Две стрелы. Детектив каменного века

Честно говоря, если «Человек с бульвара Капуцинов» Аллы Суриковой при всех своих скрытых смыслах был всё же хорошей картиной (коммерчески же точно успешной, поскольку стала лидером кинопроката 1987 года), то уже следующая работа режиссёра - «Две стрелы. Детектив каменного века» у меня до сих пор вызывает неоднозначные чувства. И вот почему. Во-первых, если отталкиваться только от сюжета, то перед нами история убийства с последующим расследованием преступления, разворачивающаяся в доисторические времена, когда люди жили племенами в пещерах и носили звериные шкуры. Но каменный век здесь всего лишь исторический фон. Киношные «пещерные люди» спокойно умеют изъясняться на современном русском языке, напоминая наших современников в звериных шкурах. Поэтому с точки зрения истории эта картина вызывает слишком много вопросов, чтобы всерьёз быть воспринятой зрителем в качестве исторического фильма. Что я бы счёл скорее минусом картине, чем плюсом. Другое дело то, что перед нами экранизация пьесы Александра Володина. И это вроде как должно было бы объяснить специфику сего произведения искусства, где на повестке дня стоят важные, актуальные вопросы (а временной период не имеет никакого значения). Но даже для экранизации пьесы это выглядит неубедительно. Гораздо больше здесь подошёл бы такой формат, как телеспектакль, а не художественное кино. Во-вторых, нужно учитывать само время съёмки. И, будучи снятым в лихие перестроечные годы, фильм с уверенностью можно назвать типичным продуктом эпохи. Здесь есть все те атрибуты, за что так достаётся перестроечным фильмам: малобюджетность, эротика, либерализация ценностей, любовь к Западу (как говорил один из главных героев: «А за бугром такие тыквы…»). В третьих, в фильме слабо считывается жанр. Уже после нескольких минут просмотра приходится ловить себя на мысли «Что я только что посмотрел(а)?». Потому как суммарно здесь явно какая-то мешанина из жанров: и сатира, и детектив (обозначенный в самом названии), и трагифарс, и драма. Такое ощущение, что Сурикова сама не до конца понимала, что она снимает. И это и огорчает меня. Ведь по большому счёту фильм мог бы получиться хорошим. И прекрасная плеяда советских актёров тому подтверждение. В то же время за счёт поднимаемых в фильме тем (борьба за власть, борьба с инакомыслием) картина по-прежнему смотрится с интересом, даже сегодня. Если в то время данный трагифарс можно было трактовать, как сатиру на СССР, то даже спустя годы после распада Советского Союза все сюжетные повороты в «Двух стрелах…» сегодня воспринимаются, как чуть ли не пророческими. Особенно если смотреть на сценарий прихода к власти в фильме Человека Боя (Николай Караченцов) становится не по себе от параллелей с современной Россией и Украиной… В общем и целом, фильм оставил самые что ни на есть смешанные чувства. Его определённо стоит посмотреть, но понравится он далеко не каждому. 6 из 10

Неожиданное кино. Зрителя отправляют в условный каменный век и знакомят со странным племенем дикарей. Здесь на самых примитивных примерах будет наглядно продемонстрирован алгоритм смены власти и прихода диктатуры. 'Две стрелы', которые обычно поражают невинных жертв, чем вызывают всеобщее возмущение, становятся символом невидимой руки, манипулирующей общественной позицией. Таким образом фильм становится пошаговой экспозицией насильственной смены власти. Нас знакомят с подлинной демократией. Глава рода (Армен Джигарханян) прекрасно видит все происходящие скрытые процессы, но при этом никак не может отказаться от своих принципов. Он позволяет высказываться каждому. Его власть основана на всеобщей гласности и плюрализме мнений. Я думаю, что все аналогии с тогдашними деятелями более, чем прозрачны. И это в некоторой мере несет пророческий запал - всем понятно, что наш интеллигентный глава рода попросту не хочет удерживать власть. Нет у него и таких возможностей. Тихо, тихо, нельзя же так. Начинаем Совет, что нам делать! Убит наш сородич, поражён двумя стрелами в спину. Кто его убил? Так что нет никаких сомнений в том, что эта лента о системных переменах в одном первобытном племени. Они перекликаются с теми переменами, которые произошли совсем через небольшое время после выхода этого фильма. Неспроста в фильме говорится о войне с которой пойдет племя за 'большой Бугор' - тут даже не Эзопов язык, все аналогии односложны и понятны самому невзыскательному зрителю. Однако авторы очерчивают нам лишь контуры трагедии. Например, злодеи как можно более деперсонализированы. Все их нехитрые ходы основаны на использовании марионеток и выжидании. Самое важное - добиться нестабильности в племени. Остальное - дело перехвата инициативы. Я человек Боя. Придёт время, и я первый начну танец войны, я первый поведу вас на Скорпионов. Я поведу вас и дальше, за Большой бугор. Впрочем помимо всей этой политической прошивки авторы ленты предлагают нам весьма занятное и увлекательное действо. Наличие высококлассных актеров и действительно неординарной ситуации делает каждую сцену увлекательной. Так, практически каждое появление страстно мечтающей о новом муже вдовы, в исполнении Натальи Гундаревой, вызывает улыбку. Слишком уж настойчиво ее героиня требует от предполагаемых убийц выйти за нее замуж. Тут первобытная практичность соревнуется с корыстностью. Достаточно яркий визуальный экзерсис дарят зрителю и Ольга Кабо на пару с Александром Кузнецовым. Артисты раскрывая тему любви уводят все к инстинктам предлагая зрителю более, чем откровенную длинную сцену. Таков был советский кинематограф конца восьмидесятых - эротика тут стала значимой величиной. Весьма проработанными вышли и кажущиеся достаточно абстрактными портреты Ходока и Человека боя. Сергей Шакуров и Николай Караченцов показали зрителю весьма неоднозначных, двуликих персонажей. Один выдает себя за скромного безликого конформиста, другой - за мужественного воина. Но истинные помыслы их не так уж и просты. Это выделяет и каждую их сцену. Так что лента вышла вполне занимательной. Пожалуй, что лишь визуальный ряд не слишком соответствовал уровню фильма. Ни наряды, ни выбор планов, ни световые решения никак не соответствовали набранной лентой высоте. В данном случае небрежность в подаче, в изображении фильма смазывает общий эффект. 6 из 10