет с точностью до малейших деталей собственную смерть от руки коварного недоброжелателя? Что если в своих политических прогнозах правыми выйдут не многомудрые-на бюджетах сидящие, а городские сумасшедшие? Да ничего. Народный дар визионерства - проклят оторванностью от народа тех, кто поставлен его пасти, привязанностью их к контингенту своих гостиных и бальных зал, солидарностью классовой, пусть и с врагом Отечества, всегда, при любом раскладе перекрывающей солидарность гражданскую. Душистые старцы из высокочиновных кабинетов вместо того, чтобы исполнять свои обязанности контрразведки и сыска, всегда, при любом раскладе накажут не по чину обнаглевшего в патриотическом рвении маленького человечка, ошельмуют, вышлют, оставят от него безымянный холмик под нищим крестом, и забудут о нём как ни в чём не бывало. А встающие в кровавом венке цифры нового 1914 (или 1991, или какого там ещё) года всё спишут, всё обнулят, испепелят все архивы, весь трепет этой жизни бедной, весь этот непонятный пыл. И всё же. Одной ли мне кажется, что в новом безвременье появились, возможно, иные проклятья, но то мучительное и безнадёжное - иссякло, выдохлось, утратило барственный свой вальяж и жестокость легкомыслия? Это не помогает, конечно, эстетике - виньеток модерна, страстной тоски романса, эгреток шамаханских цариц над бледными лбами новый декаданс не создаст. Но и безнаказанности ликующих и праздно болтающих в ущерб делу, на которое посажены, в нём тоже не будет - сковырнула их эпоха, сбросила с рук битых шестёрками тузов и никем пока не заменила. Только камни нам дал чародей, да Неву буро-желтого цвета, да пустыни немых площадей, где казнили людей до рассвета.