Свадьба

- А рыжики в Греции есть? - Есть, в Греции все есть. А в Москве тогда стояла разруха. Шел 1943 год. Линия фронта отодвинулась от столицы на запад. Город постепенно приходил в себя, измотанные, изголодавшиеся по работе актеры возвращались из эвакуации… Раневская вернулась из Ташкента и почти сразу после приезда была приглашена поучаствовать в постановке Чеховской «Свадьбы», за которую взялся молодой Исидор Анненский. Режиссер, в активе у которого была одна удачная короткометражка «Медведь» по Чехову и пара-тройка давно забытых зрителями лент, собрал на съемочной площадке весь цвет актерской братии. Съемки проходили в Москве, в Лиховом (до революции Дурном) переулке. Днем в студии трудились документалисты, выпуская киножурналы военной хроники, а по ночам в павильоне создавалась «Свадьба». Условия были ужасные. Стоял жуткий холод, сквозняки, с крыши постоянно текла вода, и актеры гримировались, сидя под зонтом. А под утро бедные артисты, не снимая сценических костюмов (т. к. не было костюмерной), пешком (т. к. не было машины) расходились по домам. И тем не менее была невероятная жажда работы. Все до одного актеры выкладывались по-полной, желая показать всё, на что способны. Правда, мало кому из них удалось развернуться во всю мощь своего мастерства, ведь ни один эпизод не был продуман до конца. Раневская ругалась с молодым Исидором, который терялся перед ее напором и аргументами. По воспоминаниям Фаины Георгиевны, которая, к слову, всегда отличалась «режиссероненавистничеством» (это ее собственный термин), Анненский не смог сделать двух вещей – передать дух настоящего Чехова, соединив 2 в 1 пьесу «Свадьба» и небольшую сценку «Жених и папенька» и извратив этим всю суть обоих произведений. И второе – режиссер не смог полностью раскрыть актерский потенциал своей великолепной труппы, не умея в принципе давать актерам четкие задания. - Фаина Георгиевна, - говорил он мне, - вы пойдете налево, считая тарелки, а как дойдете до графина, это конец кадра, повернете направо. - А Эраст что? - спрашиваю. - Эраст Павлович пойдет за вами. - Что ж, это мы и будем вдвоем болтаться, как говно в проруби? Пусть уж лучше он идет мне навстречу, я хоть тогда двинусь назад, чтобы отвязаться от него, зануды! - предлагаю. - Можно и так, - соглашается Исидор Маркович, - Можно. У него все было можно. Грибов с Осипом (Абдуловым) несли немыслимую отсебятину, уцепившись за чеховское «В Греции все есть». Я чуть со стыда не сгорела! (цитата из книги Г. Скороходова «Разговоры с Раневской») И, если смотреть на получившийся фильм с точки зрения великой актрисы, критика Фаины Георгиевны в адрес режиссера кажется вполне оправданной. Но… мы-то смотрим «Свадьбу» как простые зрители и практически не замечаем этих ляпов и сюжетных прорех. Нам запоминаются, прежде всего, абсолютно уникальные актерские работы, искрометный юмор и шикарные афоризмы, улетевшие в народ. Вот на этом и хотелось бы остановиться подробнее. Я не Спиноза какой-нибудь, чтоб выделывать ногами кренделя Эту фразу произносит жених в исполнении Эраста Гарина. И действительно, напыщенный, как павлин, высокопарный и капризный Апломбов Эпаминонд Максимович весь фильм ходит, будто палку проглотив. Несмотря на природную мягкость Эраста Гарина как человека, его удивительную интеллигентность и скромность, образ Апломбова получился очень точный, едкий, злой, утрированно выпуклый. А финальная сцена безумия в пухе и перьях заслуживает самых восторженных зрительских аплодисментов! Надо видеть эти глаза, чтобы прочувствовать гений актера. А вот кто выделывает ногами настоящие кренделя, так это молодой, кудрявый и круглолицый Михаил Пуговкин в роли безымянного гостя. Как здесь отплясывает Пуговкин – даже повторить невозможно! И вприсядку, и с коленцами, и по кругу с молодецким посвистом… И если бы зритель знал, какой кровью дались актеру эти пляски, никогда бы не поверил в то, что такое вообще возможно. Пуговкин, тогда совсем молоденький, 20-летний, вернулся с фронта, получив серьезное ранение ноги. Он и ходил тогда, опираясь на палочку. Рана плохо затягивалась, тем не менее, актер был счастлив оказаться на съемочной площадке с такими легендами кино и театра, как Раневская, Марецкая, Грибов… Он смотрел на великих, открыв рот, впитывая каждую их фразу, запоминая каждый жест. И он очень хотел быть не хуже, старался, как мог. В книге 'Все это было бы смешно...' Михаил Иванович потом напишет: «Вся моя роль заключалась в танцах…» Артист так старался, так зажигательно выбрасывал коленца, что совсем забыл о своем ранении и не вспомнил бы, если бы оператор не остановил съемку, заметив через объектив камеры, что на брюках актера выступила кровь. Рана была растревожена. Медсестра обновила повязку, и танцы начались сначала… «Это бывает только в молодости…» - добавляет в тех же мемуарах пожилой Пуговкин, вспоминая бесстрашную и безоглядную юность, с большой долей ностальгии и удивления самому себе… - Махайте на меня, махайте! Марецкая была явно в ударе, когда входила в образ Анны Мартыновны Змеюкиной, акушерки и любительницы жесткого флирта. Городской романс в ее исполнении включен во все сборники лучших музыкальных номеров отечественного кинематографа. С каким надрывом и страстью, с какой экспрессией и вздыманием груди она пела: '...Тебя отнимут у меня. Я - не твоя! Я - не твоя!' в дуэте с Мартинсоном, то махающим на Змеюкину веером, то подыгрывающим ей на гитаре с шелковым бантом на грифе. Этот эпизод – апофеоз мещанского представления о красоте и вокальном искусстве! Непревзойденная классика жанра. Больше всего на свете я люблю статных мужчин, пирог с яблоками и имя Роланд Эта фраза как нельзя точно характеризует одну из главных героинь фильма – невесту Дашеньку, сыгранную великолепной Зоей Федоровой. Актриса здесь раскрывает яркую комедийную грань своего таланта. Ее невеста - провинциалочка, уверенная в собственной неотразимости. Глупая миленькая жеманница, губки бантиком, распахнутые, но пустые, как у куклы, глаза, вздернутый носик и общий слегка надутый вид. Обычная ватрушка со сметаной, претендующая на звание французской булочки. Ну разве можно забыть это: «Они хочут свою образованность показать и всегда говорят о непонятном». Блестяще сыграно! И глядя на Дашеньку, будто сошедшую с картин художников-передвижников, нелепо-забавную в своих ужимках, совсем не хочется думать о том, как страшно сложится в будущем судьба у актрисы Зои Федоровой, и какую утрату понесет кинематограф с ее трагической гибелью. Не тыкай вилкой в омары – это для генерала поставлено Говорить о фильме «Свадьба» и ничего не сказать о самой яркой его звезде - Фаине Георгиевне Раневской – было бы преступлением. Актриса в образе тещи неповторима и уморительна. Она рисует свой персонаж яркими жирными мазками, не жалея красок и не скупясь на эмоции. Раневская не боится быть смешной. Более того – она обожает быть смешной. Актриса сама практически с нуля нарисовала свою героиню так, как посчитала нужным, не считаясь с мнением режиссера. «Я напяливала платье, подтягивала кверху нос, надевала парик и шляпку и выходила на съемочную площадку, почти не гримируясь. Все дело тут в манере говорить, слушать, думать. Ходить и жестикулировать - это уже потом. Анненский ничего подсказать мне не мог». Фаина Георгиевна слепила этот образ с тех теток, каких видела в реальности, проводя все детство в провинциальном Таганроге и наблюдая за деталями быта окружающих. В этом ее сила – умение подмечать точные детали и бить в яблочко без промаха. 64 минуты длится фильм. За это время мы получаем такой мощный заряд положительных эмоций, что прибавляем к сроку своей жизни гарантированно несколько лет. Смотрите «Свадьбу». Восхищайтесь, смейтесь, сопереживайте и не забывайте тех людей, кто в очень трудное время отдавал все свои силы, здоровье и талант, чтобы порадовать своих современников и зрителей будущего...

Чем хорошо кино, господа ? А тем, что если это произведение искусства, да ещё мастерски сыгранное, отсылающее к первоисточнику, то есть к классику, знатоку человеческих душ, то такое кино не может быть плохим по определению. Вот есть у меня две книги с повестями и рассказами Антона Павловича Чехова, а водевиля 'Свадьба' среди них нема. Поэтому вдвойне интересней мне было погрузиться в это пиршество языка, остроумия и сатирического гения. Как бы не наслышан был я о талантах Алексея Грибова и Фаины Раневской, а всё ж таки, лучше один раз увидеть, мэтров сцены и кино в действии. Оправдали ли они мои надежды ? Ну, ещё бы. Причём, что самое поразительное, фильм сложился, как единый симфонический оркестр, в котором никто не тянет одеяло на себя, а как прекрасные футбольные диспетчера-распасощики, повергают зрителя в необозримые космические пределы юмора и тонкого высмеивания человеческих пороков. На беговой дорожке Алексей Грибов. Нет, на самом деле, он его герой никуда не бежит. Это метафора. Просто с него начинается это грандиозное восхождение на чеховский Эверест. Отец (Алексей Грибов) безумно хочет выдать свою дочь замуж. И жених есть. Только надо малость его обработать и дело в шляпе. Но пока, что надобно дождаться этого самого жениха. А вот и он, собственной персоной. 'Ай да мужчина! Настоящий Вальтер Скотт'. Говорит отец, увидев в окошко джентльмена с усиками и в цилиндре. И кто бы этот мог быть ? Конечно же герой Эраста Гарина. Скажите мне, ассоциируется у вас фигура Вальтера Скотта и Эраста Гарина ? Думаю кроме улыбки это ничего вызвать не может. Но это так, для разгона. В бой ещё не пошла тяжёлая артиллерия. Мамаша, пока что собирается с духом, но будьте покойны, перлы, как из рога изобилия посыпятся из уст героини Раневской. Сначала она походя, с ленцой, отчитает служанку, а уж потом, когда начнётся приготовление, сервировка стола, мамаша начнёт зажигать. Но и это будет только разминка перед главным ударом. А вторым эшелоном, наступая на пятки, Грибову и Раневской, уже накатывают, как балтийская волна, герои Яншина и Марецкой. И если агент страхового общества Андрей Андреевич Нюнин (Михаил Яншин), пытается провернуть одну аферу с генералом, то акушерка Змеюкина (Вера Марецкая) вовсю разошлась. Ей видите ли, очень жарко и душно. Это при том, что у неё в руках веер. Но ведь её хлебом не корми, дай пожеманиться. 'Дайте мне атмосфэры! Дайте мне бурю!'. Говорит Змеюкина одному товарищу с гитарой. Свадьба в самом разгаре. Жаль вот только нет генерала, того самого, за которого поручился Нюнин. Но ведь он придёт. Никуда не денется, придёт. А какая у него звучная фамилия, Ревунов-Караулов! А какие усы, а ля конник Семён Михайлович. Но вы еще не слышали, как это новоявленный генерал умеет произносить речи. Речи, ладно, бог с ними. А вот, когда он узнает об обмане... Тут просто и слезу прошибёт от его действий: 'Человек! Выведи меня отсюда.' Как-нибудь, на досуге, выкроите час времени и посмотрите это кино, которое спустя 71 год не просто не потеряло своей актуальности, но и не утратило художественной стилистики и привлекательности. 10 из 10