Листопад

Фильм «Листопад» – это своеобразная машина времени, где каждый кадр дышит историей, является историей. Он – тайна и бездонный кладезь древних традиций, тех, что впитываются с молоком матери, понимаются интуитивно и никогда не забываются. Тех, что каждый грузин обязан передать своим детям и внукам. Навсегда. Пока на столе есть хлеб да кувшин вина… Подобно раннему Висконти, открывшему миру тяжёлую долю сицилийских рыбаков, Отар Иоселиани в своей дебютной игровой ленте проявляет сакральный смысл грузинского виноградарства и виноделия, начав повествование с пронзительно чистой неореалистической зарисовки из жизни кахетинских крестьян. Совершенно непонятно, в каком веке происходит действие: так работали и жили деды и прадеды, так же работают и живут сейчас. Заснятый на монохромную плёнку с фотографической точностью, «под документ», период сбора урожая и переработки его в вино приоткрывает двери к пониманию вечных ценностей под треск виноградной лозы от нежных, но уверенных касаний женских рук, не знавших отдыха многие годы. Под скрип колёс телеги, груженной корзинами с виноградом. Под негромкие эмоциональные разговоры на грузинском, сменяющиеся простонародным пением с отчётливыми христианскими мотивами, а потом внезапно детским голосом звучит: данама, данама, данама / диди миндори данама – песня, заставляющая плакать того, кто находится вдали от родины. Под хлюпанье винограда в сацханели и журчание сока по желобу, отправляющему его для выдержки и хранения прямиком в квеври, зарытые в землю по самое горлышко. Вот вино вызрело, возмужало, и можно устраивать праздник под многоголосое застольное пение, тосты и разговоры. Так проходит время, год за годом, из века в век. Виноградная лоза тесно сплелась с грузинской душой. Она – символ спасения, возрождения, свободолюбия и христианской веры. Ведь недаром с равнины взгляд камеры устремляется на гору, где возвышается храм Джвари, на место, где после крещения Грузии Святая Нина установила первый крест. Но тут же бодрая советская мелодия переносит нас в другой, современный, мир. И отныне отправной точкой повествования будет своеобразный кинодневник, когда новую главу – определённый день недели – предваряет звучащий вполголоса удивительно трогательный грузинский романс, каждый раз новый. Фильм полифоничен, с множеством интонаций, выстроенный порой на контрастах, с повторяющимися визуально и по смыслу темами, но при этом схожие ситуации вдруг обретают иное звучание, иные жесты, и показывают, как изменился герой. Нико и Отар направлены после окончания учёбы в институте (видимо по распределению) для работы технологами на винзаводе. Один в первый же рабочий день внезапно вместо предъявления паспорта пожимает руку вахтёру, вызвав недоумение, а потом катает вместе с рабочими бочки и развлекается проездами на подъёмнике для бочек, да временами слушает наставления более честолюбивого приятеля. Другой всё время чванливо прохаживается в белом халате, но не способен даже проявить смелость противостоять более настырному поклоннику девушки, которая нравится, и готов выполнить любой приказ начальства, даже если требуется закрыть глаза на нарушение. Из репродукторов звучит правильная советская музыка, чьё назначение - подчеркнуть здоровый дух советских тружеников, по территории винзавода браво маршируют экскурсанты разных возрастов и профессий, порой совершенно не разбирающиеся в вине, но хором поющие популярные песни, руководство завода намерено выполнить и перевыполнить план по розливу вина. Даже если это вино (из бута № 49) можно только на уксус пустить. Потому рабочие завода что-то невнятно бормочут в ответ на просьбу назвать марку вина и запоминают даты, чтобы предупредить родных да хороших знакомых, какое вино покупать нельзя. Драматические эпизоды сменяются грустной иронией, а, казалось бы, элементарная производственная ситуация на винзаводе оказывается проверкой совести, чести, способности не утратить то вечное, что годами проникало в самые потаённые уголки души, не допустить фальшь в то древнее, мудрое и бесконечно дорогое сердцу, сохранив гордое название Саперави. Иоселиани тонко воссоздаёт тот особый мир, свойственный лишь южным городам, подчёркивает преемственность прошлого и настоящего. Этот мир заключён во внутренних «итальянских двориках» с резными балконами, где вход в каждую квартиру по лестнице со своего балкончика, где с самого утра музицируют, повторяя гаммы и распеваясь, где старики и мужчины помоложе играют в шашки и нарды, а вокруг бегает чумазая детвора. Этот мир неоднократно мелькает на городских улицах, что звучат перезвоном сигналов старых трамваев с открытыми дверями так, что можно заскочить в них прямо на ходу. Он в полупрозрачной дымке тумана, окутавшей горные хребты позади храма Джвари, в конце фильма снова появившегося в кадре, но уже под колокольный звон, возвещающий о приобщении к вечному. Символизирующий переход от юноши к мужчине, становление человека и обретение духовной связи с древними предками. И тому, кто способен понимать, чувствовать его дыхание, этот мир поможет сбросить всё наносное, сохранив самое ценное для человека – его душу, как осенний листопад, невероятно красивый танец увядания, позволяет сберечь дереву силы для его возрождения.

Впечатляет начало. Потрясающая атмосферность, огромное количество винограда, как его мнут ногами, этнические сосуды, огромные бочки, невероятный способ хранения вина. Потрясающе в нескольких кадрах показана гордость этой нации, колорит. Хоровое пение в сопровождении. Лёгкий налёт дискриминации - за столом только мужчины. Потрясающий кадр с фотографиями. Русский язык звучит только в чём-то скучном: по радио, экскурсия по фабрике. Я обращала внимание только на главного героя. На его поступки и поведение. Нико: нерешительный, робкий, с чувством юмора, борец с системой, честный, совестливый, пьяный он ужасен, много понимает об этом мире, но не соглашается почти ни с чем, заботливый, когда любит, способен на любовь разностороннюю, серьёзный, часто не слушает советы, странный, стеснительный, принципиальный, скрытный, ужасен и груб, когда не в настроении, под него нужно подстроиться, чтобы чувствовать себя рядом с ним комфортно, может кардинально поменяться. Он глубокий человек. Такие люди, как он, часто делают то, о чём потом очень жалеют. У него есть одна большая проблема - у него нет друзей. Ему не с кем делиться своими бедами. Ему хочется поддержки, он ищет её, но он не умеет делиться переживаниями. Проявилось его истинное лицо, которое его убивало, медленно, но бесповоротно. Его любят поучать все вокруг. Но он будет прислушиваться только к тем людям, в которых видит нечто от себя. Он не любит то, чем занимается. Девушка красивая. Но мне она не понравилась. Она издевается над ним зачем-то, бросила его резко и ушла. Я начала искать в ней себя, машинально. Не нашла ничего. Ни капли благородства, легкомысленна. Но красивая, это правда. Мне запомнились две фразы в фильме. Ребёнок: 'Что Вы натворили, разве можно с ним так разговаривать, с ним надо хитрить. Как Вас зовут? Нико, нельзя так. Он сам пьянствует, и в карты играет, и плохо учился. Вы меня поняли?' Главный винодел:'Не так всё это просто, как тебе кажется. Ты ещё молод, неопытен. Смеются над тобой, или кричат на тебя. Нравится тебе это? Не будь врагом самому себе. Раздавят тебя. Разве я не знаю, что ты прав? Но я знаю также, что у тебя ничего не получится'. А ведь получилось. Но его раздавили. Но получилось. Субтитры к дням недели на французском. На душе потеплело, как потеплело бы у любого человека, который изучает этот язык. Лейт-мотив - ОДИНОЧЕСТВО. Фильм снят 43 года назад. И он актуален. И будет актуален ещё три раза по столько же.

Листопад - это об осени. Но фильм получился по-весеннему прекрасным: начало взрослой жизни главного героя, первая влюблённость, первые переживания, отстаивание принципов честности и чести. Иоселиани ведёт зрителя по кишащим людьми тифлиским улочкам к понимаю главных ценностей советского общества, к тому, что только трудолюбивым и принципиальным удаётся идти с гордо поднятой головой, к тому, что смирение и подчинение не являются главными добродетелями, к тому, что компромиссы - это не про молодость. И каким бы инфантильным на первый взгляд нам не казался Нико он совершает взрослые, зрелые поступки. Этот фильм о том, что молодости не присуще соглашаться с половинками, молодость - это или всё, или ничего. И в этом смысле молодость Нико - это одновременно и его зрелость: старшее поколение предпочло смириться с проблемой и обходить её, а для него это стало бы попранием тех духовных ценностей, тех вековых традиций производства вина, которые передаются из поколения в поколение. Отдельно следует отметить восхитительное изображение быта советской Грузии: это и утренние передачи по радио, и советские кафе, и кадры стройки. Всё это удивительным образом переплетается с великолепными пейзажами гор, церкви, которая появляется в начале и конце фильма, и точно переданным классическим процессом производства вина в домашних условиях. Новая советская Грузия с её заводами, годовыми планами, забегаловками так близка к прежней Грузии с домашним вином, застольями и традициями. И эта связь поддерживается благодаря тем самым незримым духовным ценностям, которые сохраняются несмотря на смену политического режима. То была Грузия, Грузия Иоселиани. 9 из 10

Фильм Отара Иоселиани «Листопад». Фильм о Грузии, о виноделах, о государственных планах и о первой любви. Вот такое интересное сочетание. Фильм начинается маленькой документальной заставкой, что-то вроде пролога. Производство вина, дедовскими ещё методами, но скрупулёзно, с любовью. Движения, так выверены, что кажутся простыми и сами собой разумеющимися. А потом настоящее весёлое застолье. И тосты. Вино, как часть культуры народа. Вино и человек. Не то 67, не то 68 год, как давно это было. Но я помню то время. Хорошо тогда было, весело и интересно, музыка бравурная по радио. Это после уже и Афганистан, и Союз развалился, и Чечня, и снова Чечня, а тогда всё было хорошо, или почти что хорошо. Два друга, два молодых технолога приходят на завод. Один правильный, один честный. Скажешь это одно и то же, ан нет. Помню я, как правильные зубрили материалы 24 съезда, как в партию для карьеры вступали, много чего помню, долго рассказывать можно. Многому и многим цену видел. Так вот. В интересах производства требуется разлить по бутылкам некачественное вино, /родина требует/план горит/ и всё такое. Требуется только подпись технологов, правильный подписал, а честный ни в какую. Улавливаешь разницу между правильным и честным. Честного технолога зовут Нико, /почти как меня/, и я тоже пытался всю жизнь жить честно, и тоже не всегда получалось. Время такое было, вроде хорошо, а если посмотреть более пристально, не совсем. Вот только, что были мы чисты и искренни. Сейчас мы стали старше. Может в какой-то мере мудрее. Листопад время мудрости, если тебе лет, эдак под семьдесят, а в восемнадцать, это романтично, красиво, это навевает мысли о высоких материях, о любви и ты летишь, как на крыльях. Потом это чувство полёта пройдёт, всё когда-то проходит, но ничего не проходит бесследно. Мудрость же, приходит со временем, надо только не растерять себя со временем, не стать расчётливым и лицемерным. И всё придёт в своё время. И не будет стыдно, за прожитые годы.