Господин оформитель

Начав работу с Сокуровым в 1978 году, Арабов лишь спустя десять лет попробовал сотрудничать с другими режиссерами, это, видимо, было связано с духом «перестроечной» востребованности его сценариев и опять же с легализацией их общих с Сокуровым фильмов. «Господин оформитель» Олега Тепцова посмотрели свыше трех миллионов зрителей в СССР, это было даже больше, чем публика «Дней затмения» (всего полмиллиона). Такая популярность была связана, безусловно, со стилевой необычностью полнометражного дебюта Тепцова, с его целенаправленной попыткой выработать советский аналог хоррора – жанра, всегда собирающего полные залы. Вместе с тем формально картина получилась небезупречной, до законченного совершенства декадентского мистического триллера ей не хватило совсем немного, ведь Сергей Курехин написал для нее столь атмосферную музыку, что только она сформировала 50% ауры этой изящной ленты, а работа оператора и особенно художника-постановщика и костюмеров столь безукоризненны и удивительны для малобюджетной картины, что визуальный ряд заставляет вспомнить Висконти. Так чего же не хватило? Структурной однородности, ибо в «Господине оформителе» мы имеем дело с двумя противоположными тенденциями: заигрыванием с жанрами и стремлением создать авторский проект. Сценарий Арабова по рассказу Грина, обработка им и переосмысление материала привело к тому, что сюжет картины Тепцова приобрел привкус не попсового, попкорнового мистицизма, а мистицизма философского, культурологического. Арабов (и Тепцов идет за ним следом, тщательно адаптируя его работу к экрану) очень глубоко понял суть декадентского искусства, детально проработав главный образ – художника Платона Андреевича, люциферически гордого творца, соревнующегося с Богом. Визионерство и мистицизм декадентов-символистов (как в России, так и за рубежом), безусловно, выразило иррациональность мироздания, крах просветительского разума и идей прогресса, а также мощно критиковало материализм. Но будучи нечувствительным к традиционному христианству, декадентское искусство обожествляло само себя, абсолютизировало Красоту вне морали и художественные поиски творцов, оправдывая тем воспевание порочности, извращенности и греховности. Фильм Тепцова очень хорошо показывает, что революция в России вовсе не была следствием только экономических причин, скорее она - результат духовного упадка и развращенности умов. Не даром европейский и советский авангард 1920-х призывал беспощадно уничтожить рафинированную салонную культуру, то бишь декаданс, авангардисты ненавидели декадентов, считая их носителями болезненно тлетворного духа. «Господин оформитель» - не только о возмездии художника за его имморализм и панэстетизм, когда творение ополчается против своего творца, это кино не просто о том, что Сартр назвал «диахроническим отчуждением», сопровождающим любое творчество. Это кино еще и о том, что инфернальные силы всегда бродят где-то рядом, когда человек творит имморальное искусство, когда он соревнуется с Творцом. Жаль, что столь мощный философский посыл арабовского сценария не удалось воплотить в полной мере: прежде всего в последней трети картины режиссер по полной «отрывается» в атмосферность, сюжет начинает плыть, тормозить, распыляться, а финал, который можно было бы снять лаконичнее, тверже, четче, раздувается на пятнадцать минут. Повторяются кадры для пущего впечатления, как-то примитивно, в духе боевиков, снят выстрел (резкий монтаж, противоречащий медленному ритму фильма) и последующее «спасение» героя. Такое впечатление, что Тепцов не знает, что делать с замыслом, а визуальная избыточность интерьеров, символов, образов побуждает его все длить и длить сюжет, он будто не может налюбоваться на дело своих рук, как и Платон Андреевич. К тому же совершенно излишне было делать столько вставок из картин знаменитых мастеров модерна (среди которых Климт и Муха): смешивая известные полотна великих художников между собой и намекая на то, что автор у них один – Платон Андреевич, Тепцов делает главного героя неправдоподобно гениальным (кстати, к слову, Авилов играет и вправду гениально, остальные исполнители - просто хорошо). Одним словом, «Господин оформитель» - кино философски амбициозное, посягнувшее на серьезное культурологическое обобщение, но желание постановщика быть понятым и признанным широкой публикой привело к формальной разнородности всего проекта, его стилевой незавершенности. При этом нельзя признать, что отсутствие адекватных попыток в нашем кино проникнуть в суть эпохи декаданса, то есть не через примитивное копирование ее внешних характеристик (это у нас как раз умеют), а путем размышления о самом ее смысле, это отсутствие, это «безрыбье» не может не поднять «Господина оформителя» по шкале кинематографической значимости в глазах даже самого требовательного синефила.

Лето 1989 года, Ленинград, кинотеатр «Титан» (недалеко от воинской части, гдя я служил тогда). На свежей афише, намалеванной нетвердой рукой штатного художника-оформителя, написано «Первый советский фильм ужасов»… так началось мое знакомство с этим выдающимся фильмом, полным образов, звуков и чувства мистического трепета перед чем-то неотвратимым и страшным. Одним из любимых, пересмотренным десятки раз, известным практически наизусть, но так и недооцененным публикой. Он вышел не в то время. Удивительным образом, дипломные работы и режиссерские дебюты нередко становятся впоследствии знаковыми фильмами для целых поколений. В этой связи можно вспомнить «Я шагаю по Москве» Георгия Данелия, «Добро пожаловать» Элема Климова, «Лифт на эшафот» Луи Маля… В полной мере это относится и к фильму «Господин Оформитель», выросшим из дипломной работы Олега Тепцова, и переснятым им же по горячим следам уже в «полном метре». К большому сожалению, фильм, хоть и номинировался в 1989 году сразу в трех категориях (постановка, звук, костюмы) получил одну из первых «Ник» только за костюмы. И так и не был принят ни публикой, ни оценен критикой. Время также сыграло над ним злую шутку – он вышел не в то время и не в том месте. Хотя до сих пор, спустя четверть века, он не смотрится архаичным, несмотря на отсутствие в нем, столь необходимых нынешнему кино-ряду, пресловутого «экшна» с погонями, кровью, супер-героями в голубых лосинах… Фильм берет другим. В нем тесно переплелись и связаны неотрывно друг от друга сюжет, художественный стиль, визуальный и звуковой ряд, музыка, мистическая сторона, культурологический и морально-этические слои… За всю историю отечественного кинематографа ни один фильм не может похвастать столь гармоничным сочетанием всех художественных средств разом. Это тем более удивительно, ведь фильм является едва ли не последним фильмом, вышедших в рамках трещащей по швам и разваливающейся на глазах империи, на фоне полного развала отечественной киноиндустрии. Данный факт также можно рассматривать как некий дополнительный мистический символ-подтекст: фильм, снятый на стыке эпох, рассказывающий поэтическим языком о надвигающемся крахе прежней империи на переломе эпох, накануне глобального передела мира. Вычурные футуристические декорации стиля модерн, увлечение пограничными состояниями сознания и философия декаданса на фоне поэзии Серебряного века, мистических, пугающих иллюстраций и совершенно потусторонней музыки Курехина – все перемешалось в Господине-оформителе, который до сих пор смотрится, как в первый: с подступающим бессознательным ужасом перед неизбежным Baddy Riggo, 17.09.2014

Успешный дебют режиссера Олега Тепцова. Фильм - очень редкий для советского кинематографа. Его по праву можно назвать произведением искусства. Сейчас его мало кто смотрит, многие даже не знают о его существовании. А тем временем это настоящее сокровище отечественного кино. Фильм снят по мотивам рассказа А. Грина 'Серый автомобиль'. Знаменитый художник-оформитель хочет продлить жизнь живого человека в скульптуре. Он пытается усовершенствовать окружающий мир с помощью искусства. Мистическая история - поединок между художником и его творением. История происходит на фоне великолепных интерьеров Серебряного века. Костюмы эпохи модерна продуманы до мелочей. В картине заложена глубочайшее мысль о жизни и смерти. О том, что настоящее богатство - это душа и только она вечна. Размышления об ответственности художника за свои творения... Фильм наполнен магической загадочностью. Отдельно, конечно, нужно сказать про музыку гениального Сергея Курехина. Саундтрек к фильму невероятно пронзительный и трогает за сердце. И, конечно, неоспоримый талант Виктора Вавилова, который играет главную роль, делает этот фильм настоящим алмазом в истории отечественного киноискусства. Я смотрела фильм много раз и буду смотреть снова и снова. Каждый раз во время просмотра открываются новые грани бриллианта, находятся новые смыслы.

В прологе верно показано, что совсем не каждый, знающий, как анатомически сделать красиво, и умеющий за профессиональной надобностью осматривать трупы, выискивая в них что-то — годен быть Творцом, Скульптором, Художником. Платоном Андреевичем/ Виктором Авиловым. В фильме я увидела, что Платон Андреевич был влюблён в живую женщину, а не в её ''производную''. В этом состоит общее ощущение для рассказа А.Грина 'Серый автомобиль' и этого фильма. Творец прекрасно отдавал себе отчёт ограниченности и отсутствия 'душевного пространства' у Экспоната. Экспонат же своим недокомплектом души в личном общении способен сгубить кого угодно. Живой человек придёт лишь к душевной катастрофе, упорствуя в эмоциональных попытках пробить стену якобы недоверия и скрытности у Экспоната. Экспонат же будет фиксировать и даже анализировать. Экспонат действует однонаправленно, продвигая лишь свою цель. Не сочувствует никому, не бережёт никого, не заботится ни о ком. Функция-штамповка, эмоциональный примитив. Надоедливый, потом уже до уродства надоедливый. И если этого не знать, то будет казаться что угодно. Что под ищущим мужским взором: роковая женщина, которая недоговаривает, интересничает, затягивает куда-то во что-то, намеренно издевается и тому подобное. На самом деле у функции-штамповки не меняется ничего и ни к кому, а покровителя эта функция-штамповка караулит и жадно крепится на нём, как колорадский жук. Как в случае с несчастным Грильо. Вот, не вывернись наизнанку в своих 100% -но узнаваемых причудах и манерах Виктор Авилов и Михаил Казаков, и не было бы этого фильма с гениальным эффектом правдоподобия такой истории. Буду утверждать, что любые полутона других характеров загубили бы здесь всё дело. Замени этих двух персонажей кем-нибудь, и всё пропало бы. Требовался весь персональный высокомерный эстетизм Казакова, и вся мужская самоуверенная взвинченность Виктора Авилова. Обладающий навыком что-то профессионально делать, это ещё не всё. Умеющий повлиять, изменить что-то. Вот таков был сам Виктор Авилов как человек. В его окружении все знали о его способности внушать и снимать боль. Знаю, что в одном частном интервью он вдруг признался, что вылечил своего друга от рака. Авилов был этим доволен, горд и уверен в себе. Вот я об этом. О способности повлиять. Кстати, это первая роль в кино театрального актёра Виктора Авилова. Художник в исполнении Виктора Авилова стремительно начал гибнуть от осознания духовного отсутствия во внешнем символьном, романтическом великолепии той самой Анны Григорьевны Белецкой, которая его поразила. Вспомните начальную сцену спектакля. 'Полёт' белых фигур. Это он таков, персонаж Платона Андреевича. Такова его стихия проявления. И далее что происходит? Все эти чувственно-вихревые потоки сознания Художника посеклись об анатомически безупречно налитый материал на жёстком механическом каркасе. Спасайся, кто может, называется.

История советского кинематографа удивительна и трагична. Бесконечное противостояние цензуры и стремления к свободному творчеству, удушающие рамки материалистического толкования искусства, приводили к появлению своеобразного продукта, имеющего официозную форму и подчас совершенно иное содержание. Так было многие годы и лишь немногие режиссёры победили в этой борьбе, обретя возможность творить по собственному разумению. Бесспорно, что одним из них был Андрей Тарковский. Но на исходе красной империи началось совершенно новая эпоха русскоязычного кино, когда исчезновение цензуры породило целую плеяду самобытных работ при крайне малом бюджете, но огромном и доселе сдерживаемом полёте фантазии. Эта эпоха отделяла идеологизированное советское кино от разгула безвкусицы и пошлости 90-х годов. Именно тогда и возник один из лучших мистических фильмов всех времен и народов, порождение уникального позднесоветского Ренессанса, 'Господин оформитель'. Творение Олега Тепцова стало явной отсылкой к временам модернизма и декаданса, одно это было удивительным для СССР. Отринув социалистический реализм, Тепцов поднимает важнейшую проблему отношения человека и Бога. Платон Андреевич пытается воплотить на практике кроулианский тезис « Нет Бога кроме человека». Его охватывает пагубная самонадеянность Творца, уверовавшего в свое всесилие. Однако режиссёр показывает иллюзорность таких амбиций посредством столкновения Господина оформителя с неожиданным результатом его дерзновенной попытки. В этом смысле, Тепцов сумел превзойти литературную основу по масштабу проблемы, углубив содержание «Серого автомобиля» А. Грина принципиально новыми аспектами. Мало где ещё можно увидеть столь эстетичное воплощение тёмных сил, которые буквально завораживают и притягивают зрителя. Если рассматривать истоки философии и поэтики «Господина оформителя» то абсолютно очевидны отсылки к пражской литературной школе, особенно к Густаву Майринку. Режиссёр отчасти воспроизводит атмосферу «Голема» и «Ангела с западного окна», поэтому тепцовский Санкт-Петербург не менее загадочен, чем Вена или Прага. Но хочется подчеркнуть, что этот фильм остаётся самостоятельным творением. При всех возможных аллюзиях, прелесть «Господина оформителя» в его неповторимости. Вряд ли у режиссёра что-то получилось бы без гениальной игры актёрского тандема Авилов-Демьяненко. Игра Виктора Авилова в некоторых моментах фильма находится за гранью возможного. Но если от него это можно хоть отчасти ожидать, учитывая блистательные роли на сцене «Театра на Юго-Западе», то Анна Демьяненко стала настоящим открытием этой ленты. Да, она сыграла лишь одну большую роль, пару других второстепенных проектов можно не брать в расчёт, но зато как сыграла! Конечно, нельзя не упомянуть и Михаила Козакова, чей образ довольно значим, хотя и уступает Платону Андреевичу и Анне/Марии. Ещё одна составляющая успеха — музыка. Здесь она играет особую роль. Это не просто фон или удачное обрамление — весь смысл и атмосфера этого полотна отражены в ней. Только Курёхин мог создать такое, его мистический разум воплотил дух фильма в нескольких великих мелодиях. Итак — прекрасная режиссура, актёрская игра, музыка, литературная основа, породили «Господина оформителя». Но не оставляет ощущение, что было что-то ещё. Быть может — гностические мотивы, которые не столь явно, но прослеживаются в работе, но скорее всего, речь идёт об особом моменте раскрепощения духа, наступившем в конце 80-х годов. Этот момент был очень краток, но породил ряд прекрасных работ: «Паук», «Прикосновение», «Город Зеро», «Сны», «Шляхтич Завальня», список далеко не полон. Но даже на их фоне, «Господин оформитель» очень выделяется. Посему, моя оценка 10 из 10

Первый полнометражный фильм талантливого советского режиссера Олега Тепцова, основанный на сюжете рассказа Александра Грина «Серый автомобиль». В отличие от самого рассказа, где главным антагонистом является таинственный автомобиль Ландо, призрачно преследующий главного героя, в фильме разворачиваются другие события. Состоятельный мужчина нанимает талантливого оформителя, чтобы превратить свое поместье в дизайнерский шедевр. Поначалу главный герой отказывается от сделки, однако, увидев жену – точную копию умершей девушки в которую он когда-то был влюблен, господин оформитель соглашается, вгоняя себя в череду фантазмагоричных событий. Авангардистское воплощение безумия, где мертвые играют с живыми, а живые стремятся в мир сказок, путем наркотиков, восковых кукол и безмерного искусства. Потрясающе красивый фильм, не похожий на все то, советское, к чему привык зритель. По стилистике похож на классические итальянские фильмы ужасов Марио Бавы и Дарио Ардженто. Та же цветовая гамма, мистические силуэты, театральные декорации. И к слову, декорации не случайно выглядят театральными. Режиссер долгое время проработал в театре, а «Господин оформитель» - его первый экранный фильм. Несмотря на запутанный сюжет, сумбурно связанный с рассказом, но идущий своим путем, «Господин оформитель» - нечто необыкновенное, невероятное, что западает в голову как красивая картина великого художника.

Мистика и театр - основная тематика данной (и практически единственной) картины Олега Тепцова. 'Господин Оформитель' - это история об искупительной смерти Личности. Огромное восхищение вызывает игра актёров. Виктор Авилов, так точно сумевший передать образ Художника. Михаил Козаков, известный и популярный уже на тот момент, изысканно показал образ богатого и влиятельного человека - Грильо. И совсем неизвестная, обычная вожатая из лагеря, Анна Демьяненко. Несмотря на полное отсутствие опыта, передала образ Анны-Марии в точности. Музыка, написанная Сергеем Курёхиным, отлично дополнила картину, создавая нужную обстановку при просмотре. Думаю, без правильно подобранных композиций, финал бы не получился столь зрелищным. Единственный вопрос, который не решён лично для меня, это Виктор Авилов и его экранный двойник, Александр Блок. Сходство актёра и поэта (уже на предсмертных фотографиях) страшно удивляет. Глаза навыкат, слишком светлый белок, этакий гипнотизирующий глаз. Может, это было тайной задачей О. Тепцова? Заинтересовать зрителя столь интересным сходством, вкладывая свой смысл в эту параллель? 9 из 10