Грабитель

'Грабитель' запомнился своей композицией. Первые минут 50 перед нами невозмутимый и неразговорчивый Йоханнес чётко следует какому-то ему одному известному плану. Он то побеждает в марафонских забегах, то мастерски грабит банки. При этом непробиваемое лицо героя не даёт понять, нравятся ему эти занятия или нет. Наконец, роковое событие изменяет всё построение фильма, и зритель резко погружается в эмоциональный мир одиночки-грабителя. Удивительно, с какой поминутной точностью режиссёр воссоздаёт дальнейшие события, предлагая нам занять место Йоханнеса. Не отрываясь ни на миг от главного героя, можно прочувствовать его одиночество, страх, боль и отчаяние. И заодно задуматься о своём последнем поступке в тот момент, когда бежать уже некуда. А было ли куда? При желании в истории победителя можно увидеть бессмысленность этих побед: призы от соревнований по бегу становятся средством нападения, а награбленные деньги никуда не тратятся. Бег ради бега, ограбления ради ограблений. Словно программа действий вшита в самую глубину нонконформистского сознания одиночки. Интересно, что когда офицер по надзору, знающий все тонкости мышления преступников, пытается достучаться до Йоханнеса, тот не выдерживает натиска. Будто программа поведения защищает себя, не давая грабителю свернуть с бега по кругу. Иногда следует делать то, что не умеешь – остановиться. Или просто поговорить с кем-нибудь. 8 из 10

Йоханесс Реттенбергерг пробегает в день десятки километров и обгоняет на марафонских бегах как минимум восемь тысяч человек. О нем пишут в газетах и может быть, даже, считают надеждой олимпийской сборной, но все, что о нем известно достоверно, так это факт отсидки в тюрьме за грабеж. Вроде бы он проходит реабилитацию, и с ним рядом есть девушка, с которой можно было бы создать семью. Если к характеристикам Йоханесса добавить неугасаемое влечение к вооруженным налетам на банки и внушительную кипу денег под кроватью, это вряд ли прояснит, что он за человек. Беньямин Хайзенберг, беря за основу книгу, написанную по реальным событиям, кажется и сам не может ответить, из чего состоит его персонаж. И дело здесь не в том, что он берет в кадр лишь внешние проявления его потенций, выражающихся в полной бесстрастности и фиксировании наркоманских передвижений от угнанной машины к входу банка с автоматом наперевес, а нам предлагает самим проанализировать человека-загадку. Скорее, по крайней мере, оно так выглядит, он не берет на себя ответственность рассуждать о внутреннем мире Реттенбергера, но старается снять его историю так, чтобы мы поняли, что им движет. Такое неназываемое в слух и невыразимое. Через довольно скучную демонстрацию подвигов Йоханесса, Хайзенберг иллюстрирует, что значит оборванные социальные связи. У героя нет друзей, нет подельников, и с девушкой своей обращается он довольно холодно. Абсолютный одиночка, который не встанет перед объективом и не начнет ни с того ни сего рассказывать нам про свои чувства. Вместо этого режиссер метафорами постоянного бега и убегания, старается проникнуть в суть мыслей этого грабителя вместе со зрителем, вглядываясь в суровое лицо Андреаса Люста, который в свою очередь его старательно прячет. Не долго думая, можно прийти к выводу, что грабежи Реттенбергерг совершает не ради наживы, а лишь для получения адреналина, необходимого ему как доза. И когда он прокалывается и по технике безопасности должен смываться, он нападает на соседний банк, чтобы не уйти без добычи. Конец закономерен, абсурдный человек, совершает абсурдный поступок и дальше по накатанной катится вниз. Имея возможность остановиться, он предпочитает совершить последний забег на длинную дистанцию с препятствиями и гончими позади. Так, словно, остановиться, значит прекратить жить. Такое возможно лишь у человека, для которого это утверждение истинно, человека опустошенного. Что опустошило Реттенбергера, остается главной загадкой, напрямую связанной с вопросом, что он за человек. И стоит ли вообще анализировать подобного нестандартного грабителя, если грабеж для него лишь собственный, довольно экстремальный, вариант заполнить пустоту? И не значит ли это, что Хайзенберг показал лишь единичное внешнее проявление экзистенциального тупика, из которого бежишь, куда глаза глядят, не смотря по сторонам, и не видя, кого сбиваешь с пути? Просто интересный человек с интересной историей? Странно, но когда о падении писал Камю, то вопроса «зачем» к нему не возникало. В «Грабителе» я увидел иллюстрацию истории об абсурдном человеке. Причем Реттенбергерг в этой классификации «человек действия», тот, кто идет и завоевывает, для которого нет понятия традиционной морали и вины, хотя он и готов был изначально понести ответственность и сел в тюрьму. Вроде бы, абсурдный человек не должен еще ностальгировать, но грабитель, истекая кровью вспоминает семейную фотографию, и его побег уже отрицает вторичную готовность принять ответственность, а стало быть и Йоханесс оказывается недостаточно силен для умозрительного классического образа человека абсурда, хотя, по большому счету, ну кто готов этот образ в себе вынести, при том, что конец всегда один и тот же - неспособность человека, исключенного из социума, продолжать жить. Не стараясь облегчить зрителю участь, Хайзенберг лишь наблюдает за своим персонажем. И если в книге, мы, наверное, еще можем прочесть хоть какие-то мысли героя, то в фильме «Грабитель» придется додумывать их самому, и тогда велика вероятность, наделить Реттенбергера своими мыслями, и даже узнать в нем себя. 6 из 10

1. Сомнение. Главный герой несколько лет методично и неэмоционально занимался бегом, что требует выдержки, дисциплины и самоконтроля, но довольно легко, и даже необоснованно вспылил, напал на офицера и убил его. Вызывает сомнение в правдоподобности того, что его крепость самообладания так легко пала под легкой осадой, под незначительным внешним воздействием. 2. Мысль. Марафон – это забег на 42 с небольшим километра. За время преодоления этой дистанции Йоханесс успевает оставить позади всех. Правда, после каждого финиша наш бегун вновь остается один. Такова участь победителя. Бег становится рутиной. Теряется новизна ощущений. И позднее мы понимаем, что его марафон – это вся его жизнь. Поэтому и друзей у него нет, и возлюбленной не угнаться за ним. Ему маячит какой-то миражный финиш, и только в конце этого бега он осознает, что настоящая-то победа не в собственном финише, а в том, чтобы финишировать с кем-то, кого любишь. И вроде бы, вот, наконец-то понял главное! И остановиться бы, и все исправить!.. Но хлопок стартового пистолета давно припустил толпу бежать. И теперь уже не сойти. Ему не сойти. Это у него не осталось надежды. А мы посмотрим, и, возможно, переосмыслим что-то свое, и изменим что-то внутреннее. Ведь у нас еще есть надежда. Может быть, это хотел сказать режиссер? 3. Атмосфера. Фильм получился депрессивным, но атмосферным. Выдержанным пусть и в мрачной, но единой гамме. В общем полотне смотрится все весьма гармонично, и даже нелепый да спонтанный стиль ограблений и такой же импульсивный побег из полиции. 6 из 10