Праздник святого Иоргена

Блистательный фильм Якова Протазанова был снят так, что сила его и спустя 70 с лишним лет не ослабевает. И по прежнему разит не в бровь, а в глаз! Вроде это продукт явно идеологический, но когда он базируется на тысячелетней истории, то и сам становится вечен. А история эта такова, что как пятьсот, сто, семьдесят лет так и сейчас церковь не изменилась. Кстати, кино формально вовсе не задевает ПРАВОСЛАВНУЮ церковь. Так что 'ихняя' католическая (которую 'наша' православная искренне ненавидит как конкурентов) церковь подверглась ядреному и яркому осмеянию. И ведь посмотришь на все эти нынешние фильмы о всяких моисеях и чудах - словно с 30 годов ничего не изменилось. Настолько глупы сценарии, картонны роли и плоха игра актеров. Поэтому Гибсона так и долбали, что он как раз снимал вовсе не 'мировой религиозный боевик'. И тут Яков Протазанов был и остается прав! Из кусков креста Христа можно соорудить нехилый забор, количество рук разных святых иной раз доходит до 6-8 (понятно, что в конкурентной церкви лежат 'неправильные' руки). На а всяких слез святых всегда можно было набрать на целый водопровод (откуда они и брались). И опять же - вы будете смеяться - сие больше характерно для КАТОЛИЧЕСКОЙ, а не православной церкви. То бишь чувств русских верующих вроде он и не оскорбил. Ну а 'придите, приносите'. Церковь - она разная! И здесь Протазанов тоже высмеивает торгашей и корыстолюбцев. Ведь бедную 'сражающуюся' церковь Латинской Америки нельзя упрекнуть в богатстве. Они жили и сражались против диктаторов вместе с народом. А торгаши хоть из Ватикана, хоть из Москвы - это те, кого Христос как раз из храма гнал. И здесь Протазанов неожиданно оказывается СОЮЗНИКОМ самого Христа!! Ибо не место им в Храме. Вот тебе и антирелигиозная пропаганда! Точнее именно антирелигиозная, коли церковь служит не богу, а себе. Очень интересен прием, когда церковники говорят одно, а на экране строго противоположное. Вот она - сила мифотворчества! Сила истинного 'артиста' (ибо оба главы этой церкви истинные артисты!). И центром всего конечно являются герои Ильинского и Кторова. Жулик Коркис обаятелен и решителен, но как персонаж он рушит определенный штамп. Он вовсе не влюбляется в 'роковую' девушку, а как раз выступает с позиций торгашеских и преступных. На Западе как раз девушка и деньги остались бы у 'обаятельного' преступника. Здесь - нет. Ну а Ильинский просто купается в роли. Движение, мимика - артист театра Мейерхольда владел этим отлично, а Ильинский и так был среди лидеров. Новый 'святой' отлично вписался в историю. Жил бы в Америке - упал бы с 50 этажа... И ничего! Чудо! Кстати, озвучка внесла очень много в фильм. Лично я еще хочу выделить сцену 'чуда'. 'Чуда! Чуда!'. Слово одно, а как по разному интонационно выделено! Отличный фильм! Отличные актеры! И очень острые стрелы... 10 из 10

Спокойно! Примите ангельскую позу! – «Праздник святого Йоргена», 1930 Стать купцом Якову Протазанову помешала русская революция 1905 года. Если бы не она, выпускник коммерческого училища мог бы и не пойти в помощники режиссёра московской кинофирмы «Глория» и не поставить свой первый скандальный фильм 1912 года о смерти Льва Толстого «Уход великого старца», запрещённый к показу в России по просьбе семьи писателя. Революция владела судьбой режиссёра и дальше, заставив его вернуться в СССР после трёх лет эмиграции. С постановки в 1924 году фильма «Аэлита» по роману «красного графа» Алексея Толстого начался новый этап в кинокарьере Протазанова, ознаменовавшийся многими фильмами, любимыми народом (хотя и основательно подзабытыми ныне): «Закройщик из Торжка», «Процесс о трёх миллионах», «Дон Диего и Пелагея». В этих картинах Протазанов раскрылся как отличный комедиограф. Так, «Закройщик из Торжка» создавался по заказу Наркомфина для рекламы государственного займа (да-да, тот самый сеятель, разбрасывающий облигации трёхпроцентного займа) и только талантом режиссёра превратился из скучного агитпропа в живую и полнокровную бытовую комедию. И с того же «Закройщика» началась слава одного из лучших советских комиков Игоря Ильинского. Вершиной комедийного мастерства Протазанова стал «Праздник святого Йоргена», поставленный в 1930 году в самом конце эры Великого немого. В 1935 году Протазанов сам провёл озвучку своего творения, не покусившись, однако, на великолепные титры авторства Ильфа, Петрова и Кржижановского, так что фильм сделался полунемым. Эту картину можно считать вехой не только на пути режиссёра, но и во многих других отношениях: в советском кино, в искусстве социалистического реализма, в мировом кино. В кинематографе СССР «Праздник» отчётливо обозначил переход от идейно-агитаторских 20-х к жизнеутверждающим 30-м, в соцреализме – смещение фокуса с изображения социального движения масс к картинам жизни, судьбы и характера отдельных людей, в мировом кино, как уже было сказано, – завершал эру беззвучных фильмов. Но самое важное, конечно, не это – а то, что этот фильм до сих пор любят и пересматривают самые разные люди – молодые и старые, образованные и не очень, верующие и атеисты. Вот это и есть единственный неоспоримый критерий замечательной творческой удачи режиссёра. В основу сценария легла одноимённая повесть, написанная Харальдом Бергстедтом родом из Дании (известной своими антиклерикальными настроениями). В прототипе вымышленного святого Йоргена угадывается святой Януарий – покровитель Неаполя, популярный у католиков благодаря чуду, регулярно происходящему на его реликвиях. Сутью этого чуда является разжижение, а иногда даже вскипание хранящейся в закрытой ампуле засохшей бурой жидкости, считающейся кровью святого. Это зрелище три раза в год собирает огромное количество паломников и любопытствующих. Из этого и подобных ему фактов Бергстедт, Швейцер, Ильф, Петров, Кржижановский и Протазанов создали ядрёную, зубодробительную и до колик уморительную сатиру на хитрую расчётливость и непомерную алчность служителей церкви, превративших «опиум народа» в источник высокого дохода. В этой сатире церковники, хотя и прямолинейно, но очень наглядно и убедительно сравниваются, с одной стороны, с капиталистическими дельцами, наживающимся на всём, что способно приносить прибыль, а с другой стороны, с обыкновенными ворами и мошенниками. Как заметил герой фильма: «Вот люди живут! Небось каждый день руки моют». Сюжет фильма построен на совпадении – удачном для одних пройдох и тягостном для других. Аферист международного масштаба Михаэль Коркис сбегает из тюрьмы и вместе со своим сообщником попадает на праздник святого Йоргена, во время которого благодаря удивительному стечению обстоятельств оказывается вынужден выдать себя за святого, сошедшего на землю. Его первое появление в белом одеянии в арочном проёме храма, без преувеличения, живописно, как икона, и это впечатление ещё усиливается благодаря артистично-точёному лику Анатолия Кторова. Отец ксёндз – правая рука Господа Бога – и отец казначей, известный своим бескорыстием, в ужасной растерянности: нити управления паствой неожиданно выскользнули из их рук. Надежда затеплилась в их душах, когда толпа, жадная до чудес, потребовала у виновника торжества неоспоримого доказательства его святости – нового чуда. Надежда быстро погасла: Франц Шульц, сообщник Коркиса, притворившийся хромым на костылях, после недолгих уговоров демонстрирует полное возвращение способности к бодрой ходьбе и даже бегу. Танец Игоря Ильинского с переломанным костылём – без сомнения, комедийный апофеоз фильма. Конечно, сатирическая картина демонстрирует грубоватую и прямолинейную резкость, свойственную социалистическому реализму, густо замешанному на идеологии. Но служителям церкви и просто верующим вряд ли стоит оскорбляться этой вымышленной историей, тем более третировать её. Пороки есть везде, и обнажение пороков, пусть даже и с преувеличением их, не есть что-то неприличное и недостойное. Вне подозрений и критики могла быть только жена Цезаря, которая, как известно, была язычницей. Людям же христианской веры следует отвращаться лжи, а правду принимать со смирением. Сатира же есть правда, утрированная до предельной яркости и выпуклости. А сатира талантливая – такая, например, как у Свифта, – воистину способна помогать изменению людей. К такой сатире относится и незабываемое творение Якова Протазанова, родившееся не в угоду официальной идеологии, а из вдохновения и честного взгляда художника, в соавторстве с остроумными Ильёй Ильфом и Евгением Петровым и артистичными Анатолием Кторовым, Игорем Ильинским и Михаилом Климовым. И не нужно быть ни Творцом всего сущего, ни святым, ни даже простым творцом слова или образа, чтобы увидеть в картине то зерно любви к людям, благодаря которому она становится в один ряд с лучшими образцами – да-да, того самого – христианского человеколюбия.

Просмотрев этот просто чудесный, знакомый с детства, с советского ТВ фильм, хочу лишь дополнить предыдущих рецензентов в духе здешней рубрики 'Знаете ли вы, что...', для тех, кто уже посмотрел картину- 'Заметили ли вы, что...' А, собственно, что? Да вот хоть это! ...В основу сценария фильма 'Праздник святого Йоргена' легла одноимённая книга датского писателя Харольда Бергстеда - ядовитая сатира на католическую церковь (автор включён в сценаристы!). А теперь внимание! И в книге, и в фильме даются ссылки на Евангелие (!!!) от св. Йоргена. Процитирую Бергстеда: 'Здесь использовано 8-е, исправленное издание, подготовленное профессором Толлеманом, который перевёл большую оригинальную работу епископа Тулина, восстановившего текст, написанный на тридцати девяти заплесневелых и сильно попорченных водой пергаментных листах, обнаруженных в 1845 году в пустой пивной бочке в Гейдельберге'. Надеюсь, после этой цитаты вопросы о Йоргене и его 'Евангелие' отпадут, как бородавки после прижигания. ...Голова памятника св. Йоргену на удивление напоминает голову американской статуи Свободы. Наверно, неспроста. ...Упрощённая реплика вора Коркиса моментально пошла в народ и бродит там до сих пор в виде 'В нашем деле главное- вовремя смыться!'. ... В картине с добрым юмором, даже с ехидством показаны закулисные дела киношников. А вот реплика одного из 'персонала' актуальна до сих пор: 'Вчера сдавали заказ нефтяному тресту, сегодня- церковному'. Вспомним, что немало фильмов и сериалов было снято по заказу Правительства Москвы, а недавно- и по 'заказу' министра культуры Медянского ('Стена'). Ничто не меняется! ... В одном из эпизодов показаны облака, со страшной скоростью пролетающие над башнями. Так вот уже когда стали использовать этот киноэффект, и сейчас популярный и в кино, и в рекламе, и в клипах! ... Приглядитесь к массовке: везде и всюду народ русский, узнаваемый... Оно и понятно- кто бы это тогда пустил большевиков с кинокамерами в буржуазную Европу! ...Кажется, местами (уже в 1935-м году) звуки поезда и паровоза озвучивали... актёры. Очень уж 'не механически' звучат 'чух-чух' и 'псс-псс'... 8 из 10

С позиции наших дней очень сложно адекватно оценить фильм, снятый практически век назад в совершенно другой стране, с иными социальными трендами, иным отношением к религии и т.д. Посмотреть его мне порекомендовали на фоне ситуации с выходом в прокат «Матильды», на которую я постараюсь сходить в кино, ну а уж дома-то посмотрю в любом случае. Допускаю, что на момент своего выхода картина Протазанова заслуживала и высший балл, но сам даже не стану пытаться это анализировать и оценю именно с позиции персональных впечатлений после сегодняшнего просмотра. В фильме присутствует отменная религиозная сатира, где верующих весьма ловко сравнивают с, например, стадом баранов. Полагаю, что в наши дни фильм вызвал бы серьёзный скандал, а в прайм-тайм на телевидении вы его не увидите никогда. Отдельных оваций заслуживают кадры безумной толпы, требующей чуда – собственно, за эту сцену оценка и будет высокой, т. к. она смогла-таки по-настоящему впечатлить меня, несмотря на прошедшее время. Остальной видеоряд, правда, не столь эффектен, равно как и сама история – забавная зарисовка, но полтора часа здесь рассказывать не о чём. Плюс смесь изначально немого кино с последующей озвучкой низкого, по современным меркам, качества – это тоже серьёзный минус. Лучшим элементом я бы как раз и назвал немые вставки, написанные моими любимыми советскими писателями Ильфом и Петровом – это короткие острые шутки, ради которых фильм, определённо, стоит посмотреть. 8 из 10

Когда узнал, что интертитры к фильму написали И.Ильф и Е.Петров, подумал - а не спроста ли это? Не знаю, смог ли Я.Протазанов до съёмок «Йоргена» прочитать «Золотого телёнка», но фильм и роман потрясающим образом перекликаются. Дуэты Коркис-Шульц и Бендер-Балаганов просто близнецы-братья. Великий комбинатор и его простоватый «молочный брат» вполне могли бы провернуть такую аферу и в Советской России, тем более, что в 1930 году верующих в нашей стране еще было предостаточно. Кстати, и поступок Коркиса вполне соответствует поступку О.Бендера - тот ведь тоже бросил Зою Синицкую ради погони за миллионом подпольного миллионера Корейко.