Жажда страсти

Чистая мистика - нечастый гость на киноэкране, даже от Голливуда. А уж российский кинематограф, если что-то по теме и выдаёт, иначе это обозвать, как вы..ер, нельзя. Ну а для советского кино, насквозь пропитанного соцреализмом (или критическим реализмом), мистика - вообще исключение из правил (только Гоголя чуть-чуть позволялось экранизировать, так, в рамках дипломной работы). Но закат нашей Империи породил удивительное явление в отечественном кино: в условиях концепции 'то, что раньше было нельзя, теперь можно', скудных бюджетах при ещё не забытой советской киношколе и плеяде 'еще тех' актеров создавались очень необычные киноопусы. Добавьте сюда то немаловажное обстоятельство, что просчитывать коммерческую окупаемость кинокартины тогда ещё толком не научились, о продакт-плейсменте слыхом не слыхивали. В результате получили много чернухи (куда ж без неё), откровенной бредятины, но иногда - очень даже интересные и нестандартные картины. 'Жажда страсти' - одна из них. Тем более примечательна, что, повторюсь - мистика была не в чести. Хотя, опять же, странно: кому, как не отечественным кинематографистам, имея такую великолепную классическую мистическую литературу, её снимать? Как итог всего этого безобразия, смотрим в очередной раз на уже обрыдлых дохлых японских девочек. Позорище! Переходя к фильму - он меня впечатлили еще в детстве, когда я его смотрел по ТВ. С той поры меня всегда слегка нервирует зеркало, когда я бреюсь ('Зеркала', ау! Вы далеко не первые!). На мой взгляд, великолепен эпизод с помощником инспектора и горничной на фоне бравурной музыки. Там и интеллектуальный парадокс наличествует (поищите, он есть, в причинно-следственной связи). Бесподобна игра Костолевского в роли инспектора, расследующего загадочное убийство - образ скептика-материалиста весьма убедителен. Вертинская мне лично показалась чрезмерно театральной, страсть слегка отдавала позднесоветской вымученностью, но в целом - также неплохо. Посланники дьявола сейчас, конечно, смотрятся немного аляповато, техническая сторона и спецэффекты также выдают скудноватый бюджет. НО! Идея, сценарий, развитие сюжета, да и сама постановка фильма только подтверждаю высочайший класс советской киношколы. В общем, пользуясь кулинарной терминологией, эта картина - безусловный деликатес, приготовленный поваром экстра-класса. А то, что он чуть недоварен и пересолен - ну нет у повара еще опыта приготовления такой экзотики, как мистика. Но это не фаст-фуд и не школьная столовка! И очень жаль, что такое многообещающее направление, как российская мистика, едва родившись, тут же скончалось от младенческих болезней киноиндустрии. 8 из 10

Невероятно. На публике Андрей Харитонов всегда воспринимался любезным, но высокомерно интеллектуальным. И равнодушным к любым экшенам 'прыгающих' в его сторону (от восхищения пополам с преследованиями, до бесейшей желчи из разряда ''он был настолько хорош собой, что это даже не допускало мысль о его даровании'', и т.д.) Зато очень ценил дружбу и сам дружить умел. И вот здесь. Его режиссёрская работа, с его любимыми Настей Вертинской (как он называл), Витей Раковым и Игорем Костолевским. Спазмом хватающее за горло, бурое от солнца и тумана начало фильма. Душу как в крови искупали. Признаюсь. Написала слово 'невероятно' от первых эмоций, смотрю фильм дальше, и персонаж Костолевского произносит:' Невероятно...Вы верите в судьбу..?' Но это так, моё. Что же было надо режиссёру, зачем? Думаю, хотел выразить, что бывают отчётливые энергетически мёртвые слепки от умерших. Это всё-таки люди, которые душевно мучались, или душевно были нечисты, обременены. И этот чёрный сгусток виснет под потолками, и всегда будет мешать жить всем входящим в этот дом. Только кажется, что почти смешно: человек чувствует, что явно не один, дальше хлопает дверь со свистом, и что-то шлейфовое чёрное, несётся к живому человеку. По описанию совсем просто. Когда безысходно, всегда просто. Теперь понимаю, почему Андрей Харитонов высказывался, что сняв 'Жажду страсти', он 'психологически закончил кинокарьеру'. При том что фильм и окупился в 10 раз, и попал на все фестивали в 'кино для избранных'. В философских подвалах мозга ( прим. авт.: я так ощущаю прозу В. Брюсова) Андрей Харитонов ориентируется, не боясь. Все его киногерои активно влияют на зрителя. То нечто, 'монстр', действующий от имени героини Вертинской, это совсем не сюрреалистическая засветка, это самостоятельное, материализованное явление. И оно притянулось не посредством зеркала. Мы видим в фильме верхнюю границу облаков, слышим гул, когда Она появляется, происходят сильные искровые разрядки. Думаю, Она прорвалась откуда-то из магнитосферы Земли. Генезис брюсовского безжизненного декадентства в фильме передан отменно. Много кадров ''бледных ног'', ни малейшего смягчения Судьбы или везения к положительным героям, искательное женское начало 'монстра'. Но я вижу твёрдое мнение режиссёра. Самостоятельное. Это другая степень понимания. Андрей Харитонов как режиссёр не срисовывал извечную брюсовскую константу: ''проституированная душа и эгоистичное тело'' какой-то очередной красивой женщины. Наоборот, её личность страдает и не склонна ко злу. Почему иногда страшно становится от фильма? Думайте. Пока 'монстр' овивает Вертинскую диалогами, параллельно рыщут побочные 'сгустки'. Идут за всеми, кто имеет отношение к персонажу Вертинской. Дальше выбор, как кошмарный сон: погибельный перепуг (как это происходит нелепо и дико со второстепенными персонажами, с горничными и помощником инспектора). Либо понять и знать, что возможна другая физика присутствия. И быть до агрессии уверенным в том, что в земном мире мы имеем бОльшие права, чем 'они'.