Дом с мезонином

'Дом с мезонином' (1896) - Антон Чехов: В записных книжках Чехова сохранились разрозненные заметки, свидетельствующие о том, что сюжет и образы «Дома с мезонином» созревали у писателя постепенно. Так, одна из записей, имевшая в черновиках характер незаконченного изречения о воспитании, в тексте рассказа воплотилась в реплику помещика Белокурова, который во время обеда у Волчаниновых неосторожно опрокинул соусник, а позже заметил, что «хорошее воспитание не в том, что ты не прольёшь соуса на скатерть, а в том, что ты не заметишь, если это сделает кто-то другой». Точно так же в рассказ переместились и другие беглые зарисовки, дающие представление о логике развития характеров персонажей. Судя по предварительным наброскам, общая канва будущего произведения сложилась у Антона Павловича к весне 1895 года. В ноябре 1895 года Чехов сообщил писательнице Елене Михайловне Шавровой о том, что работает над рассказом под названием «Моя невеста»: «У меня когда-то была невеста… Мою невесту звали так: „Мисюсь“. Я её очень любил. Об этом я пишу». В этом признании, по словам литературоведа Георгия Бердникова, скрыта загадка: исследователи так и не смогли расшифровать чеховский посыл и выяснить, имел ли в виду писатель только героиню «Дома с мезонином» или же речь шла о реальной женщине, оставившей в памяти Антона Павловича неизгладимый след. Автор планировал передать произведение в журнал «Русская мысль» не позднее декабря, однако сроки сдачи рукописи постоянно откладывались: изначальный замысел существенно расширился - в романтическую историю о несостоявшейся любви была включена общественная тема, связанная с проблемами земств. 'Дом с мезонином' (1960) - Яков Базелян: История любви, рассказанная кем-то и соседствующая с жаркими идейными спорами героев - это достаточно распространённый принцип во многих произведениях русской литературы, поэтому режиссёру, берущемуся за экранизацию, приходится 'с головой ' окунаться в рассуждения о 'существующем порядке', о проблеме 'малых дел', об отношении к ним интеллигенции. Подобные споры занимают в фильме существенную роль, потому что влияют на финал картины. При этом сюжетный стержень - это несостоявшаяся любовь художника и девушки со странным и милым именем Мисюсь. Рассказчик-художник повествует о том, как он, как ему казалось, был счастлив когда-то; каким счастливым он чувствовал себя, и как прошли эта влюбленность и ощущение счастья. Автору важно, чтобы зритель узнал, в каком состоянии находился герой до того, как почувствовал себя влюбленным, и о состоянии, к которому он пришел, навсегда потеряв Мисюсь. О первом из этих состояний - исходном - повествователь говорит: “Я до сих пор чувствовал себя безнадёжно одиноким и ненужным”; “один, раздраженный, недовольный собой и людьми”. Именно из этого состояния герой уходит к любви. А в финале он вновь возвращается к первому, исходному состоянию: “...трезвое, будничное настроение овладело мной... и по-прежнему стало скучно жить”. Любовь в “Доме с мезонином” возникает настолько быстро и так скоро исчезает, что не успеваешь заметить её цветения. И всё же внезапность, скоротечность, хрупкость и вместе с тем особое очарование чувства волшебного чувства не оставляют равнодушным, заставляя зрителя сопереживать любви, точнее, влюбленности Мисюсь. А для художника его сердечный порыв, в первую очередь, являлся бегством от “жуткого” состояния одиночества, “недовольства собой и людьми” к уюту, теплу, взаимной симпатии — всему, чем стала для него усадьба Волчаниновых, их дом с мезонином. При этом герой-художник таков, что он, конечно, не довольствовался бы просто семейным счастьем. Для человека такого склада, даже если бы Лида не помешала, семейное счастье (как и для многих героев рассказов и пьес Чехова) было бы недолгим и временным успокоением и пристанищем, отправной точкой работы сознания, “новых мыслей”, он захотел бы “бежать”, тем более что имеются упоминания о потенциальных недостатках Мисюсь - она 'по-детски соглашалась с любым авторитетным решением старшей сестры'. Лида Волчанинова - активная самоуверенная личность. Отсутствие гибкости, самокритичности, умения слушать и слышать приводит Лиду к продолжительной и, увы, бесплодной идейной полемике с художником. «Я был ей несимпатичен, – отмечал художник. – Она не любила меня за то, что я пейзажист и в своих картинах не изображаю народных нужд и что я, как ей казалось, безразличен к тому, во что она так крепко верила». И в повести, и в фильме можно выделить два сюжетных пласта: любовную и идейную линии. Если говорить о любовной линии, то здесь Чехов в первую очередь сделал акцент на том, как часто люди не ценят свое счастье. Антон Павлович писал: «… люди так легко проглядывают, упускают жизнь, сами отказываются от счастья». Здесь же нужно смотреть шире любовной истории Мисюсь и художника, ведь по сути «Дом с мезонином» – это история о трёх несостоявшихся счастьях. Не сложилось счастье художника и Мисюсь, прозябает в глуши помещик Белокуров и деятельная Лида, решившая положить свою жизнь на служение народу, тоже отказывается от личного счастья ради идеи, целиком овладевшей ей. Итак, на примере трёх судеб автор подчеркивает – нужно любить жизнь, пользоваться всеми благами, которые предоставляет судьба. Рок всё равно украдёт многие радости, но самолично обворовывать себя – кощунство. Важный художественный принцип повести – расположение света и тени. Особенно ярко он проявляется в пейзажных зарисовках. Художник смотрит под старым вязом на дом: «В окнах мезонина, где жила Мисюсь, блеснул яркий свет, потом покойный зелёный – эту лампу накрыли абажуром. Задвигались тени… Прошло около часа. Зелёный огонь погас, и не стало видно теней». Этот огонь – символ надежды. Точно так же поступает и режиссёр. Камера оператора запечатлевает самые важные для зрителя моменты: то грозовые тучи, оттеняющие внутренние переживания героев, то наполненную до краёв жизнь природы, олицетворяющую начало всех начал. И повесть, и фильм производят глубокое впечатление. Они заставляют задуматься о смысле жизни, противоречиях и преградах на пути к заветной мечте. И Чехов, и Базелян мастерски сочетают социальное, злободневное и лиричное, задушевное. Сталкивая разные жизненные позиции, они дают нам понять, что деятельность человека, если она не проникнута высокими целями, как и высокие цели без действия, не приводят к счастью...

В этой картине множество граней и каждую можно рассматривать неоднократно и даже досконально изученную с тёплым чувством узнавания. Всё оттого, что огранённые смыслы и конфликты не несут резкого эмоционального оттенка, здесь нет знаменитой чеховской недосказанности, открытого конца или трагедии. Есть любовная история свободных в своём выборе занятий людей, что на данный момент является одним из признаков успешности, привлекая зрителя перенесением на себя. Опять же, хорошо переносится на себя и весь антураж истории - разговоры о моральных и социальных проблемах, но только лишь направление движения мысли, ибо большинство соображений представленных в картине не вызывает эмоционального отклика, т. к. или устарело или были уже решены. Текст не режет слух - в игре один из мастеров русской словесности, осмысленные диалоги, монологи и даже споры имеют место быть. Само же повествование ведётся неспешно, практически медитативно, спокойные диалоги красивых артистов, сменяют красочные пейзажи и колористика кино 50х дожившая до 60х на ялтинской киностудии дорогого стоит! В общем мною найден фильм способный умиротворить любое нестабильное состояние духа своей красочной красотой цельной во всяком его проявлении - от текста, до фактуры. 7 из 10