Пиры Валтасара, или Ночь со Сталиным

В конце 80-х гг. в советском кинематографе стали поднимать темы, за которые еще десятилетием раньше можно было сесть далеко и надолго. Мир кино не замедлил с ответом на меняющуюся политическую обстановку в стране. Такой реакцией стал и рецензируемый фильм Юрия Кара. Но он воспользовался столь долгожданной возможностью весьма грамотно, показав и обратную сторону медали. Именно своей неоднозначностью и ценен для современного зрителя этот фильм. Сюжет построен вокруг казалось бы неприметного (в масштабах истории) события - приезда Иосифа Сталина в Абхазию на время отпуска и пира, устроенного по этому случаю Нестором Лакобой. Начальные сцены фильма немного смущают и попахивают неким сюрреализмом. Я имею ввиду сцену ограбления парохода 'Цесаревич Георгий'. Видимо, недостаточное внимание было уделено проработке исторической достоверности корабля. В итоге он выглядит уж слишком современно, явно не в духе времени. Подавляющее большинство экранного времени занимает сам пир в одном из абхазских рабоче-крестьянских санаториев. Вот тут уж Кара разгулялся на полную. Несмотря на то, что почти все время занимают пляски, тосты и застольные беседы - 'Пиры Валтасара' смотрятся с неподдельным интересом. Режиссер преднамеренно гиперболизировал некоторые обстоятельства застолья, дабы погрузить зрителя с головой в тревожную атмосферу жизни партийной верхушки середины 30-х гг. Начинает Кара с абсурдной дотошности конвоя на входе в санаторий, который отказался пропустить Сандро Чегемского из-за одной ошибки в пропуске (как оказалось - все дело было в склонении фамилии по падежам!). Очень комично выглядела сцена дегустации блюд весьма колоритным персонажем в исполнении Сергея Николаева. 'Пиры Валтасара' заостряют внимание зрителя на том факте, сколь важно было взвешивать каждое слово перед тем, как дать ему прозвучать во всеуслышанье. Вспомнить хотя бы знаменитый эпизод с пьяным Калининым, который отказался целоваться со Сталиным - в какой ступор это вогнало всех собравшихся (кроме самого Калинина конечно же). Большое внимание уделено портретному сходству с реальными историческими деятелями. Особенно удался, на мой взгляд, Калинин (Евгений Евстигнеев). Он напоминает пьяную, беспомощную марионетку, служащую лишь необходимым символом и которая не способна на самостоятельные действия. Поразительно, но самым неоднозначным героем оказался именно Иосиф Сталин, роль которого исполнил Алексей Петренко. Очень большое впечатление на меня произвел его мысленный монолог во время исполнения любимой песни вождя. Начинаешь даже понимать и сочувствовать персонажу Петренко. Иосиф Сталин жалуется самому себе, что не может по настоящему любить, дружить и ненавидеть. Так или иначе все это доставляет лишь горе близким к вождю людям. Почему так? Ради ответа на этот вопрос стоит внимательно смотреть, а главное слушать 'Пиры Валтасара'... Огромное внимание в картине Кара уделяется музыке, песням, а главное танцам. Невозможно оторваться от созерцания кавказских плясок в исполнении абхазского народного ансамбля. Особенно завораживающим был танец с кинжалами. А как мастерски они встревали в паркет банкетного зала. Все вышесказанное в сумме не оставляет иного выбора, как поставить ленте Юрия Кара высший балл. 10 из 10

«- Где то я тебя видел, абрек…» (с) В так называемые «перестроечные» годы, когда генсеком СССР стал Горбачёв, в стране наступила эпоха гласности. Доселе молчавшие деятели искусств получили наконец возможность свободно высказываться, практически на любые темы. Нечего удивительного в том, что после криминально – бытовых боевиков о рэкетирах, гопниках и проститутках, советский кинематограф добрался до мрачного периода в отечественной истории, а именно – до эпохи правления товарища Сталина. Ранее на эту тему снимать было невозможно, а образ Вождя если и появлялся в кино, то исключительно в военных картинах. В которых его фигура при всей её важности, всё же некогда не выходила на первый план, и в которых нельзя было дать его образу сколь не будь неоднозначную характеристику. Поэтому во второй половине 80-ых эту тему жадно взялись осваивать самые разные кинорежиссёры. Среди которых были как талантливые, так и не очень. Действительно великие постановщики предпочли повременить со своими высказываниями относительно сталинизма, прочих же больше волновало само то время, нежели фигура Вождя. Тот же Юрий Кара – на тот момент молодой, только начинавший свой путь кинематографист, сперва снял экранизацию повести Бориса Васильева «Завтра Была Война» - в которой попытался максимально беспристрастно отобразить на экране смутное довоенное время, просто рассказав несколько историй из жизни тогдашней комсомольской молодёжи. А уже потом, как бы подспудно развивая эту тему, взялся за прозу Фазиля Искандера «Сандро из Чегема», в которой писатель дал весьма критическую, неоднозначную оценку не только тому времени, но и самому Иосифу Виссарионовичу. Справедливости ради, стоит признать то, что оба эти фильма получились у в общем то у крайне посредственного режиссёра довольно хорошо, каждый смог стать событием в год выхода на экраны и запомнился посмотревшим их зрителям. Можно конечно списать всё на сильный литературный первоисточник, что был весомым подспорьем начинающему режиссёру как в первом, так и во втором случае – потому он и снимал раньше достойные внимания ленты, в последствии перекочевав в отечественные трешмейкеры. Но, как мы знаем, позже Кара взялся за экранизацию великой книги Михаила Булгакова, которую совершенно непростительно испортил примитивной и смехотворной адаптацией… Но всё это будет позже, а пока молодой постановщик взялся за серьёзный, требующий максимальной отдачи и чутья на «живой» сценарий, материал. Из вышеупомянутой книги Искандера, режиссёр взял только один рассказ, имеющий символическое заглавие - «Пиры Валтасара». В нём герой книги – осетинский танцор Сандро поведал читателю невероятный эпизод из своей жизни, о том как он встретился с самим товарищем Сталиным. При чём даже дважды – первый раз тогда, когда Сталин ещё не был Сталиным, и он – тогда совсем ещё мальчишка, мог подобно знаменитому книжному герою генерала Уоллеса – « одним своим словом изменить мировую историю». Второй же раз ( это и занимает центральное место рассказа ) они встретились в Баку, во время праздничного банкета устроенного Нестором Лакобой, в честь приезда Вождя, на котором присутствовали и другие руководители страны советов: Ворошилов, Калинин, Каганович, инфернальный Берия и ряд других, менее известных партийных бонз того времени. Всю ночь продолжался кутёж в шикарном местном санатории, лишь на утро сытые и пьяные гости разъехались, не зная того, что совсем скоро над многими из них сгустятся кровавые тучи; ведь время действия повести 1935 –ый год – само преддверие чудовищных сталинских репрессий, захлестнувших всю страну на долгие годы… Сценарий к кинофильму взялся написать сам автор романа, и это позволило перенести на экран авторскую прозу предельно бережно, сократив лишнее, укрупнив важное, сделав в определённых местах нужные акценты. Историки конечно могут спорить относительно того, было ли так на дачах Сталина в самом деле, или это всего лишь плод злой фантазии обиженного Вождём писателя ( отца Искандера в период репрессий арестовали, дальнейшая его судьба была неизвестна, вполне возможно он получил стандартный в таких случаях приговор «10 лет без права переписки» ). Но для кинозрителей, а тем более кинокритиков куда важнее то, что бы сюжет у картины не провисал, был достоверным в деталях, а так же имел авторское отношение к рассказываемой истории. Так же, что бы играющие главные роли артисты смогли передать характеры своих исторических прототипов. А со всем этим у картины Юрия Кары полный порядок: крепкий сценарий, уверенная режиссура, блистательный актёрский ансамбль звёзд советского кино, довершает который превосходная операторская работа и великолепное музыкальное сопровождение. Даже в коем то веке, создателям фильма попалась качественная отечественная киноплёнка, и картинка у «Пиров Валатасара…» превосходная. К тому же, видно что стоявший за камерой, постоянный оператор Кары – Вадим Семёновых, хотел снять картину не просто в стилистики сталинского –ретро, модного в те годы, а как бы создав на экране мощь и колорит ампира 30-ых, роскошь и простоту советских интерьеров, которые могли сочетать казалось бы несочетаемые вещи: пафосную вычурность и скромность интерьеров. Это видно по убранству санатория, в зале которого проходит ночной банкет Вождя и его свиты. В качестве развлечения выступает республиканский ансамбль виртуозно исполняющий кавказские народные танцы и песни… Помимо шикарных танцев и номеров осетинских артистов, внимание зрителя приковывают застольные разговоры Кремлёвской номенклатуры. Показано как все лебезят перед «дорогим и любимым» Вождём, которого вполне очевидно большинство из присутствующих за столом элементарно боится. Стоит кому то что то не впопад сказать, не так ответить или растерявшись промолчать на тот или иной вопрос Хозяина, как за столом тотчас же возникает тревожная пауза, которая рассеивается лишь тогда, когда сам Вождь разрядит сгустившуюся атмосферу какой не будь несмешной шуткой, над которой конечно же все сразу начинают так гоготать, словно нечего смешнее в жизни не слышали. Показаны взаимоотношения между «людьми с портретов»: кто с кем общается, кто кого не выносит и так далее. Например подозрительный Берия ревнует внимание Вождя к главе республики – Лакобе, который не в пример прочим партийным «шишкам» показан культурным и воспитанным человеком, имеющим не только чувство юмора, добрую и любящую жену, но и незаурядные качества – к примеру умение метко стрелять. Правда с этим связан весьма щекотливый эпизод, в котором по «просьбе» Сталина, Лакоба с большого расстояния дважды разбивает пулей яйца на голове несчастного повара, на которым до этого проверяли поставленные гостят выпивку и закуски… Невозможно забыть и встречу героя с Вождём, который определённо узнал ранее встреченного им мальчишку, только вот не смог вспомнить где именно и при каких обстоятельствах он его видел. Зато позже это вспомнит Сандро, своим воспоминанием не только поразив, но и изрядно шокировав советского зрителя…

Не люблю я творчество этого режиссера. Слишком много у него клюквы и китча. Но здесь, когда под рукой был твёрдый первоисточник в виде новеллы Искандера и ещё не возникло желание вносить свои правки, как Кара поступил с 'Мастером и Маргаритой' - получилось хорошее добротное кино. Хотя совсем уж без 'почерка мастера' не обошлось. Например сцена со стрельбой в яйцо на голове у повара. Искандер показывает эту сцену глазами Сандро - как сначала тот видит брызнувший желток и только потом слышит звук выстрела. И как менялось в этот момент лицо Лакобы - становилось каменным. А Кара только нагнал дешевого саспенса тревожной музыкой. И последняя сцена, в которой Сандро мальчишкой встречает Сталина. Там отец Сандро объясняет сыну всё коварство оставшегося разбойника. Здесь эту сцену сильно подрезали, отчего она стала, на мой взгляд, куда менее содержательной. Впрочем, учитывая другие работы Кары - сойдет и так, 'мастер' мог сделать ещё хуже. А так - вполне пристойно. Очень хороший актерский ансамбль с красавицами Яндиевой и Белогуровой. Яндиева прям страсть как хороша - настоящая Сария Лакоба! Понравился Лакоба в исполнении Сафонова - если не считать пресловутой сцены с яйцом. Вполне себе живой человек - не рисованый бронзовый герой. Отдельно отмечу Евстигнеева - роль достаточно проходная, особо не развернуться, но типаж Калинина передан здорово, ну, по крайней мере именно таким рисовал его Искандер. Не понравился только Гафт. Не его это роль. Во-первых, Берия был сильно моложе; во-вторых, у Гафта он получился какой-то картонный. И ни подхалим, и ни грозный сталинский начальник по особым делам, а так, что-то невразумительное. Ещё не понимаю тех, кто пеняет фильму на отсутствие достоверности, а Искандеру - на желание очернить великого вождя. Это ведь художественный фильм, а не воспроизведенная хроника. Например, история с Ворошиловым, когда Сталин записывает его в оппортунисты, а потом смягчается после душевной песни - известная историческая байка, которую Искандер просто умело вплёл в своё повествование. Но ведь смысл же в том, чтоб показать свой взгляд на личности Сталина и его окружения, на определенные качества и свойства их натур - и через все перипетии происходящего действа автор именно это и делает. Резюмирую. Получился хороший добротный телевизионный фильм, рекомендую для просмотра людям самого разного возраста. Жаль, что сейчас этот жанр сильно оскудел и сбился на сериалы. А вот, глядя такие фильмы, понимаешь, что 30 лет назад с этим всё было в порядке. Так, наверно, моя оценка была бы на семёрку, но добавлю ещё один балл в плюс Каре, учитывая, какой ширпотреб он обычно снимает. 8 из 10

Острая и опасная сатира, которую в годы перестройки показал Юрий Кара. «Ералаш» для взрослых. Экранизация романа «Сандро из Чегема», в которой режиссёр выделил именно взгляд на СССР глазами Сандро, показав тем самым необычное восприятие товарища Сталина. Экспозиция картины вводит опасный захват катера, чтобы донести до зрителей особенность кавказских земель. По сути, начальная сцена и финальная создают сквозную сюжетную нить, за одним исключением – мы еще не пировали с главой государства! Это фантасмагорическое представление политики Сталина. Серия «А что если?», которая выпячивает на 1989 год возможные варианты жизни Джугашвили. Глазами Сандро мы видим, как народ относиться к руководителю. Первая встреча с главным героем сопровождается выбором: на кону здоровье близкого человека и представление на пиру. Весьма иронично и дерзко картина включает первый акт выступления. Именно строгий порядок, дисциплина отражают весь правовой режим государства. Можно сравнивать постоянно. Но то, как авторы показали систему охраны, посты, пропуска и сам зал пиршества – это аллюзия на большой промежуток времени в стране. Фантасмагория только набирает оборот, представляя нашему вниманию Сталина в окружении «друзей», отсылая на «Тайную вечерю». С художественной точки зрения фильм полон отличных эпизодов, ирония с чиновниками того времени, а также сатира на весь круг приближённых вызывают смешанные чувства. Можно оценить и юмор, и стиль, и основную мысль, а чёткие кадры самого кушанья отлично всплывают в памяти в конце ленты, когда до зрителя доносят основную мысль Сталина. Жадно, со свинством герои поедают разное кушанье, пьют алкоголь, что отлично представляет сильных мира сего. Будто Денетор в Минас-Тирите, пока доносилась песня Мерри. Чем больше выпито алкоголя, тем опаснее представление. Перед нами выпячивают грудь дутые павлины, красуясь перед шефом, а опасные соревнования показывают бесчинство перед простым людом. Кавказские танцы, дерзкие вызовы участников ансамбля друг друга также олицетворяют соревнования в глазах Сталина, чтобы как можно сильнее вызвать похвалу. Картина постепенно меняет тон, показывая влияние на Сталина. Каждый гость имеет врага, а как ещё доказать, что человек плохой? Рассказать боссу. В целом, аллюзия удалась. Опасные конкурсы, танцы и песни были только для прикрытия, чтобы в итоге раскрыть перед глазами вождя всех прихвостней и подхалимов. Перед финалом Юрий Кара демонстрирует то, что было бы с вождём без страны. Это выглядит забавно и абсурдно. Как раз-таки на абсурд и была направлена Ночь со Сталиным, чтобы закадровым голосом донести до зрителя, что такое понятие «друзья», как к этому понятию относился Сталин, как сложилась жизнь после Пиров Валтасара. Резкая и контрастная картина, где за песнями-плясками скрывается холодный расчёт, сравнение и вердикт! Необычно и интригующе.

Смотрел данный фильм по телевизору еще в детстве, не полностью, и был впечатлен концовкой, потом в своей жизни поменял отношение к фигуре Сталина и вообще событиям 1917-1953 годов, и в итоге, после того, как познакомился с творчеством Фазиля Искандера, пересмотрел 'Пиры Валтасара', найдя фильм крайне интересным. Особенно для 'перестроечного кино'. Что сразу бросается в глаза, отсутствие лишних сцен, красивые композиции, атмосфера того времени. Да, может быть местами излишне гротескная, но... Смотрим название. Когда ансамбль попадает в санаторий и видит за столом собравшуюся элиту СССР, включая главу Абхазской АССР, камера показывает зал таким образом, что это лучший момент по ператорской работе в фильме. Композиция напоминает картины времен Возрождения. Не тот самый 'Пир Валтасара', где на стене потом появится устрашающая царя надпись, но безусловно, отсылка однозначная. Стол, влиятельные гости, классические монументальные интерьеры. К тому моменту зритель уже несколькими сценами введён в состояние готовности осознать ничтожность человека, его жизни и судьбы, в контексте неизбежного контакта с пьяными и праздными советскими руководителями. Охранники из НКВД практически не участвуют в сценах, скорее дополняя собою декорации, но видны характерные моменты, как, например, крестящийся директор санатория. Далее начинается вакханалия в исконном смысле этого слова. Лизоблюдство во всех смыслах, происки постоянно находящегося в напряжении и размышляющего вождя, под звуки песен и плясок абхазского ансамбля. Не случайно нам показали в начале фильма прошлое разбойника и революционера Кобы. Мы видим, как он почти вспоминает и узнает в Сандро того самого мальчика с горной тропы, но, к счастью везунчика Сандро, память Сталина не столь эйдетическая. Но звериные инстинкты и чутье, как самого вождя, так и остальных бывших революционеров, а ныне правителей, включая Нестора Лакобу, осознаются и Сандро, и зрителями. Их поведение, их игры и интриги, где даже на хмельной пирушке, они ведут себя отнюдь не как простые люди, демонстрируют тот путь, который они прошли, добиваясь своего положения. Это хищники на самой вершине пищевой цепочки в стране строящегося 'развитого социализма'. Они постоянно пробуют друг друга на прочность. Даже притворяющийся маразматиком Калинин. Когда Лакоба, не очень и отрицающий в своем поведении отличия от собравшихся гостей, хоть и явно боящийся Сталина, стреляет в яйцо на голове несчастного повара-дегустатора, Джугашвили пользуется этим для того, чтобы едко насмехнуться над уже изрядно набравшимся Ворошиловым. И, чтобы не пролилась кровь, проницательная жена Лакобы просит разрядить обстановку и спеть любимую сталинскую грузинскую песню. И вот тут начинается самая неоднозначная по своему относительному характеру сцена фильма. Сталин задумывается и попадает в одну из баек из книги Искандера, где он живёт альтернативной жизнью. Где он не кровавый тиран, а человеколюб, живущий в сущей пасторали, далее он размышляет и озвучен его внутренний диалог. Сцена не делает его никаким 'хорошим внутри', само собой, но наводит на мысль о том, что процесс преобразования человека в зверя за столько лет еще не завершен и осознаваем вождем полностью. Бремя власти и оправдание следования 'правилам игры'. В итоге по возвращению в реальность Сталина, к нему подходит Берия, возбужденный видом артисток, ссорой с женой, накопивший сдерживаемую различными событиями ярость, и вместе с патроном своим они приносят в жертву еще одного невиновного. Потому что так заведено, таковы правила игры, в которую они начали играть десятилетия назад и вовлекли в это всю страну. Невиновных и незаменимых нет. Нижнечегемская дорога, по которой пошла вся мировая история. Случайные люди, попавшие в водоворот самим фактом сиюминутного знакомства с 'отцом народов' и постоянно обновляющейся толпе лизоблюдов и интриганов возле него, в итоге оказались загублены, как Пата Патарая. Для огромной страны 'народ сажал' и апельсины, и 'врагов народа'. И в 1953 году люди выдохнули, радуясь жизни, как те танцоры, певцы и музыканты, когда они живыми и невредимыми, да еще и с 'щедрыми дарами', выбрались из того санатория, бывшего когда-то дворцом на берегу озера Рица. Бог забрал Сталина на высший суд, были и те, кто скорбел и даже стал его посмертными жертвами, но в итоге выжившие во время 'валтасаровых пиров' в масштабах огромной страны, стали по-разному в разные времена оценивать его личность и её роль в истории России. Фильм, безусловно, нельзя рассматривать как документальный, в те годы был такой же перекос, как наблюдается в наше время в обратную сторону (положительная оценка Сталина и сталинизма). Но он как нельзя лучше передает то, что тоталитаризм делает с людьми и как он ощущается. С античных и библейских времен суть не поменялась. А весы для каждого из сотен 'Валтасаров' остались за скобками. Каждому из нас предлагается создать их самому. Помня о том, что кто-то взвешивает и вас. И ставка, будь то, царство или жизнь, может быть абсолютной, если, как в Ветхом завете, кто-то найдет кого-то 'слишком легким'.